Поиск по сайту
Проект публикации книги «Познай самого себя»
Узнать, насколько это интересно. Принять участие.

Короткий адрес страницы: fornit.ru/1248
Список основных тематических статей >>
Этот документ использован в разделе: "О системной нейрофизиологии"Распечатать
Добавить в личную закладку.

Рита Картер «Как работает мозг» комментарии

Комментарии к книге Риты Картер «Как работает мозг». Рита Картер - журналистка, пишущая на темы психофизиологии для популярных журналов, написавшая несколько книг и выступающая с популярными лекциями, т.е. она представляет свои обобщения доступных ей фактов исследования в виде научно-популярного изложения.

Рита Картер - журналистка, пишущая на темы психофизиологии для популярных журналов, написавшая несколько книг и выступающая с популярными лекциями, т.е. она представляет свои обобщения доступных ей фактов исследования в виде научно-популярного изложения. Примерно такое пытался проделывать Российский журналист Александр Никонов, более широко и менее научно.

У Риты Картер тоже много странных фраз, далеких от понимания сути явлений, вроде той, что диссонировала в самом начале книги: "Активностью мозга управляют токи, химические вещества и загадочные колебания. Не исключено даже, что на нее влияют квантовые эффекты, искажающие ход времени.". Формат популярного изложения как бы дает моральное право быть нарочито неточным и даже шутливо-абсурдным, но часто за этим скрывается и далекое от реальности понимание.

К сожалению и ожидаемо, что ничего нового по отношению к ранее опубликованному в плане обобщения, Р.Картер в книге не сказала, хотя сделала много новых и достаточно нелепых утверждений. Поэтому комментарии в большей степени являются работой над ошибками.

Постараюсь не придираться к несущественным мелочам, касаясь только важного в понимании механизмов психики.

Далее следуют фрагменты из книги, достаточно цельные, чтобы сохранить контекст. Мои комментарии - фиолетовые, отдельные цитаты - коричневым.

 

...Отсюда я вывожу «парадокс Брокса»: мы склонны верить в дуализм души и тела, даже если понимаем его ошибочность. Это относится и к нейробиологам. Рассмотрим следующий мысленный эксперимент, предложенный философом Дереком Парфитом. Представьте себе, что в каком-то не столь отдаленном будущем вам доведется совершать командировки на Марс. Средством передвижения будет служить телепортация. Сканирующее устройство регистрирует состояние вашего организма с точностью до атомов и переводит эту информацию в цифровой формат для радиотрансляции. Ваше тело разрушается, но на Марсе оно незамедлительно воссоздается в соответствии с расшифрованными радиосигналами.
Полученная копия точно соответствует оригиналу: и тело, и мозг, и воспоминания, и весь характер активности мозга — все как было. Это будете снова вы. Сомневаться в этом не приходится. Большинство нейробиологов говорит, что охотно согласились бы на такую процедуру. Стоит ли им беспокоиться о разрушении и восстановлении собственного тела? Как настоящие материалисты, они знают, что их «я» (секулярный аналог того, что религия называет душой) есть не что иное, как совокупность физических ощущений и состояний, связанных друг с другом работой центральной нервной системы. А теперь представьте следующее. В устройстве для телепортации происходит сбой. Ваше тело сканируется, и информация о нем передается на Марс, но оригинал при этом не уничтожается. Хуже того, сбой в работе сканера вызывает у вас смертельную болезнь сердца. Жить вам остается всего несколько дней. На чьем месте вы предпочли бы оказаться: копии на Марсе или умирающего оригинала на Земле?
Для последовательного материалиста это должно быть безразлично. Во втором примере уничтожение оригинала просто оказалось отсрочено, только и всего. Личный путь человека, прибывшего на Марс, в обоих случаях будет одинаков. При этом сохраняется полная психологическая преемственность, как при пробуждении ото сна, которое мы ежеутренне переживаем. И все же второй пример мало кого оставляет равнодушным. Он лишает участников эксперимента спокойной уверенности в оправданности подобной телепортации (а значит, и в своем материализме), приводя их к мысли: «Если в настоящий момент моя копия — это не я, то...»

Сразу замечу, что такой парадокс впервые был описан вовсе не Дереком Парфитом, а одним из советских фантастов, Г.Гуревичем, опубликовавший живописания дублирования личности еще в 1965 году, что напрямую и повлияло на мои собственные попытки понять суть происходящего при этом и, в конце-концов, вылилось в статьи про Эго, непосредственно основывающиеся на представлениях об организации психики любых животных, обладающих таковой. В статьях по ссылке несоразмерно более глубоко и обоснованно рассмотрен этот вопрос.

 

...Внутренняя среда мозга отчасти занята тем, что побуждает нас без конца искать новые стимулы и собирать информацию, особенно о событиях будущего. Сбор информации служит нам не только полезным руководством к действию, но и наградой: он вызывает в нейронах реакции, создающие у нас приятное чувство предвкушения9. Эта жажда информации составляет одно из фундаментальных свойств мозга и проявляется в наших самых базовых реакциях. Даже у людей с полностью разрушенными участками мозга, ответственными за поддержание сознания, взгляд может скользить по окружающему помещению, задерживаясь на движущихся объектах и отслеживая их перемещения.

К сожалению, несмотря на преемственные работы по исследованию "ориентировочного рефлекса" [140], его внешне наблюдаемые эффекты, все еще, интерпретируются как угодно, но не по сути механизмов. Сначала были описания И.Павлова о том, как новое и значимое привлекает внимание, потом фундаментальный труд О.Виноградовой в книге Гиппокамп, позже последовали работы Е.Соколова по роли детекторов нового в привлечении внимания, затем - работы А.Иваницкого. Все это как бы не замечается (судя по всему вообще не известно зарубежным исследователям), не обобщается в целостную картину функциональности сознания и его роли [126], а допускаются недоопределенные сентенции насчет "жажды информации".

 

...Компьютерные модели нейронных сетей показывают, что даже простейшая из них может за непродолжительное время достигать поразительных уровней сложности, если запрограммировать ее на воспроизведение выгодных для выживания конфигураций и избавление от невыгодных. Сходным образом развивается активность мозга каждого индивида.
Этот процесс, иногда называемый нейродарвинизмом, гарантирует закрепление конфигураций активности мозга, вызывающих мысли (а через них и формы поведения), полезные для успешного существования нашего организма, и угасание тех, что ему не полезны.

Здесь можно понять так, что формы поведения как бы всегда являются следствием мыслей. При этом никак не определено, что же понимается под словом мысль в психофизиологических механизмах (в самом конце книги сделано очень лаконичное и бесполезное определение). На самом деле мысли (совокупность мыслительных автоматизмов и творческих навыков использования мыслительных прогностических картин) - не находятся в какой-то определенной зависимой последовательности от поведенческих автоматизмов и произвольных действий [29] . Все это возможно представить, только на основе хорошо согласованной модели системы взаимодействий в адаптивной функциональности мозга. Такой модели в данной книге (как, впрочем, и любой другой на сегодня), не представлено ни в каком, даже упрощенном виде.

 

....Отдельные паттерны активности мозга (даже довольно сложные, вроде механизмов использования языка) наследуются в такой высокой степени, что лишь исключительные аномалии среды могут приводить к нарушениям их развития. Формы активации мозга, сопровождающие, скажем, припоминание того или иного слова, обычно оказываются настолько сходными, например, у десятка испытуемых, что при наложении результатов сканирования работы их мозга можно по-прежнему отчетливо наблюдать общую конфигурацию активности. Именно поэтому исследователи, занимающиеся картированием мозга, могут уверенно говорить о карте работы человеческого мозга в целом, а не только об индивидуальных картах.

К сожалению, не приведены источники такой информации. Напротив, есть данные (Н.Бехтеревой) о том, что активности, соответствующие в одном опыте какому-то слову, в других условиях находятся совершенно в другом месте, что дало повод говорить о "гибких звеньях" и не позволило реализовать техническую телепатию. Эмоциональный контекст восприятия [106] существенно разносит локализации связанных с ними распознавателей [26].

