Главная книга сайта Форнит: «Мировоззрение». Другие книги:
«Познай себя», «Основы адаптологии», «Вне привычного» и Лекторий МВАП.
 
 

Женщина с неба

Относится к   «Двухтомник художественной прозы «Вне привычного»»

Ознакомительная часть произведения «Женщина с неба» из двухтомника художественной прозы «Вне привычного».

В офисе становилось невыносимо. Интернет был жестко ограничен из соображений безопасности, почта контролировалась, CD-приводы и USB-гнезда повытаскивали из всех компов, чтобы никто не смог копировать нафиг никому не нужную корпоративную информацию. Иногда курсор сам собой ходил по монитору вслед за бдительными действиями удаленного админа. Хоть бы платили нормально.
Сергей невозмутимо выслушал шефа, удовлетворенный запасом прочности своей психологической брони и пообещал сделать все, что можно. Вернувшись к устройству для перекачки его мозгов в программный код, увидел на мониторе сообщение всего о двух ошибках в результате компиляции. Но почему-то даже это опечалило его, и вдруг возникло сильнейшее предчувствие, что так жизнь продолжаться не может.
К концу работы как всегда хотелось домой и сегодня все продолжало происходить по давно приевшемуся порядку. Сергей отшагал несколько остановок, не желая делить жаркий летний воздух с потными пассажирами.
Вот его дом, окруженный грязными киосками, ободранная штукатурка, пара пьяных рабочих вяло что-то мажущих с краю, изнывающие на жаре деревья с обвисшей листвой вдоль потрескавшегося тротуара, которые уже не надеялись ни на дождь, ни на воду в арыке.
В детстве Сергей любил лето. Даже не потому, что были каникулы. Просто летом все росло и радовалось, было навалом фруктов, по вечерам с друзьями они ползали с фонариками среди высокой травы и гонялись за жуками и бабочками. За пойманных насекомых в сельхозинституте расплачивались конфетами.
Сергей свернул к подъездам. Навстречу шла молодая соседка с подружками, все круто прикинутые. Конечно, они занимали всю ширину дорожки и не собирались расступаться. Сергея обдало легким смущением, и он остановился, чтобы стихия сама обогнула его.
- Привет, - снисходительно процедила соседка, чуть скривив в усмешке губки. На него пахнуло смесью духов и пива, кто-то, проходя, чуть пихнул его бедром, и позади раздалось нервное ржанье. И было в этом смехе такое, что Сергей понял - им, в общем-то, хреново, несмотря на то, что их папики отстегивали сколько надо. Что они мечтают, чтобы жизнь изменилась, чтобы появилось нечто, хотя бы чуть интереснее обычного пофигиста, и чтобы оно увело в новый мир.
Стало немного обидно, что сам он, в принципе, был неплохим парнем, но доказать это любой из этих девчонок практически не может, не выглядя придурком. И он давно понял, что от собственных способностей мало что зависит, а все больше определяет какой-то непонятный вселенский расклад удачи. Поэтому он сам стал умеренным пофигистом. Осталось только острое чувство несправедливости, что в его мире все возвышенное выглядит нелепым и неуместным.
Из уличной жары он нырнул в пахнущий плесенью подъезд, ослеп в полумраке и уткнулся в податливое колышущееся тело.
- Господи, Сер-р-рж! - вместе с сиплым голосом невыносимо запахло луком.
- Ох! Извините, Тамара Николаевна…
- Да ладно. Вечно тут меня бодают… Дома надоест - выхожу. Так вот вечно туда - сюда.
Все знали, что одним из любимых дел этой давно пребывающей в одиночестве дамы был ненавязчивый визуальный учет корреспонденции соседей. Просто чтобы хоть как-то чувствовать, кто чем живет.
Думая об этом, Сергей споткнулся о первую ступеньку, но вовремя скоординировался и неторопливо зашагал на второй этаж.
С тех пор как он развелся с женой после семи лет пустого сосуществования, оставил ей квартиру и переехал к матери, ему в жизни больше не везло. Но, казалось, что не везло не только ему, но и всем окружающим. У всех было что-то не так. Постоянно созревали дурацкие проблемы. А весь остальной, благополучный мир, похоже, только с брезгливой иронией посматривал на это.
По вечерам женщины боялись выходить из дому. Они настойчиво утверждали, что в полной темноте из непроходимых зарослей сирени им является совершенно голый мужчина, шурша газеткой у бедер. Мужья как-то даже устроили облаву, уговорив хорошенькую Татьяну Анатольевну побыть приманкой, но дикий человек оказался хитрее.