Понимание того, что вовлекается в субъективированный образ, что может представлять символьный эквивалент такого образа (не только вербальный) говорит о невозможности осуществления телепатии при том, что некоторые из активностей в схожих условиях могут быть локализованы примерно однотипно у разных людей. При всем этом Р.Картер противоречиво пишет:

Это не значит, что мы мыслим одинаково. Благодаря бесконечно сложным взаимодействиям наследственности и среды на свете нет двух людей с совершенно одинаковым мозгом. Даже генетически идентичные однояйцевые близнецы (клоны одного организма) появляются на свет с разным мозгом, потому что малейших расхождений в среде развития между зародышами оказывается достаточно для возникновения различий в устройстве мозга. В результате кора больших полушарий у близнецов заметно отличается уже в момент рождения, и ее структурная изменчивость неизбежно приводит к различиям в работе мозга.

 

...Младенцам свойственны бурные проявления эмоций, но те участки мозга, которые связаны у взрослых с сознательным переживанием эмоций, у новорожденных младенцев неактивны.
Поэтому проявляемые ими эмоции могут быть бессознательными.
Выражение «бессознательные эмоции» может показаться парадоксальным: что такое эмоции, если не осознанные чувства? Но на самом деле сознательное переживание эмоций чем дальше, тем больше представляется лишь одним небольшим и иногда несущественным элементом системы механизмов выживания, работающих (даже у взрослых) преимущественно на бессознательном уровне.

Здесь и далее упускается функциональность "эмоций", то зачем и для чего возникли разные стили реагирования, способные очень быстро переключаться [106]. При этом исследование функциональности эмоциональных контекстов восприятия и поведения никак не назовешь недостаточными [14].

Даже если бессознательные эмоции не вызывают осознанных ощущений, они вполне могут запечатлеваться в мозге не хуже, чем сознательные. Мы не помним ничего, что происходило с нами примерно до трех лет, потому что до этого времени гиппокамп (область мозга, связанная с формированием долговременной памяти) остается незрелым. Однако эмоциональные воспоминания могут храниться в миндалине—крошечной структуре в глубине мозга, по-видимому функционирующей уже у новорожденных.

В данном случае речь идет о формировании так называемой "системы значимости" [15] - уровней примитивов распознавателей различных контекстов понимания - основы личного отношения (см. Гомеостаз и Система значимости).

 

...опыты с подниманием пальца, проведенные Крисом Фритом и его коллегами из Университетского колледжа Лондона, позволили выяснить кое-что, до недавнего времени казавшееся одной из вечных тайн жизни: установить источник самостоятельного принятия решений. Исследователям удалось это сделать, разработав методику, позволившую регистрировать в мозге испытуемого несколько процессов, которые, как было известно из предшествующих исследований, проявляются в виде определенных конфигураций активности в известных областях мозга. В данном случае испытуемых просили двигать конкретным пальцем в ответ на поступающий определенный стимул. Выполнение этого задания, как и ожидалось, сопровождалось активностью в соматосенсорной коре (когда стимул был тактильный) и в моторной коре (области, управляющей движениями). Затем задание дополнили элементом, работу которого ученые и пытались локализовать в мозге: произвольной деятельностью. Теперь вместо того, чтобы говорить испытуемому, какой палец поднять, исследователи оставляли этот вопрос на его усмотрение, регистрировали активность мозга, сопровождающую выполнение задания, и выявляли ее отличия от активности, сопровождавшей поднимание заранее определенного пальца.
Разница была налицо: как только участники эксперимента начинали сами принимать решения, «мертвая» область мозга оживала. Элегантная и осторожная постановка эксперимента почти не оставляла сомнений в том, что обнаруженная область мозга и есть та его часть, которая позволяет людям совершать действия по собственной воле.

Но может ли установленная конфигурация активности мозга, задействованной в принятии решения, какой из пальцев поднимать, пролить свет на принятие решений в запутанном и бесконечно более сложном мире, лежащем за стенами нейробиологической лаборатории?
Косвенно— может. Область мозга, в которой была обнаружена зона собственной воли, — это префронтальная кора, часть лобных долей коры больших полушарий, расположенная преимущественно под лобными костями черепа. Повреждения этой области нередко приводят к характерным нарушениям поведения, в том числе к масштабной потере способности к самостоятельному принятию решений. Классический пример— случай Финеаса Гейджа, железнодорожного рабочего, жившего в XIX веке и потерявшего немалую часть переднего мозга, когда в результате взрыва его голову насквозь пробил стальной стержень. Гейдж выжил, но превратился из целеустремленного, трудолюбивого человека в пьяницу и бродягу. Джон Харлоу, его лечащий врач, писал, что после перенесенной травмы Гейдж без конца изобретал планы различных предприятий, но каждый бросал, едва приступив к нему, и казался «по своим интеллектуальным способностям и поведению ребенком, вместе с тем отличающимся брутальной пылкостью сильного мужчины». Дамам советовали избегать его общества. Характерной особенностью нового состояния Гейджа была его полная неспособность контролировать свои поступки.

Здесь размываются понятия: "произвольное движение" и "волевое усилие" (далее в книге есть рассуждения о "свободе воле" в том же духе), что провоцируется недоопределенностью этих понятий . Для того, чтобы выполнить чью-то команду не обязательно осознавать это, достаточно быть готовым выполнить эту команду, особенно, если это - не первое такое выполнение (уже было осмыслено что нужно сделать, осталось только автоматически, не раздумывая выполнять). В первые такие попытки могла проявляться произвольность движения, исходящая из лобных долей, но учли ли эту разницу экспериментаторы? Было ли замечено, что самое первое движение под команду было осознаваемо, не активировались ли те зоны, что потом оказывались активными при произвольном выборе? Об этом ничего не сказано, а это - очень важно. Скорее всего, этот момент был просто упущен. Про то, насколько поверхностно склонен интерпретировать данные Крис Фрит было показано в комментариях: Комментарии к книге Крис Фрит: Мозг и душа.

Произвольность или осознанность поведения характеризует "следящую функциональность" сознания: выбор одного из уже наработанных вариантов выполнения действия в данных условиях (перепрыгнуть лужу, а не пройти через нее, что сделал бы пьяный). Волевое же усилие - преодоление старого стереотипа творчески найденным новым, но пока не испытанным на практике. Старый стереотип в данных условиях прогнозирует на основе прежнего опыта нежелательность последствий (почему и пришлось задуматься, чтобы найти новый вариант (в крайнем случае, перенять его у другой особи), и, чтобы попробовать действовать по новому, необходимо преодолеть негативную блокировку старого стереотипа (ребенок увидел как взрослый выхватывает печеную картошку из горячей золы и ему нужно преодолеть страх чтобы сунуть руку в золу). Вот что такое "волевое усилие", см. Воля.

Все эти моменты просто остаются без внимания в книге Р.Картер, а пытаться что-то сформулировать с помощью недоопределенных понятий - значит незаметно для себя оказаться на бытовом уровне понимания. Соответственно, возникают абсурдные выводы:

Но если способность к самостоятельному принятию решений заключена в особом фрагменте ткани мозга, значит, тем, кому ее не хватает, вероятно, просто не повезло, и их можно считать не более чем жертвами нарушения работы одного из модулей мозга. ...Стоит ли нам быть строгими к тем, кто не может преодолеть свою наркозависимость? Следует ли наказывать преступниковрецидивистов?...Вероятно, следует признать, что будущее скорее за манипуляциями с мозгом таких личностей, чем за практикуемыми сейчас наказаниями или попытками изменить их поведение путем убеждения или принуждения.

Как верно сказано: ...исследователи слишком часто стремятся «застолбить» новые выводы и слишком редко пытаются воспроизводить чужие результаты.

 

Информация, поступающая в одно полушарие, почти сразу становится доступна и второму, и реагируют полушария настолько слаженно, что складывается впечатление единства восприятия и единого потока сознания. Но стоит отделить полушария друг от друга, и разница между ними становится очевидной. У каждого полушария зрелого мозга свои сильные и слабые стороны, собственные методы обработки информации и особенные способности. Им соответствуют две разные области нашего сознания — по сути, чуть ли не две личности, заключенные в одной черепной коробке.