Сергей знал многих, кто пытался заработать, делая что-то своими руками. Он сам пытался бизнесменить. Но все подобные начинания кончались глухим крахом, и поэтому никто больше ничего не хотел. Люди в этом небольшом городе изо всех сил старались не быть лохами, и те, у кого еще что-то оставалось светлое в душе, никогда это никому не показывали. Красота изредка проявлялась во внешнем: ну, случался иногда прекрасный закат, веселый летний ливень с радугой или белая точка военного самолета чертила в утренней голубизне длинные узоры, когда воякам удавалось достать горючку, чтобы совсем не разучиться летать.
Сергей не жаловался, вообще не пытался облечь в колкие слова убогие понятия окружающей жизни. Он считал, что если тебе так повезло, что ты родился на помойке, то у тебя есть, по крайней мере, два выхода. Или найти место, где жизнь не так грязна или по мере возможности избавиться от грязи хотя бы вокруг себя. Ему в какой-то мере удавалось реализовать обе эти возможности. Он не поддерживал отношений с грязными людьми, и поэтому у него не было настоящих друзей. И ему повезло, что рядом с городом были высокие, по-настоящему красивые горы, куда можно было уйти и забыть о городе, что часто и делал Сергей с такими же экстремалами.
Сунув ключ в расшатанный замок, Сергей начал подбирать нужный наклон, думая, что надо бы сменить, наконец-то это барахло, но сначала придется найти где-то замок точно такого же типа, чтобы подошел к уже сделанным в двери дыркам.
И тут на его плечо легла тяжелая, влажная ладонь и в шею пахнуло горячим смрадом. Мелькнула мысль о диком человеке, который сейчас начнет просить на флакон обезболивающего. Как всегда, в подобных случаях Сергей не мог сразу сообразить, как лучше поступить. Вот потом, при мысленном разборе ситуации он легко находил верное и эффективное решение.
Он чуть передернул плечом, сбрасывая лапу, независимо повернулся, хмуро поднимая глаза и оцепенел. Сначала показалось, что на него скалится безгубыми костями раздавленное грузовиком лицо, но оно было огромно в ореоле слипшейся оранжевой шерсти, клыки торчали вниз до жуткого бородавчатого подбородка, и оно сверлило его злобным фасеточным взглядом. От него исходила подавляющая аура несомненного правдоподобия, и мир потеснился, принимая в себя такую невозможную реальность. Но холодеющее сознание не успевало, и когда, прямо из ничем не прикрытого полупрозрачного туловища с голубовато-желтыми внутренностями, протянулись несколько лоснящихся гибких макаронин, дрожащих как у алкоголика, Сергей смог только подумать, а что будет, если сейчас выйдет мама. Потом что-то укололо его в бок, и он одеревенел, привалившись спиной к двери. Длинный раздвоенный язык красной молнией щелкнул по лицу, до краев наполнив мерзким чувством, все нелепо задергалось вокруг, меняя очертания. Его мощно повлекло куда-то, от чего сжались внутренности и перехватило горло. Вокруг бормотали и шуршали голоса, стало нестерпимо томительно и душно так, что в пору было смириться со смертью. Всколыхнулось последнее, отчаянное озарение мысли, и он умер.

Потом он очнулся и вспомнил все, еще не успев открыть глаза. Но это было далеко и давно. Он открыл глаза и вместо белой постели в больничной палате увидел беспорядочно мелькающие цветные пятна и полосы. Мучительно долго все увиденное собиралось в образы, и этот процесс походил на безумие. Потом он понял, что смотрит на мерцающую рябь воды прямо у его лица.
Он лежал на боку, на каком-то упругом темно-зеленом матраце. Чуть пошевелившись, он сообразил, что этот матрац плавает в воде. Он плюнул и некоторое время смотрел, как расходится пятно.
Сергей осторожно, чтобы не свалиться в воду, привстал. Матрац оказался огромным листом кувшинки, местами запачканным птичьим пометом. Совсем рядом над водой распустил прекрасные лепестки белый цветок, величиной с большой кочан капусты. Сергей скосил взгляд и убедился, что он по-прежнему не лягушка. Лист видимо распирали какие-то газы, и он легко выдерживал вес Сергея.
В голове было пусто. Мысли как бы испуганно попрятались, не находя достаточной опоры в реальности.
Он находился почти в самом центре тихого, сказочно прекрасного озера, на поверхности которого плавали такие же листья. Не близкий берег резко очерчивался полосой неправдоподобно золотистого песка, за которым протянулся ровный ковер зелени до стены густого леса, чуть призрачного в солнечной дымке.
С левого края леса в небо упиралась грандиозная цепь снежных гор. Куда же его занесло?
Он поднял глаза к голубому далекому небу с веселыми барашками облаков и, уже готовый к любым чудесам, все же обомлел, увидев летящего дракона. На таком расстоянии отчетливо различались три головы на длинных шеях, великолепные перепончатые крылья и позорно короткий поросячий хвост. Его психика подвергалась серьезному испытанию, но удивительная четкость восприятия и ясность в голове не давали никакого повода сомневаться в увиденном... Все же в качестве традиционной окончательной проверки Сергей с размаху врезал себе по лбу ладонью. Нет, так сниться не может.
Этот его жест вызвал чей-то хрустальный веселый смех позади. Такого чистого и приятного смеха Сергей никогда в жизни не слышал. Он осторожно привстал еще больше и повернулся в другую сторону.
Девушка показалась ему довольно странной. Она стояла на четвереньках на соседнем матраце и смеялась так, как будто ей было больно. Одетая в белое полупрозрачное платье сказочной принцессы, с невесомыми, как струи дыма, локонами волос, она удивляла необычными чертами бледного лица. Несмотря на смех, это лицо казалось мало выразительным, может быть, из-за маленького носа и рта, и только огромные глаза казались живыми, и они приковывали все внимание. Какая-то совершенно незнакомая раса. Возможно, ее занесло сюда так же, как и его.
Ее длинные ноги были босыми. Принцесса на четвереньках не вызывала рыцарских чувств.
- Привет! - кивнул он. Она перестала смеяться и просто улыбалась. Вот он, языковый барьер. Неужели ей пофиг, что она оказалась на середине озера?
- Чего уставилась? - добродушно спросил Сергей, - Сидим тут на листочках как дураки…
- Это чтобы ты сразу не убежал, - неожиданно опрокинула языковый барьер принцесса непривычным, непередаваемо певучим голосом и, смело встав во весь рост, изящно покрутила пальчиком вокруг листа, на котором сидел Сергей. Тот порозовел от неловкости за свою грубость. Склонность краснеть всегда отравляла ему жизнь.
Другая раса и отличное знание его языка. Так, похоже - она здесь хозяйка положения. Сергей вдруг осознал свою зависимость именно от этого существа. Ну, понятно, значит - инопланетяне. А он тут для какого-то эксперимента.
- Что все это значит? -спросил он наконец.
- Ты у меня в гостях. Ты мне нужен. И здорово, что не теряешь голову.
Это точно не было телепатией. Она просто отлично знала язык и, выходит, знала и соответствующую культуру. Вот же, повезло - это произошло с ним. Или не повезло?
- Это какой-то эксперимент?
- Можно и так сказать... - она не договорила потому, что лист под Сергеем сильно качнулся, он взмахнул руками и чуть не свалился в воду.
- А это еще что!? - крикнул он, разглядев большое хвостатое тело, промелькнувшее в воде, - Тут акулы водятся?
Девушка снова весело и не обидно рассмеялась, - Акулы не водятся, зато навалом русалок. Есть еще водяной, но он такой болван!
Лексикон у нее достаточно свободный. После очередного рывка листа из-под ног, раздался слабый хлопок, и у края весело запузырился выходящий воздух. Лист стал убедительно проседать.
- Что ты теперь будешь делать?! - с живейшим интересом увлеченного исследователя воскликнула девушка, и Сергей остро ощутил несправедливость ситуации. Он затравленно огляделся. Вода намочила штаны, и тут, некстати, подступил давнишний, еще земной, голод, потому как ужин так и остался на Земле не съеденным. А голодный он был склонен к поспешным решениям.
- Умная крыса будет искать выход из лабиринта! - довольно зло крикнул он, рванул рубашку, быстро избавился от ботинок и брюк и, тоскливо прицелившись, перевалился через край листа. Прохладная вода приняла его тело, и он неторопливо поплыл к ближайшему берегу мимо листа с серьезно озадаченной исследовательницей.
- Куда же ты? - в ее голосе послышалось отчаяние.
- Крыса вырвалась на свободу! - выкрикнул он между размашистыми гребками.
- Пожалуйста, не надо! - ее голос чуть обломился.
Черт... Может она не умеет плавать? Сергей выдохнул в воду ругательство и повернул назад. Он схватился за край ее листа. По внешнему виду девушки ему трудно было определить, насколько искренни были ее переживания, но в глазах стояли слезы, и он смутился.