Почему только две?.. Если удалять определенные участки мозга одного из полушарий, будут обнаруживаться и более частные особенности, определяемые функциональностью удаленного участка. И тогда можно говорить о множестве личностей. То, что разделение половинок мозга обедняет каждую функциональностью, развитой в другой половинке, не дает основания даже условно выделять именно две личности. Но, в полном соответствии с фразой о поспешности выводов, выводы об асимметрии половинок мозга, связанные с приданием этой асимметрии неоправданно большого знания порождает многие неадекватные выводы. Нет ничего удивительного в локализованной специализации участков мозга, а две половинки просто обрабатывают двойные каналы восприятия и мышечного реагирования, которые совместно координируются, что дает определенные преимущества. При этом, различная нагрузка навыков на эти двойные каналы развивает различия особенностей реагирования на уровне отдельных участков. А различия эмоциональных (и более утонченных) стилей реагирования развивают множество обособленных этим часто независимыми контекстами "личностей", см. Личность. Множественность личностей в голове и социуме.

Но, оказывается:

Благодаря левому полушарию головного мозга человек достиг поразительных успехов. Наше левое полушарие расчетливо, общительно и способно изобретать и осуществлять сложные планы....работы по нейровизуализации подтверждают, что два полушария нашего мозга действительно функционируют по-разному, и характер различий между ними столь жестко “запрограммирован”, что в обычных условиях структуры, отвечающие за определенные навыки, всегда развиваются в одной и той же половине мозга.
Более того, общая схема работы мозга более или менее соответствует распространенным представлениям. Левое полушарие занимается анализом и логикой, отличается точностью и следит за временем. Правое характеризуется мечтательностью, оно обрабатывает информацию обобщенно, не разбивая на составляющие, и больше задействовано в чувственном восприятии, чем в абстрактных когнитивных функциях.

И т.п. попсовка... Опять же, отсутствие общей модели функциональности не позволяет говорить более однозначно.

В то же время Р.Картег пишет совершенно противоположное и на этот раз верное:

Есть ли во всем этом хоть какой-нибудь смысл? Специалисты по головному мозгу убеждены, что идея жесткого разделения функций между полушариями — не более чем миф. Они даже придумали специальный термин для массового увлечения этим предметом — “дихотомания”....Наш головной мозг и в самом деле изумительно сложен, и в связи с постоянным взаимодействием его полушарий крайне трудно разбираться в том, что и где в нем происходит.
Даже те наши способности, которые наиболее явно сосредоточены в одной половине мозга, а именно речевые, локализованы нетипично примерно у 5 % людей и в течение жизни нередко \"сдвигаются вправо”. Кроме того, мозг весьма пластичен, и на характер связей в нем может влиять множество факторов среды....Какую функцию нашего мозга ни возьми, почти все они связаны с одним полушарием в какой-то степени сильнее, чем с другим (!!!). Что именно лежит в основе такой специализации, не вполне понятно, но, судя по всему, поступающая в мозг информация расходится по нескольким параллельным путям, на каждом из которых она обрабатывается несколько по-разному.

 

...Узнавание лиц не требует мышления: как и все прочие правополушарные функции, оно просто осуществляется, и все. Пациенты, лишившиеся участка правого полушария, ответственного за эту способность, могут узнавать своих знакомых, лишь сознательно запоминая их отличительные черты, а затем выискивая эти черты в лицах людей.

Распознавание вообще чего угодно не требует осознания (а не мышления) [26] . Распознаватель - основной элемент структуры нейросети [127] и иерархия распознавателей развивается, начиная от примитивов восприятия первичных зон к распознавателям более сложных сочетаний признаков восприятия - в ассоциативных зонах. Это касается обоих полушарий, хотя локализация отдельных распознавателей, конечно же, может быть разная в полушариях. К сожалению, даже на уровне понимания общей функциональности нейрона и нейросети до сих пор есть разногласия у исследователей (например, у Ю.Александрова), и тогда что вообще могут говорить исследователи, не имеющие адекватного понимания даже наиболее общей функциональности нейрона?...

 

...В некоторых случаях метод “терапевтической беседы” действительно полезен, но, по-видимому, не потому, что дает людям возможность высвободить эмоции, а скорее потому, что помогает вывести эмоции на такой уровень коры головного мозга, где они могут быть подвергнуты сознательной обработке. Одна из самых успешных разновидностей психологической терапии — так называемая когнитивно-поведенческая терапия, в которой по определению задействована левополушарная активность. Говоря и думая о своих эмоциях, мы можем научиться управлять ими, сделать так, чтобы они перестали переполнять нас. С другой стороны, если просто позволять эмоциям изливаться, пока они не охватят нас целиком, нам может стать еще больнее, если, конечно, эти эмоции причиняют нам боль. Например, когда психотерапевт, пытающийся помочь человеку, страдающему посттравматическим расстройством, просто заставляет пациента рассказывать о вызвавшем расстройство опыте, это может только усугубить проблему, усиливая ужасные воспоминания и связанные с ними страхи7-8. Однако если человеку помогают заменить негативные воспоминания позитивными мыслями, это вполне может облегчить его страдания.

Еще один образец непонимания функциональности эмоциональных контекстов или стилей поведения. О том, что на самом деле обеспечивают "эмоции" уже говорилось выше. Здесь же еще путаница с сознательно закрепляемой оценкой тех или иных происшествий с участием оценивающего, что не имеет отношения к эмоциональным контекстам, но затрагивает систему значимости, ассоциирующуюся с результатами поведения - в виде негативных или позитивных оценок случившемуся. Р.Картер не избежала поверхностного, бытового (в понятиях эмпирической психологии) описания заезженных примеров и утверждений.

 

...в глубине мозга располагается группа модулей, называемых лимбической системой. Эта система играет в работе мозга центральную роль, задавая потребности, желания, эмоции и настроения, управляющие поведением. Наше сознательное мышление всего лишь трактует и корректирует деятельность жизненно необходимых сил, возникающих в недрах бессознательного, и в тех случаях, когда сознательные процессы и эмоции влекут нас в разных направлениях, организация нейронных сетей мозга может обеспечивать победу эмоций над рассудком.

Утверждение интересно тем, что сделано без малейшей конкретизации, а что же такое сознание, какова его функция, как эта функция и чем обеспечивается. Ну как можно делать подобные утверждения, не зная того, о чем говоришь?...Пусть это сказано словами Питера Чедуики, но они вынесены в начало темы.

А вот если роль сознания понимается, то и столь абсурдных утверждений не сделаешь [31]. Именно сознание и формирует то, что потом реализуется как поведенческие стереотипы, выполняющиеся затем уже без участия сознания, а лимбическая система в этом играет свою, конечно важную роль придания субъективного смысла (значимости), но ее нельзя выделять как главную, а сознанию определить роль некоего побочного эффекта.

 

Главная функция головного мозга состоит в поддержании жизни и репродуктивных функций организма.
Все остальные трюки нашего мозга, такие как способность наслаждаться музыкой, влюбляться или создавать единую теорию Вселенной, возникают на основе этого важнейшего стремления. Поэтому не так уж странно, что значительная доля структур и функций мозга предназначена для обеспечения постоянной работы других частей тела, требуемой для поиска пищи, половых партнеров, укрытий и других жизненно важных вещей.

Тогда чем высшие животные отличаются от виноградной улитки? У улитки, в самом деле, главная функция головного мозга состоит в поддержании жизни и репродуктивных функций организма. У высших животных мозг заточен для поведенческой адаптивности к новым условиям, при которых старое поведение может приводить к нежелательным результатам. Именно этой цели следует функция сознания, обеспечивая привлечение внимания (ориентировочный рефлекс) к наиболее актуальному в данный момент из всех выполняющихся цепочек поведенческих автоматизмов.
Мозг делает эго с помощью сложной системы, действующей по принципу кнута и пряника. Ее функционирование включает три основных этапа. Во-первых, в ответ па соответствующий стимул мозг создает побуждение, требующее удовлетворения. Например, если стимулом служит падение уровня глюкозы в крови, то побуждением будет голод, а если стимул будет половым, то в роли побуждения выступит половое влечение. Стимулы более сложные, такие как социальная изоляция или отрыв от знакомого окружения, могут вызывать не столь легко определимые влечения, например стремление к социализации или тоску по дому. Какую бы форму они ни принимали, нередко они сопровождаются ощущением “пустоты”.
Эта пустота может напоминать пустоту в буквальном смысле, как в случае “пустого” желудка, а может быть чем-то не столь отчетливым, как в случае чувства душевной опустошенности. Так или иначе, функция этого чувства одна — побудить нас к действиям.