- Прости, - он помолчал, - что с тобой?
- Я не сдержалась... - она смахнула рукой слезы, - но стало так обидно, когда ты покинул меня. Ты не понимаешь...
- Да, я ничего не понимаю. И я хочу есть. А когда я голоден, я плохо соображаю.
- О, я накормлю тебя, залезай!
Сергей как ледокол подмял под себя лист, но вползти на него никак не удавалось. Лист неожиданно вывернулся, встал вертикально и мягко хлопнул его по голове. Вынырнув, он обалдело уставился на девушку. Та стояла в забрызганном и обвисшем платье прямо на поверхности воды, отряхиваясь руками. Сергей рывком вспрыгнул на лист и, поправив сползшие от рывка из воды трусы, уселся на скрещенные ноги, вызывая состояние полного самоконтроля. Первое, что он осознал на посвежевшую от купания голову - что застрял здесь далеко не на пять минут, но это ему чем-то очень нравится. Однако, он был готов не поддаваться никакой жалости. Девушка шагнула к нему и грациозно опустилась на колени, оказавшись вровень с ним. Они выжидающе посмотрели друг другу в глаза, и Сергей вдруг понял, как легко можно в них утонуть.
- Ты такой неуклюжий...
- Я есть хочу...
- Вот... - она сложила тонкие ладони и поднесла к нему. Они были полны густой алой жидкости. Сергей наклонился и понюхал. Аппетитно пахло ароматной свежестью. Видимо он уколол ее своей отросшей за день щетиной - она слегка вздрогнула. Несколько капель пролилось на мокрое платье, растекаясь широкими пятнами. Он осторожно взял ее руки в свои, изумляясь гибкости длинных пальцев, и, пригубив, жадно выпил все несколькими глотками. Пикантный, солоноватый напиток вливался в жилы горячей бодрящей струей.
- Чьей кровью ты меня напоила?
- Своей, - она улыбалась одними глазами.
- Вот уж не поймешь, когда ты шутишь!
- Поверь, я желаю тебе только добра, - в ее взгляде Сергею показалась чуть фанатичная искренность. Он растерялся.
- Если бы ты согласился погостить у меня немного...Это так важно.
- Но ты мне еще ничего не рассказала... Как тебя зовут?
- О.., назови меня сам, как тебе нравится, Сережа! - предложила она.
Рядом громко булькнуло, всплеснулось как от вынырнувшего бочонка, и раздался скрипучий голос.
- Тоже мне, Сер-р-режа! - передразнил он, - Разве ж настоящего мужика так зовут?
Сергей повернулся и увидел одутловатого старикана в огромных красных трусах в горошек, бревном покачивающегося на спине. Круглый живот целиком торчал над водой, а выцветшая зеленая борода далеко расплылась вокруг губастой и щекастой морды, моргающей маленькими глазками из-под косматых бровей.
- Не будь дураком, назови ее Авдотьей! - посоветовал старикан.
- Это и есть тот болван - водяной, - с улыбкой вздохнула девушка, - Если будет слишком надоедать, просто надавай ему по шее!
- Не слушай бабу, своим умом жить надо! - в сердцах прикрикнул водяной.
Вокруг поверхность воды закипела от множества всплывающих хвостатых тел. Стало шумно.
- Опять сбежал!
- Да опять ее учуял, извращенец!
- Эй, а ну давай на дно!
Суетливые русалки, сверкая чешуей, бесцеремонно подхватили вяло отбивающегося старикана и потащили в глубину. Лист сильно закачался. Чтобы удержаться Сергей низко наклонился, ухватившись руками за скользкие края так, что его рука оказалась на бедре девушки. Прямо перед его лицом вынырнула русалка, призывно подмигнула обоими глазами, извернулась и, смачно влепив ему кончиком хвоста в лоб, ушла в глубину.
- Ой! - жалобно вскрикнула снова облитая девушка.
Сергей запоздало выпрямился.
- Как оживленно здесь! - сказал он, потирая лоб, - А на берег попасть реально? Ты, естественно, пойдешь по волнам, а я как-нибудь своим ходом.
- Да, лучше выбираться отсюда, Сережа! - девушка встала, брезгливо поправила замоченное, в красных пятнах и ставшее почти совсем прозрачным платье и взяла его за руку. Лист моментально ушел из-под ног с резким ощущением падения в бездну. Как он сидел на скрещенных ногах, так и оказался в воздухе, невесомый, а девушка явно забавлялась, поворачивая его из стороны в сторону, как воздушный шарик. "А как же инерционная масса?" - возникла протестующая мысль. Он вытянул ноги, чтобы выглядеть приличнее.
- Тешишься своим могуществом? - смог, наконец, он произнести хоть что-то.
- Даю привыкнуть. Хорошо, теперь - сам! - девушка осторожно поставила его на воду.
Устоять оказалось почти невозможно. Малейшее усилие сбивало с ног невесомое тело на ужасно скользкой воде. Давящаяся смехом девушка все же помогла ему прочувствовать новые законы равновесия и сделать первые шаги. Но от всего этого начало выворачивать желудок.
- Сережа, ты чего стал такой бледный?
- Сейчас меня стошнит, - признался он, едва шевеля губами.
Она наклонилась к его шее и слегка прикусила. Как ни странно, это сразу помогло.
- Спасибо, доктор! - выдохнул он и мелкими шажками засеменил к берегу.
- Держись за меня!
Но просто держаться за руку оказалось недостаточно. Иногда он соскальзывал и проворачивался на ее руке как пропеллер. Тогда девушка подхватила его и быстро понесла в горизонтальном положении.
- Господи! Почему бы нам просто не взлететь? - изнывал Сергей, подрыгивая ногами, - Ты же наверняка летать умеешь? А? Умеешь ведь?
- Не брыкайся, мне неудобно! Уже выходим.
Наконец он был поставлен на песок и с удовольствием вдавил его обретенной тяжестью.
- И долго ты тренировалась, пока не научилась так здорово ходить по воде?
- Я всегда любила танцевать на воде. Это как у вас кататься на льду.
- О, покажи мне когда-нибудь!
- Конечно, если ты погостишь у меня!
- Хорошо, особенно если ты прояснишь мне про все это. Какой чудесный пляж и солнце! - его настроение стремительно улучшалось, и он уже точно не хотел, чтобы этот рай вдруг закрылся для него. Он прыгнул на золотящиеся россыпи неземного песка и, перевернувшись на спину, в упоении раскинул руки, прикрыв глаза от яркого солнца.
- Если честно, то я заранее почти на все согласен, - тихо проговорил он, - мне здесь нравится.
- Прекрасно. Тогда, может быть, сразу и начнем?
- Что начнем? - Сергей сфокусировал один глаз.
- Делать жизнь, - она неопределенно повела рукой, явно волнуясь.
- Что!? - он удивленно привстал на локтях.
- Я, конечно, предпочла бы, чтобы ты ничего не знал, тогда бы все получилось более непринужденно, - она принялась стягивать нелепое мокрое платье с кровавыми пятнами.
- Вот так сразу!? - ошеломленно замотал головой Сергей, не в силах отвести взгляд.
Если ее лицо не особенно привлекало внимание, то фигурка у нее была просто фантастической. Примерно так рисуют в мультфильмах прекрасных инопланетянок.
Она озадачено посмотрела на него, с неожиданной сноровкой выжимая воду из платья на песок.
- А..., базовая реакция! - она покачала головой, - Ты не правильно понял, потому, что не выслушал объяснения. Пойдем, тут недалеко есть подходящее место, где мне проще будет все рассказать.
Она забросила платье на плечо и, не оглядываясь, направилась к лесу. Обалдеть.
"Выкинь из головы, казел!" - приказал себе Сергей.
Привычным усилием воли он переключил эмоциональный настрой, резко поднялся и стряхнул прилипший песок. Как только он ступил на траву, босые ступни начали накалываться на что-то. Он сразу не смог вспомнить, когда в последний раз ходил босиком по траве. Девушка шла свободно и не оборачивалась.
- Постой! - крикнул он вслед, - Я, кажется, придумал для тебя имя!
Она остановилась, поджидая, пока он, выгибаясь и шипя от уколов, не приблизился. Они пошли рядом.
- Как ты здесь так спокойно ходишь босиком?
- Привыкла.
- Можно я буду звать тебя Аделией де Педро дона Лолита...
- Ого..., кажется, это ты попробовал пошутить! Может быть сможешь выговорить мое настоящее, - она пропела слово, не оставившее в голове ничего, кроме переливчатого звона. С четвертой попытки он уловил звукосочетание и, еще немного помучившись, они сошлись на компромиссном - Бьянзли.
Они подошли к опушке леса, состоящего из невысоких, но мощных деревьев с бочкообразными стволами, покрытыми крупной чешуей как гигантские ананасы. Их прямые пальмообразные ветви густо переплетались наверху, из них выглядывали разноцветные плоды и с веток на ветки прыгали какие-то мелкие мохнатые твари. Громко орали птицы, иногда заглушаемые короткими звериными вскриками. Рай до приторности.