Вот такой прямолинейно-вульгарный вывод :) поддержка социализации - тоже потребность потому, что чувство пустоты похоже на голод! Но этот "голод" имеет совершенно иную природу, см. Социализация. А "потребности", определяемые разбалансом гомеостаза образуют мотивации лишь самого начального уровня, см. Гомеостаз и Система значимости.

...действие, вызываемое первым этапом (например, прием пищи, секс, возвращение домой или общение), вознаграждается положительным ощущением удовольствия. Заметьте, что вознаграждается прежде всего действие, а не просто еда, половой акт или нахождение дома. Когда в кровь поступают питательные вещества, эго поддерживает в нас жизнь, но не дает такого же удовольствия, как приготовление, сервировка, пережевывание и глотание пищи. Именно поэтому многие жизненно важные функции обрастают всевозможными ритуалами.

Опять утверждение сделано без понимания того как именно организуется поведенческая адаптивность [19], [280]. В результате - абсурдный вывод.

 

...Все эти психические и поведенческие ритуалы, подобно тикам у пациентов, страдающих синдромом Туретта, представляют собой фрагменты ранее полученных навыков. Но в данном случае в основе таких действий лежат не обрывки личных воспоминаний, а врожденные инстинкты. Инстинктивная склонность к чистоте, к постоянной проверке окружающей обстановки на предмет обнаружения чего-либо неправильного, стремление к порядку и равновесию — все это функции, необходимые для выживания. У людей, страдающих ОКР, они просто отрываются от системы выживания и принимают форму самостоятельных, неуместных и непропорционально усиленных привычек.

Почему сделан такой вывод - неясно. Вот просто Р.Картер взяла и сказала это, и не важно, что такое "инстинкты" и в какой мере могут проявляться наследуемые предрасположенности, см. Наследование признаков. Какой смысл пытаться что-то объяснить, прибегая с довольно глубокой детализации, если вдруг в самом важном месте делается такой вот скоропостижный вывод из ниоткуда?..

...Хвостатое ядро соединено со скорлупой и в ходе развития зародыша формируется как единая с ним структура. Главное различие между ними состоит в том, что скорлупа связана преимущественно с премоторной корой, а хвостатое ядро связано с лобными долями, где осуществляются высшие когнитивные функции: мышление, оценивание и планирование. Хвостатое ядро здорового человека присматривает за некоторыми сторонами машинального мышления, точно гак же как скорлупа контролирует машинальные движения. Именно хвостатое ядро машинально заставляет нас мыть руки, когда они испачканы, напоминает, что нужно проверить, заперта ли дверь, когда мы выходим из дома, и предупреждает обо всем, что не в порядке, обращая на это наше внимание.

Опять непонятно каким образом взялся такой вывод. Типа хвостатое ядро выполняет роль гомункулуса? И не важно, что существуют наработанные автоматизмы выполнения определенных действий, которые актуализуются в определенном эмоциональном контексте пусковым стимулом. Имеется ли в виду отслеживающая функция сознания, что требует привлечения внимания именно к мытью рук как наиболее актуальному (максимум новизны и значимости) из всего происходящего? Вымыть руки можно совершенно не осознавая этого. А можно осознать это действие. И есть совершенно определенные условия, когда фокус сознания не следует за звеньями цепи текущего автоматизма, а когда она отслеживается: наличие новых условий в важной ситуации, требующее выбора направления ветвления цепи по одной из ранее наработанных продолжений. Об этих основополагающих для адаптивности условиях осознания ничего не сказано, а типа именно хвостатое ядро машинально заставляет нас мыть руки, когда они испачканы и вроде как неважно насколько рутинно это действие и требует ли осознания.

Хвостатое ядро проделывает все это, активируя конкретную область лобной доли — небольшой участок орбитальной коры (расположенной прямо над глазом части лобной доли). Именно эта область активируется у нас в мозге всякий раз, когда мы сталкиваемся с чем-нибудь неожиданным.

Вот! Но, кроме этого упускаются множество других механизмов реализации "ориентировочного рефлекса". А если нет неожиданного (нового), то не возникает такой активации, но руки мы все равно вымоем.

Это была реакция, осуществляемая встроенным в мозг механизмом обнаружения ошибок.

А вот это - ничем не обоснованный, произвольный вывод. Дело вовсе не в ошибках, а в новых условиях выполнения привычного:

Когда же обезьяны привыкали время от времени получать при синем свете соленое питье вместо обычного сладкого, такая реакция больше не наблюдалась.

 

...Аутизмом называют психическое расстройство, имеющее сильную наследственную составляющую и характеризующееся аномалиями социального и коммуникативного развития, узостью интересов, склонностью к монотонной деятельности и ограниченностью воображения. Мальчики в четыре раза чаще девочек страдают аутизмом и в девять раз чаще страдают синдромом Аспергера (“чистой” разновидностью аутизма, не сопряженной с другими патологиями).
Теперь я берусь показать, что аутизм и синдром Аспергера есть не что иное, как крайние проявления мужского типа мозга.

Ранее "типы мозга" рассматривались по признакам, выявленным Отделением экспериментальной психологии

Кембриджского университета (т.е. эмпирическими психологами, не имеющими системной модели функционирования психики). Эти "типы", как и любые другие попытки типологизации психологов, носят выраженный субъективный характер (то, на что обратили внимание сами психологи) и грешат некорректностью методологии, о чем уже говорилось: Эмпирическая психология, Карл Густав Юнг, Наука психология. На основе этого делается утверждение:

...я утверждаю, что для мужчин и для женщин, судя по всему, характерны разные когнитивные стили. ...Разумеется, указанные различия между полами могут быть связаны либо с различиями социальных ролей, либо с разной биологической предрасположенностью, либо с тем и с другим. Я склонен думать, что подобные психологические различия хотя бы отчасти объясняются связанными с полом биологическими особенностями развития мозга, которые, в свою очередь, определяются генетическими и гормональными различиями полов.

Это - осторожное, предположительное утверждение (гипотеза) о том, что, возможно, мозг представителей разного пола, кроме особенностей, формируемых средой, воспитанием и личной склонностью (определяемой, опять же средой и ролью в обществе) имеет еще и неследственно-биологические особенности, которые проявляются вот в таких очень ярких отличительных признаках (что делают мужины лучше, а что - женщины). Это предположение не обосновано строго, оно имеет эвристический характер. Но если подойти к этому более системно то возникают очень серьезные сомнения в том, что наследуемые признаки могут оказывать столь выраженное влияние в социальной специфике и специфике навыков личного исследования (в чем, по сути, и проявляются найденные различия) и вот почему: Наследование признаков.

В любом случае нельзя использовать гипотезу эмпирического психолога Саймон Бэрон-Коэна в качестве аксиоматики для последующих выводов. Но журналистка Р.Картер это делает: я берусь показать, что аутизм и синдром Аспергера есть не что иное, как крайние проявления мужского типа мозга.

...Дети, страдающие аутизмом, показывают лучшие результаты, чем другие дети того же возраста, при прохождении тестов со спрятанными фигурами, более успешное решение которых среди здоровых испытуемых характерно для представителей мужского пола. При этом аутисты хуже здоровых детей справляются с тестами на социальные когнитивные способности, особенно если в этих тестах требуется приписывать другим людям то или иное психическое состояние (такие задания, в свою очередь, легче даются здоровым испытуемым женского пола, чем мужского).
Я полагаю, что это не случайно и что эти различия могут определяться связанными с полом процессами развития нервной системы.

Перечисленное, в случае отсутствия явной психопатологии, соответствует для девочек - более глубоко пройденной социализации, а для мальчиков - более глубоко развитым навыкам исследования окружающего физического мира при иной специфике социализации. Все перечисленное относится к высшим, ассоциативным зонам мозга и функциональности сознания, что очень далеко от наследуемых факторов, так, что адаптивность личности способна совершенно непредсказуемо, в зависимости от целей, изменить это далеко за рамки, определяемые наследованием.

...Неоднократно высказывалось предположение, что тестостерон может оказывать на развитие мозга существенное влияние, приводящее к тому, что уже у новорожденных можно наблюдать отчетливые половые различия в функциях мозга. По некоторым данным, новорожденные девочки дольше мальчиков фокусируют внимание на социальных стимулах, таких как лица и голоса, в то время как новорожденные мальчики сильнее девочек интересуются пространственными стимулами, такими как подвижные игрушки.

Совершенно естественно, что, имея различия в строении тела и социальной роли, девочки обращают внимание на другие вещи, чем мальчики, что формирует различные навыки. Тестостерон (как вообще любая специфика гормонального баланса на уровне мозга обеспечивает преимущество определенного стиля реагирования, т.е. того, на что привлекается внимание и какие реакции предпочитаются. На уровне тела гормональный баланс обеспечивает оптимум данного стиля реагирования. Во всех случаях при описании особенностей психики, в первую очередь, необходимо иметь в виду адаптивные особенности, то, что определяет личную адаптивность, и тогда все не будет переворачиваться с ног на голову. Российский бывший ученый, а теперь фальсификатор науки С.Савельев занимает в этом вопросе сходную с Р.Картер позицию, но развивает ее еще более гротескно. Делаются сходные ошибки из-за отсутствия системной модели организации психики и ухода от основы - механизмов личной адаптивности.

Дальше по тексту Р.Картер совершенно резонно пишет:

...мозг музыкантов даже на анатомическом уровне отличаются от мозга других людей, и когда музыкант исполняет или слышит музыку, его мозг работает иначе, чем мозг немузыканта1. Так, в ходе одного исследования выяснилось, что часть мозга, реагирующая на звуки, у музыкантов в среднем на 130 % больше, чем у немузыкантов, и что объем этой части мозга увеличивается у них под непосредственным влиянием опыта исполнения и восприятия музыки. Причем, судя по всему, своеобразный “взгляд” музыкантов на мир не ограничивается повышенной чувствительностью к музыке.

И никаких лишних рассуждений о роли наследуемых признаков, гормонов и выделения в отдельную типологию "музыкант". Правда, тут же, говоря про мозг Эйнштейна:

Вполне возможно, что слияние двух областей в мозге Эйнштейна позволило ему вывести из своего видения пространства и времени формулу E = mс2 — самое известное в истории уравнение.

Почему-то Р.Картер не подумала о том, что такие анатомические особенности мозга могут являться следствием особенностей его увлечения, а не наоборот. И не стоило бы лажаться в том, что приведенная формула никак не касается понимания пространства и времени.

Тут же Р.Картер дает подсказку тому, как модифицируется мозг в особенностях развития:

Животные, которых выращивают в условиях, где они совершенно не сталкиваются с какой-нибудь разновидностью элементов видимой картины мира, скажем с горизонтальными линиями, с трудом распознают эти элементы впоследствии или вообще неспособны их распознавать. У них не хватает клеток, в норме выполняющих эту функцию, потому что без стимуляции на определенном этапе развития таким клеткам сложно сформироваться. Нечто подобное происходит со всеми нашими способностями.

Ну, очень противоречивая женщина! :)

 

...Эмоции играют ключевую роль в формировании наших нравственных оценок. Мы склонны считать нравственность одним из величайших достижений человечества, чем-то неизмеримо далеким от законов инстинктивного поведения низших животных. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что значительная часть того, что мы считаем решениями, продиктованными соображениями нравственности, на самом деле не что иное, как простые эмоциональные рефлексы.

Далее приводится примеры "нелогичных", "эмоциональных" решений. Без попыток представить, а что будет, если эти решения окажутся подкрепленными прежним практическим опытом, ведь это кардинально повлияет на их адекватность. Приравнивая ситуацию недостаточности опыта, неуверенности к "эмоциональным рефлексам", опять все становится с ног на голову: как раз у неискушенного и нет пока что "рефлексов", т.е. уверенно выполняющихся стереотипов, и они еще не скорректировали свои представления практическим опытом. Это - не говоря про то, что опять используются недоопределенные понятия типа "эмоциональные рефлексы".

 

...Что представляют собой эмоции, в столь высокой степени определяющие наши поступки? Мы думаем об эмоциях как о чувствах, но называть их чувствами не совсем правильно, потому что слово “чувство” описывает лишь часть этого загадочного явления — ту часть, которую мы и вправду чувствуем.

Загадочное для Р.Картер явление называется явлением субъективизации.

Но эмоции, по сути, представляют собой не столько чувства, сколько набор присущих организму механизмов выживания, выработанных эволюцией, чтобы отвращать нас от того, что может быть для нас опасно, и подталкивать к тому, что может быть нам полезно. Психическая составляющая эмоции (чувство) — это дополнительное усложнение лежащего в основе базового механизма.

Если бы Р.Картер посмотрела на эволюционный процесс усложнения нейросети, начиная с насекомых, как изменяется способ переключения стилей поведения в зависимости от нейромедиаторов (и выплеска соответствующих гормонов, поддерживающих на уровне тела этот стиль), то не стала бы путать эмоции с "чувствами". Не эмоции [14] отвращают и подталкивают, а связанные с системой значимости [15] результаты прежнего опыта. Эмоции - стили поведения, система значимости - система оценки случающегося. Хотя основа у этих двух систем и одна.

Эмоции вырабатываются в лимбической системе, в частности, в миндалине — небольшом участке мозга в глубине височных долей.

Этот вульгаризм оставляю без комментариев. Вот только позже будет сказано: "У нас в мозге нет “отдела эмоций”, как нет некоей системы, отвечающей исключительно за эмоции.".

Информация, поступающая от органов чувств, передается на обработку в разные отделы мозга параллельными путями.
Кратчайший ведет в миндалину, где оценивается значение этой информации. Если она требует нашего внимания (угроза или что-либо, сулящее выгоду), миндалина реагирует, вызывая физиологические изменения, побуждающие нас к действию. Затем полученная информация, “окрашенная” данной оценкой, передается в кору лобных долей для дальнейшей обработки.
Одновременно эта информация поступает и непосредственно в кору лобных долей, так что мыслящая часть мозга получает как бы двойное послание.
Сведения, поступающие непосредственно от органов чувств, могут сообщать: “Приближается нечто крупное, покрытое шерстью, с длинными зубами”, в то время как сведения из миндалины гласят: “Берегись!
Приближается нечто крупное, покрытое шерстью — ПЛОХО”. Организм тем временем уже начинает спасаться бегством.

О каком внимании идет речь? Явно не осознаваемом, раз это - реакция миндалины, а не лобных долей. А по смыслу фразы - как бы осознаваемое внимание.

Миндалина ни в коей мере не определяет новизну ситуации, этим занимаются детекторы новизны для привлечения осознаваемого внимания в районе гиппокампа [156], [350], [120]. Если реакция неосознаваемая (это значит, что в нет достаточной новизны и значимости для привлечения внимания), то она формируется вовсе не в миндалине, а с участием миндалины и ассоциативной зоне цепей поведенческих автоматизмов. Осознаваемое внимание может быть скоммутировано гиппокампом в случае преобладающей актуальности для отслеживания или прерывания автоматизма для осмысления. Общая структура связей: схема основных функциональных блоков в организации адаптивности поведения

...Есть основания полагать, что подобное доступно только человеку, но не другим животным.

К сожалению, не дается даже намека на эти основания. У всех высших животных организация мозга - как адаптивной системы личности - однотипна. И в организации эмоционального стиля реагирования эта однотипность начинается уже даже не с высших животных.
Но даже это еще не готовое блюдо. Чтобы эмоции работали как механизм выживания, они должны находить выражение, а для этого требуется еще один раунд когнитивной обработки информации. Внешние проявления эмоций требуют определенных действий от тела. Это могут быть рыдания, хмыканье, бегство или просто прибавление слегка язвительного оттенка к нейтральному по содержанию устному сообщению.