Бъянзли приподняла руку, что-то блеснуло с ее пальцев, и впереди воздух загустел переливающимся маревом.
- Пойдем! - она шагнула вперед и исчезла.
Сергей чуть помедлил, коротко выдохнул и нырнул в неизвестность.
Лес пропал. В нежно-розовых сумерках, как в куполообразной палатке, неизвестно на чем с кошачьей непринужденностью расположилась Бьянзли, уже в тонкой матово лоснящейся черной коже, плотно обтягивающий ее.
- Привет! - она улыбнулась, - Это - мой дом!
Сергей невольно озирался, привыкая. По всей розовой глубине мерцали чуть заметные искорки и блики, никак не собирающиеся во что-то для него осмысленное, а вместо шума леса в бархатистой тишине едва слышались, казалось бы, хаотические звуки, самые разные и неожиданные. Все это явно как-то воздействовало на настроение, настраивая на домашний уют.
- Нравится?
- Непривычно...
- Садись!
Сергей обернулся, примериваясь.
- Просто садись куда хочешь, не бойся!
После секундного колебания Сергей преодолел естественный протест организма и канул спиной назад. Он был принят мягкими объятиями чего-то.
- Мой дом вне хронотопа этой планеты, и сколько бы мы ни разговаривали, на планете не пройдет и мгновения.
Это сообщение само по себе выбивало из равновесия. Чтобы как-то оставаться самим собой он спросил:
- Это ничего, что я тут в мокрых трусах?
- Ах, да, сама-то я переоделась, - она на секунду замялась, - но, знаешь, одежду тебе лучше выберем в зависимости от результатов нашего разговора.
Как-то слишком дипломатично...
- Если хочешь общаться со мной в таком виде - пожалуйста, - пожал плечами Сергей, - Скажи только, - он помолчал вспоминая, - что это за жуткая тварь была, ну, еще там, у моей квартиры?
- На Земле? А как это выглядело?
- Ты не знаешь? Это было очень мерзко. Такое полупрозрачное тело с щупальцами, клыками и рыжей шерстью вокруг морды... Язык длинный как у хамелеона. Меня, гад, лизнул, бррр... Намного приятнее было бы видеть тебя вместо него.
- Кто-то из наблюдателей околоземной системы разума или даже био-синтетический организм - биосинт. Это из-за всяких формальностей, связанных с перемещением неадаптированных разумных существ. Прости за неприятные переживания, - она мило пожала плечами, - Я, конечно, могла бы начать являться тебе во сне, - она интригующе округлила глаза, - или устроить переписку через ваш интернет, но по некоторым причинам все это не подходило. Кстати, я ведь даже не знаю, где находится эта твоя Земля.
- Да ну!.. Очень оптимистично! Хоть какой-то код центурии или чего там ты же знаешь?
- Ты когда лазишь по инету, разве знаешь где расположен тот или иной сайт?
- Хм. Ну, очень надеюсь, ты не потеряла адрес моей Земли...
Она ласково улыбнулась как ребенку, - не переживай, Сережа, как тебя вытащили, так и вернут.
- Ох, не хотелось бы, чтобы прямо так же...
Она наклонилась, обдав его тонкой свежестью своих волос, и провела рукой в пространстве между ними. Там повисла небольшая серебристая поверхность с двумя розовыми шарами на ней, размером с яблоко.
Сейчас будет объяснять космологию, - приготовился Сергей.
Она взяла один и поднесла ко рту на мгновение.
- Попробуй, это должно тебе понравится.
Сергей повертел свой шар, не понимая, что нужно делать.
- Просто всосись в него с боку, - она неторопливо снова коснулась губами своего шара.
Сергей попробовал. Это было так, как если бы часть оболочки вдруг становилась податливой как жвачка и легко прорывалась, отдавая порцию ароматного сока. Казалось, что он содержит не один какой-то вкус, а множество и хотелось с жадностью выпить его как можно больше.
- Классно как..., мне нравится, - Сергей довольно улыбнулся, крутя в руках уменьшившийся шарик.
Бьянзли стала серьезной.
- Я не смогу тебе объяснить так, чтобы ты все до конца понял потому, что тут очень важна твоя неискушенность в этих вопросах. В общем, здесь предполагается, как я надеюсь, - она многозначительно посмотрела на него, - моя постановка жизни... Ох, я волнуюсь... - она коротко вздохнула, - понимаешь, только ты и я на этой планете... Зачем это нужно? Скажу только, что от этого зависит моя жизнь.
- Круто, - только и вымолвил напрягшийся Сергей. Пауза затягивалась.
- А эти все сказочные существа?
- Все на этой части планете заранее подготовлено, и эти существа - тоже. Это - биосинты, живые структуры с жестко заданным стилем поведения. Некоторые вполне добродушны, а другие очень даже наоборот. Они синтезированы уже во взрослом состоянии, но воображают, что всю жизнь жили здесь. Это - их родной дом. Но птицы и звери в лесу - настоящие природные.
- А что с ними будет потом?
- Они так и останутся жить здесь.
- Но если есть агрессивные существа, значит, кто-то может и погибнуть?
- Да, может.
- Хм, как реалистично... Целая планета предназначена для какой-то твоей постановки. При этом могут погибнуть некоторые ее невинные персонажи. Правильно?
- Внешне правильно. Но это не то же самое как ваша охота на диких зверей на Земле, которая нужна только для удовольствия. У нас это - необходимость. Иначе наша раса исчезнет. Наше становление требует очень много усилий. Вот у вас дети развиваются годами, хотя у более простых животных все намного быстрее. Прости, я не могу объяснить тебе подробнее.
- Да, действительно... Ты тоже прости, за мои глупые для тебя замечания...
- О, Сережа, сам ты ведь не из породы охотников и тебе действительно кажется это несправедливым.
- Мы, конечно, тоже можем попасть в чьи-то когти?
- Не беспокойся за себя. Ты будешь под контролем аварийного извлекателя.
- Надеюсь и ты тоже?
- А вот мне уж как повезет...
- Жестоко как... - Сергей видел, что Бьянзли далеко не так спокойна, как пытается выглядеть. Стоило только взглянуть в ее огромные глаза. А это он себе позволял не часто, ощущая каждый раз непонятное волнение. Он не готов был тонуть в этом неземном обаянии как глупый пацан.
- Природа не знает такого понятия как жестокость. Любой вид жизни имеет право на существование, право на свой шанс доказать свои преимущества. Каким бы ужасным он тебе ни казался. С его точки зрения ужасным кажешься ты. Кто окажется на финише и с кем в балансе жизни, созданном творчески мной, решит то, что со мной будет...
- Что-то вроде наших вылазок на выживание... Сколько времени все это продлится?
- Не больше девяти дней.
Сергей прикинул. Девять дней заботы об этой странной женщине. Разве он не мечтал с детства о подобном приключении?
- В принципе я согласен, но, знаешь, Бьянзли, если я не выйду на работу, меня просто уволят, а найти другую у нас - очень непросто.
Слегка возмутилась совесть, но Сергей одним волевым пинком загнал ее обратно в дебри подсознания.
- О, твое материальное благополучие больше не будет тебя заботить.
- И еще мама. Она с ума может сойти от беспокойства за такой срок.
- Маме ты сейчас напишешь записку.
- И ее передаст та симпатяга с клыками?
- Сережа, - Бьянзли иронически улыбнулась, - с этой проблемой мы справимся сами, - она чуть приподняла руку, и маленькая зеленая искра слетела с нее, оставив в воздухе светлый лоскут с неровными краями и короткую палочку.
- Вот, пиши прямо на этом.
Сергей покрутил в пальцах палочку, как ребенок измазался светящейся краской и начал писать багрово полыхающими буквами: "Мама! Извини за беспокойство, но мне пришлось срочно поехать в другой город начет новой хорошей работы. Так что, если позвонит шеф, предложи ему поискать другого козла в свой загон. Буду через пару недель. Не волнуйся, Сергей."
- Готово, - сказал он и лоскут исчез, - что это у тебя сверкает каждый раз на руке?
Бьянзли показала тонкое золотистое кольцо на среднем пальце.
- По-вашему терминал пользователя. Для связи с инфосетью моей системы разума. С ним я могу очень многое.
- Волшебное колечко?
Она улыбнулась, потом вздохнула.
- Вот только я сниму его перед тем как начать жизнь здесь.
- Чтобы без поддавков, - понимающе кивнул Сергей.
- Точно.
- Слушай, ты так хорошо говоришь на моем языке! Долго пришлось изучать наш мир?
- С этим особых проблем не возникает. С мозгом кое-что делается, - она неопределенно помахала пальчиками, - организуется примерно то, что помогает детям так быстро все воспринимать. Что-то вроде критического периода развития.
- Какая-то хирургическая операция?