Выделенное утверждение настолько абсурдно, что даже не стану комментировать.

...именно для донесения мыслей до окружающих прежде всего и нужны эмоции.

Аналогично абсурдно и совершенно не обосновано: (не)вербальные символы общения - одно, стили поведения - другое, хотя для каждого из стилей характерны свои коммуникативные навыки. В этом и заключается разделение стилей реагирования: В каждом эмоциональном контексте - свой смысл воспринимаемого и действий, свои наработанные стереотипы реакций. С пониманием "эмоций" у Р.Картег - полная неразбериха... При этом - явная склонность фантазировать на тему, вплетая эвристически кажущимися очевидными связи, как, например, с "зеркальными нейронами":

Это происходит потому, что в мозге человека (как и некоторых других приматов) есть зеркальные нейроны, которые реагируют на демонстрируемые кем-либо проявления эмоций, вызывая соответствующие эмоции и у наблюдателя.

Наблюдатель может переключиться так же в наблюдаемый стиль реагирования, а может и не переключиться или оказаться в совершенно ином стиле реагирования. По поводу необоснованности увлечения "зеркальными нейронами" и придания им излишне драматической роли было обсуждение:

"...стоит осознать, что название "зеркальные нейроны" - чрезвычайно условно и вовсе не говорит, что существуют нейроны, имеющие функции отслеживать поведение других особей. Это - большая ошибка, которая потянет неправильные представления о явлении отзеркаливания чужого поведения.

Нейрон - всегда лишь распознаватель и никаких других функций у него нет.

То, что какие-то нейроны проявляют визуально наблюдаемую активность в акте отзеркаливания вовсе не говорит, что они обеспечивают преемственное поведение. Распознавание при восприятии чужого поведения элементов, которые уже наработаны у особи в области контекстной зоны, характерной для данных условий (эмоциональный контекст, сужающий область работы нейросети), приводит к активации таких распознавателей вне зависимости от того, будем ли мы зеркалить поведение или просто наблюдаем за знакомыми нам (по наработанным своим) элементам. Так же распознается и возможный прогноз такого поведения (если был такой опыт) и мы поморщимся, переживая неминуемую боль от того, что кто-то схватился за раскаленный предмет."

 

Далее пропускаю то, что связано с концепцией Р.Картер об "эмоциях", неоднозначные описания отдельных стилей поведения, интерпретации опытов, в которых делает лишь один предвзятый вывод из множества возможных (например, опыт с лишением мыши слуховой коры, когда, несмотря на это, она продолжала реагировать на устрашающий звук: это может быть и следствием того, что звук оказывал влияние, например еще на тактильные рецепторы, что и объясняет большую неспецифичность; а как вообще без слуховой коры могут влиять звуки?..Если бы мне сделали такую операцию, то я бы использовал многие косвенные признаки: видел бы на что и как нажимает экспериментатор и даже его выражение лица, которое он, возможно, никак не скрывал.). Важно то, что, опять же, системной модели не появилось, и рассуждения наобум имеют мало шансов быть адекватными.

 

...Сведения (воспоминания) о знакомых лицах хранятся в головном мозге в виде особых нейронных сетей — единиц распознавания лиц (ЕРЛ). Когда любой новый образ человеческого лица достигает сознания, происходит сканирование многих ЕРЛ в поисках соответствия. Если оно обнаруживается, то соответствующая ЕРЛ активируется, извлекается из нашей памяти и соединяется с новым образом.
Это совмещение воспоминания и стимула играет ключевую роль в процессе распознавания.

Никакого такого процесса сканирования в мозге не происходит. И никакого подобного сканирующему механизма никем не было обнаружено. Р.Картер опять допустила своеволие в важном месте (а еще утверждает, что свобода воли - иллюзия :). Распознавание происходит сразу по всему полю данной зоны мозга (каждый нейрон имеет как раз функцию распознавания, подобную однослойному персептрону) [26]. Не требуется никакого такого последовательного сканирования, а те профили входных связей, что соответствуют ранее сформированной функции распознавания срабатывают и нейрон возбуждается.

 

...В мозг “встроены” некоторые гипотезы о мире. Нам, например, не приходится обучаться тому, что от предмета, летящего в нас, лучше уклониться. Другие гипотезы возникают в результате обучения...

А пусть Р.Картер бросит предмет в младенца и посмотрит, уклониться ли он. Опять скоропостижное утверждение... Многие байки о том, что достаточно сложные поведенческие реакции наследуемы и что они заранее образуют связи в мозге, в пристальном рассмотрении оказываются неверными. Наводит же на верное понимание то, что связи вообще устанавливаются только в последовательно созревающих слоях мозга (критические периоды развития, последний из которых остается на всю жизнь) при должной стимуляции воспринимаемым (вспомним про кошек и депривацию вертикальных линий) уже дает подсказку о принципе. Связи могут быть сильно облегчены, но они никогда не реализуются без обучения [38] (два вида обучения распознавателей: "без учителя" - характерно для первичных зон мозга и "с учителем" - характерно для формирования поведенческих цепочек с участием сознания).

...Согласно одной теории, мозг пользуется методом статистического анализа, описанным в XVIII веке Томасом Байесом.

Есть много предвзятых теорий насчет мозга, но ни одна из них не приводит к целостной системной модели. Это касается и упомянутой: ничего подобного мозгом не проделывается. Формирование и корректирование опыта, дающее цепочки прогностических ожиданий [33] в известной ситуации, организуются совершенно по-другому [29].

 

...Наша способность интуитивно или посредством общения проникать в мысли других дает человеку уникальное преимущество над всеми животными. Она позволила нашему виду создать для себя систему высокоорганизованных обществ, которые мы называем цивилизацией, и осуществлять дела столь смелые, что результатом их оказываются изменения среды нашего обитания в глобальном масштабе.

И тут же:

Коммуникация — вовсе не роскошь. У большинства видов животных она просто необходима для выживания. Непрерывный обмен информацией между живыми существами проходит по большей части бессознательно.

Что делать с такой "женской логикой"? :)

 

...что если вам захотелось просто вспомнить, что такое банан? Как извлечь из памяти сенсорные воспоминания о нем? Без какого-то символа, например названия, вам не за что будет зацепиться, чтобы извлечь образ банана из памяти. Его можно будет припомнить под влиянием внешних напоминаний (например, при виде еще чего-нибудь желтого), но произвольно, по собственному желанию вызвать этот образ в сознании будет гораздо сложнее. Научившись же навешивать на предметы и живых существ словесные ярлыки, вы сможете устроить у себя в голове удобную картотеку, где будут храниться разнообразные отображения окружающего мира. У вас появится возможность извлекать эти отображения по собственной воле ...

То, что Р.Картер не знает другого способа систематизации запомненного кроме как его вербализация не значит, что его не существует :) И, опять же, бедные бессловесные твари, у которых звуковых символов внутривидового общения относительно немного (изолированные туземцы), а воспоминаний - на всю жизнь хватает, как же они их вспоминают?.. Вовсе не связью с символами общения, а ирерхией текущего контекста восприятия актуализируются выборки субъективизированных образов, придавая им определенный смысл и не позволяя вспомнить то, что относится к другому контексту восприятия-действия, см. Контекст понимания и [8] а так же Механизмы забывания.

 

...Один из механизмов социальной интеграции (возможно, важнейший из них) связан с системой зеркальных нейронов. Так называют нейроны головного мозга, которые активируются, во-первых, когда человек или животное выполняет какое-либо действие, а во-вторых, когда он (или оно) наблюдает, как это действие выполняет кто-либо другой.

Пагубная иллюзия относительно функции "зеркальных нейронов" проистекает только лишь потому, что были отмечены активности определенных нейронов во время фокусировки внимания на другом человеке и попытке повторить действие. Тут же возникла гипертрофированная и красивая гипотеза для этих нейронов, на которую можно повесить все и объяснить что угодно. Но для отзеркаливания чужих действий и чужого состояния необходимо сначала, как минимум, самому иметь представления о таком состоянии и уметь совершать такие же действия. В период доверчивого обучения формируются навыки безусловно и доверчиво перенимать чужой опыт, - так передаются культурные атрибуты и приобретения [41]. Затем наступает период переступания догм - период игровой инициативы. И, конечно же, есть нейроны, распознающие элементы чужой активности, что и дает возможность воспринимать это, не более того.

Механизм социальной интеграции описан в статье Социализация и не требует привлечения таких сущностей как "зеркальные нейроны", хотя можно было бы и описать все то, что вовлекается в этот процесс (практически все ресурсы мозга).

Эффект зеркальных нейронов и похожие “зеркальные” свойства нейронов, связанных с эмоциями и мыслями, позволяют наблюдателю моментально и автоматически получать представление о том, что в настоящий момент чувствует другой. Например, когда мы видим, как человек поднимает тяжелый предмет, зеркальные нейроны, которые возбуждались бы у нас при поднимании тяжестей (и создавали чувство напряжения и тяжести), возбуждаются и создают у нас ощущение (пусть даже настолько слабое, что мы сами его не осознаем), будто мы также поднимаем тяжесть. В итоге нам не приходится даже задумываться о том, что именно тот человек в данный момент чувствует: нам это сразу становится известно из собственных непосредственных ощущений.

Получать представление о том, что думает другой или что делает другой возможно только, уже имя подобный опыт. В этом случае, конечно же, при осознанном внимании на действиях другого будут активироваться соответствующие распознаватели, затрагивающие соответствующие поведенческие цепочки. Предполагать же, что существуют некие нейроны, заранее как-то специализированные (все нейроны - распознаватели своего профиля возбуждения), как ранее выразилась Р.Картер "таинственно" делающих нас сопричастными: "Узнав об этих нейронах, мы получили основу для понимания массы таинственных аспектов человеческой психики: “телепатии”, сопереживания, обучения путем подражания, даже эволюции языка.". Если воспринимать эти нейроны всего лишь как ассоциативно откликающиеся на сходный профиль уже наработанной реакции, вся таинственность и драматизм исчезает. Вовсе и не нужным оказывается придавать этому такое большое значение. Но "зеркальным нейронам" в книге уделено неоправданно много места и совершенно без какого-либо полезного эффекта для понимания механизмов.

Всякий раз, когда мы смотрим, как другой что-либо делает (или лишь начинает делать), у нас в мозге могут активироваться соответствующие нейроны, и это позволяет нам узнать намерения этого человека. Это дает возможность строить сложные модели психического состояния.

На самом деле, всякий раз при этом у нас возникает некий ассоциативный отклик, соответствующий личному, уже имеющемуся опыту, и то, насколько верно мы судим о других, зависит от того, насколько наш опыт схож в этом. А вот несхожесть порождает иллюзии понимания.

Когда мы видим ломающуюся ветром ветку дерева, у нас точно так же активируются нейроны, соответствующие распознаванию и пониманию этого явления, и это может даже навести на мысль повторить то, что делает ветер, если такие результаты для нас желательны. Мы буквально во всем наблюдаемом можем найти зацепку для нового поведенческого варианта (Леонардо да Винчи проделывал такую стимуляцию своей фантазии, наблюдая за узорами трещин в штукатурке), и что из того?..

 

...Даже мега-мегаконфигурации мегаконфигурации обычно оставляют в памяти лишь смутный отпечаток. Но бывают и такие, что горят над болотом нашей долговременной памяти как яркие огни.
Это могут быть детские воспоминания о пляже и песке, утекающем сквозь пальцы, или застывший кадр из давнего и в остальном забытого отпуска, или, может быть, поразительно отчетливый образ давно умершего друга. Почему эти конфигурации остаются, а другие исчезают?
В большинстве случаев все дело в эмоциях. У нас в памяти задерживаются именно те сцены, которые по той или иной причине сопровождались эмоциональным возбуждением.

Здесь опять путаются причина и следствие... Осознанное внимание сопровождает наиболее актуальные (новизна и значимость) моменты наших действий, именно такие звенья цепей реагирования осознаются и, тем самым, субъективируются, осмысляются, при этом формируя последовательсть касаний сознания моментов актуальности, что создает похожую на поведенческую, но мыслительную цепочку автоматизмов [249]. Далее - попытки придать убедительность неверному посылу:

Это происходит оттого, что эмоциональное возбуждение по определению вызывается всплеском возбуждающих нейромедиаторов, повышающих активность нейронов в некоторых отделах мозга. Такое повышение активности приводит к двум эффектам, каждый из которых по очевидным причинам полезен для выживания. Во-первых, это повышение остроты восприятия, создающее ощущение абсолютной отчетливости и замедленности происходящего, которое характерно для критических мгновений. Во-вторых, это усиление долговременной потенциации, благодаря которому возрастает вероятность того, что события, переживаемые в таком состоянии, удастся запомнить и впоследствии избегать их (если это что-то плохое) или стремиться к их повторению (если хорошее).
Вышеописанный эпизод может считаться хорошим кандидатом на сохранение в долговременной памяти, потому что включает несколько ярких сенсорных стимулов (вид моря, звуки музыки, вкус вина), каждый из которых способен стать одной из “рукояток”, за которые сцена может быть извлечена из памяти и воспроизведена в сознании. Причем каждое такое воспроизведение будет все надежнее закреплять ее в памяти. Еще важнее то, что все это пропитано чувством страха. Если дети вернулись целыми и невредимыми, со временем об этом происшествии могут остаться лишь смутные воспоминания.
Но если за этой сценой последовало появление на пороге полицейского, который принес весть о несчастном случае, память о той музыке, том пейзаже и вкусе того вина, вероятно, останется с вами на всю жизнь.
Эпизоды, которым суждено отложиться в долговременной памяти, не сразу запечатлеваются в ней.
Процесс их перевода на постоянное хранение занимает до двух лет. В течение этого времени они остаются уязвимыми и легко стираются из памяти.

На самом деле воспоминания закрепляются долговременно примерно за полчаса. Именно такое время нужно, чтобы осталось воспоминание о события до того, как человек оказывается в бессознанке, например, после удара бутылкой по голове. Активность в виде возбужденных нейроструктур сохраняется обычно лишь до сна, когда такие активности последовательно гасятся общим торможением. Лишь самые сильные, доминантные могут остаться до следующего дня активными.

 

...Лобные доли — это то самое место, где рождаются идеи, возникают планы, где из мыслей и ассоциаций складываются новые воспоминания, где окружающий мир усваивается через множество ощущений, передающихся в долговременную память либо исчезающих бесследно.
Именно в этом отделе мозга сосредоточено сознание— тот светлый край, куда продукты конвейеров нашего мозга поступают из его глубин для проверки. Именно здесь возникает самосознание, а эмоции превращаются из физиологических механизмов выживания в субъективные ощущения.
Если бы нам захотелось разместить на нашей карте мозга стрелочку с подписью “Вы находитесь здесь", она указала бы налобные доли. В этом наши новые представления о мозге совпадают с представлениями древних мистиков, ибо именно здесь они традиционно помещали “третий глаз” — врата, ведущие к вершинам осознания.

Сначала бы нужно определиться в том, что такое сознание, чтобы так вольно помещать его только лишь в лобные доли, хотя контуры субъетивированных образов восприятия-действия организуются в других частях мозга [31], [123] . Р.Картер не делает даже такой попытки. Функциональность сознания организуется вовсе не только в лобных долях (см. Сознание). А относительно самосознания, примерно так же как это случилось с лишней сущностью "зеркальных нейронов": с подачи психологов возникло излишне значимое понятие "самосознание", а вот почему это не так: Самосознание. Но пока что в книге актуальным остается вопрос: "Есть ли у сознания особое предназначение — или оно лишь побочный продукт сложной нервной системы?". То, что сознание является основой адаптивности личности как-то остается без внимания.

Кстати, чуть позже написано: "В середине ствола мозга расположены нейроны, обладающие необычайно длинными дендритами, протянутыми как вверх, так и вниз. Некоторые из них даже достигают коры больших полушарий. Одни из этих нейронов отвечают за сознание. Сотрясение мозга часто связано с нарушениями работы данной системы, а серьезные ее повреждения могут приводить к тому, что человек навсегда погружается в кому"

 

...Внимание необходимо для мышления, а также для осознания своих ощущений. Наш мозг постоянно сканирует окружающую среду в поисках сенсорных стимулов.

Опять какое-то сканирование, хотя никто не описывал никаких таких сканирующих процессов. А вот то, чем обуславливается "ориентировочный рефлекс" описывалось [126] и его прямая функция привлечения внимания [124]. Внимание - не результат последовательного сканирования, а результат выделения наиболее актуального во всех параллельно протекающих поведенческих цепочках. На этих пиках актуальности и происходит подключение гиппокампом структур актуальных звеньев цепочек к лобным долям.

Воспринимается ли тот или иной стимул сознательно или бессознательно, отчасти зависит от того, подготовлен ли мозг заранее к обращению внимания на данный стимул.

Вовсе не так. Осознается пик актуальности (максимум новизны и значимости), остальные поведенческие цепочки реализуются, не осознаваясь пока не окажутся в пике актуальности. Так обеспечивается адаптивность к наиболее главному (значимость), что ее требует (новизна). Это и есть функциональность сознания, а вовсе сознание - не "побочные эффекты огромной памяти мозговой флэшки".

 

...Рефлекторные действия не сопровождаются потенциалом готовности (ПГ), но всякий раз, когда человек преднамеренно двигает пальцем, примерно за полсекунды до самого действия процессы, происходящие в мозге и обеспечивающие его совершение, проявляются в виде такого всплеска нейронной активности. Казалось бы, можно было ожидать, что в тех случаях, когда решение совершить действие принимается по собственной воле, оно должно приниматься непосредственно до или, возможно, во время активации мозга, вызывающей ПГ. Вместо этого Либет обнаружил, что испытуемые неизменно сообщали о времени принятия решения пошевелить пальцем лишь после начала ПГ. Почти во всех случаях испытуемые говорили, что сознательное побуждение или решение совершить движение возникало через 350-400 миллисекунд после всплесков на энцефалограмме, соответствующих ПГ. Само движение совершалось еще примерно через две десятых секунды.
Важность открытия Либета трудно переоценить.
Если сознательное решение совершить движение принимается, когда механизм совершения движения уже запущен (что, по-видимому, и показывают результаты этого эксперимента), значит, на самом деле действие обусловлено не сознательным решением, а процессами, протекающими в мозге неосознанно, и сознание не вызывает действие, а лишь отражает то, что мозг уже делает бессознательно.
Если это относится ко всем действиям, то наше поведение есть просто конечный продукт автоматических процессов, протекающих в мозге, и наше представление о свободе воли иллюзорно.
Полученные Либетом результаты не кажутся такими уж спорными нейробиологам, которые считают сознательный опыт продуктом активности мозга, а не его причиной. Но, как ни печально, наше общество, и в том числе судебная система, исходит из традиционного понимания свободной воли, которое, судя по всему, расходится с данными науки. Вопрос состоит, прежде всего, в том, какие выводы мы должны сделать из результатов эксперимента Либета и что они означают для наших представлений о человеческой природе.
В настоящее время в психологии и нейропсихологии преобладает детерминистская точка зрения, согласно которой наше поведение полностью определяется прошлым опытом и текущим контекстом. Исходя из этой точки зрения, наше представление о том, что мы обладаем свободой воли и сами управляем своим поведением, есть не более чем иллюзия.
Эта иллюзия возникает оттого, что мы задним числом причисляем свои действия к следствиям предшествовавших им мыслей. Например, если я думал о том, что в комнате темно, и замечаю, что моя рука тянется к выключателю, я буду считать, что по собственной воле потянулся рукой к выключателю. Если так, то “свободная сознательная воля” представляет собой не реальный опыт, связанный с вызыванием действия, а лишь часть описания, которое мы составляем для самих себя задним числом, чтобы объяснить свои действия самим себе. Многие детерминисты утверждают, что наши действия не только не вызываются нашими волевыми решениями, но и бессознательно определяются событиями, происходящими в окружающем мире.
Главный вопрос состоит в том, остается ли хоть что-нибудь, что мы можем назвать свободной волей, не считая создаваемых задним числом описаний.
Есть ли у нас хоть какие-то ощущения, относящиеся к нашим преднамеренным действиям и испытываемые до их совершения?
...я думаю, что Либет был прав, предполагая существование тесной связи между сознательной волей и преднамеренным подавлением собственных побуждений, хотя его идея, что сознание может накладывать вето на бессознательные решения мозга, и представляется мне неубедительной попыткой возрождения дуализма.

Данные Либета были обсуждены в статье Свобода воли как функция бессознательного, в частности было замечено:

"Статья - чисто в стиле психологических исследований :) т.е. чистая эмпирика, без понимания сути происходящего. Да, в простейших случаях вообще безо всяких инструментальных методов и не за 10 секкунд, а вообще практически за любое время можно предсказать, что мало кто выберет съест тарелку живых тараканав :) А если объект выбора предъявлен неожиданно и выбор нужен немедленный, то не 10 секунд, а мгновенно будет сделан выбор. Но если предмет (ситуация) еще не знаком, то будет задержка на исследовательское поведение (очень индивидуально).
Ясен пень, что конечная мысль проявляется в сознании уже после того, как ее предваряет множество неосознаваемых процессов. И чушь, что можно будет хоть когда-то суметь предсказать сложное поведение потому, что для этого нужно знать точно всю системы связей нейронной сети на уровне каждого синапса и систему гормональной регуляции, включая мозговое обеспечение эмоциональных контекстов.
Что же касается вопроса о свободе воли то он просто методологически некорректен: нельзя смешивать философские понятия, касающиеся формы проявлений психических процессов и механизмы этих процессов, о чем разводятся непонятки в обсуждении Сущность сознания."
и далее в обсуждении.

Опять - красивая и бестолковая сенсация... И опять путаница в понятиях "произвольное действие" и "волевое усилие", о чем прояснялось уже выше. Главное: как обычно рассуждения ведутся без корректного определения вообще, а что же такое "свобода воли", просто по-бытовому, по-народному. И популярная форма изложения не оправдывает.

Далее идут еще более своевольные рассуждения, все - галопом по Европам :)



Обсуждение Сообщений: 1. Последнее - 28.05.2014г. 1:46:07
Дата публикации: 2014-05-26

Оценить статью >> пока еще нет оценок, ваша может стать первой :)

Об авторе: Статьи на сайте Форнит активно защищаются от безусловной веры в их истинность, и авторитетность автора не должна оказывать влияния на понимание сути. Если читатель затрудняется сам с определением корректности приводимых доводов, то у него есть возможность задать вопросы в обсуждении или в теме на форуме. Про авторство статей >>.

Тест: А не зомбируют ли меня?     Тест: Определение веса ненаучности

Поддержка проекта: Книга по психологии
В предметном указателе: Головной мозг | масару эмото вода | масару эмото послание воды | МЕЛХИСЕДЕК Нюхтилина | Мозг | Послания воды Масару Эмото | Функции мозга | Fornit Минералогический музей, обработанные самоцветы | В. С. РАМАЧАНДРАН «Мозг рассказывает» комментарии | Исследователи выработали условный рефлекс у тараканов
Последняя из новостей: Обзор эволюционного появления субъективных моделей действительности: Субъективные модели действительности.

Нейроны и вера: как работает мозг во время молитвы
19 убежденных мормонов ложились в сканер для функциональной МРТ и начинали молиться или читать священные тексты. В это время ученые наблюдали за активностью их мозга в попытке понять, на что похожи религиозные переживания с точки зрения нейрологии. Оказалось, они похожи на чувство, которое испытывает человек, которого похвалили.
 посетителейзаходов
сегодня:45
вчера:77
Всего:33273832

Авторские права сайта Fornit
Яндекс.Метрика