- Только ничего нигде не разрезается! - она усмехнулась, - Через внепространство имплантируются нервные ткани в период их созревания. И у нас все происходит гораздо эффективнее, чем в природе у детей.
- Да, как нам далеко до вас...
- Совсем не так далеко, как тебе кажется. А твоим миром я давно заинтересовалась. И именно твоей страной. Там есть необычно отзывчивые люди, готовые изменить свой мир.
- Скорее изменить своему миру, - цинично возразил Сергей, - потому, что наш мир давно изменил нам.
- Наверное, не мир вам изменил, а вы там все еще кусаться не перестали. Знаешь, более цивилизованные страны у вас погрязли в обобщающей культуре настольлько, что самобытное творчество там стало уделом очень немногих. Зато теперь ты увидел и другой мир.
- Да, я уже почти счастлив.
- Дайка мне свою руку.
Она надела на его средний палец точно такое же кольцо, что было на ней.
- Здорово! - он с интересом рассматривал свою новую техническую игрушку, - И как же им пользоваться?
- В сущности - это самое обыкновенное металлическое кольцо. Все дело в том, что на нем сфокусирован следящий канал связи, и он будет везде сопровождать тебя. Сейчас он работает как извлекатель при смертельно опасной ситуации. А как его активизировать придумай сам. Хочешь, сделаем, что нужно будет потереть его, как в сказке.
- Забавно, пусть так и будет, - он улыбнулся.
- Это кольцо останется тебе как сувенир.
- О, Бьянзли, классно!
- Но пока ты здесь и вне этого дома, оно будет работать только как извлекатель. Если, к примеру, тебя съедят, ты окажешься в моем доме и будешь реконструирован даже если от тебя ничего не останется. Теперь давай тебя оденем. Ты мне доверяешь?
- Вполне. А ты будешь в этой своей второй коже?
- Да. Тебе нравится?
- Очень.
- Это действительно как вторая кожа. У нее много функций. Хочешь такую же?
- Можно попробовать.
Бьянзли бросила ему на колени что-то черное и небольшое, похожее на лягушачью шкурку. Сергей недоверчиво приподнял ее двумя пальцами.
- Я точно смогу это натянуть на себя?
Бьянзли взяла у него кожу.
- Встань!
Сергей поднялся, чувствуя себя как новобранец перед комиссией. В дальнейшем аналогия стала еще более полной.
...

На этом прерывается публикация ознакомительной части произведения из двухтомника «Вне привычного».


Обсуждение Еще не было обсуждений.


Дата публикации: 2018-01-14

Оценить статью можно после того, как в обсуждении будет хотя бы одно сообщение.
Об авторе: Статьи на сайте Форнит активно защищаются от безусловной веры в их истинность, и авторитетность автора не должна оказывать влияния на понимание сути. Если читатель затрудняется сам с определением корректности приводимых доводов, то у него есть возможность задать вопросы в обсуждении или в теме на форуме. Про авторство статей >>.

Тест: А не зомбируют ли меня?     Тест: Определение веса ненаучности

В предметном указателе: Fornit Нервы - только для женщин | Британские психологи вывели 9 типов любви между мужчиной и женщиной | Депрессия у женщин Клиника, этиология, диагностика, принципы терапии | Женщина преступница и проститутка Чезаре Ломброзо | Женщины и интеллект | Журнал Nature выяснил, есть ли дискриминация женщин в науке - РИА Новости, 06.03.2013 | Мозг мужчин и женщин отличается ориентацией нейронных связей | Женщин признали неспособными хранить тайны дольше 48 часов | Мужчина и женщина равны в интеллектуальном плане | Fornit Земля и небо авиашоу | Дмитрий Шабанов: Блуждание глазами по всему небу | Земля и небо авиашоу | Небо | Небо в горах | Обсуждение галереи Личные галереи Hellen: Небеса | Обсуждение галереи Обо всем на свете: Юбилейный 10-й МАКС 2011 В небе | Обсуждение статьи Образование и эволюция небесных объектов | Спиральная структура небесных объектов (Путро К.Е.)
Последняя из новостей: В чем заключаются основные причины современного недопонимания функций адаптивных уровней эволюционного развития мозга: Особенности понимания схемотехнических систем.

Curie (Швеция): в России бум популярной науки
В России расцвела популярная наука, пишет шведское издание. Это заметно по широкому ассортименту лекций в крупных городах и на популярных сайтах вроде «Арзамаса» и «ПостНауки». В чем причина такого бума?
 посетителейзаходов
сегодня:11
вчера:00
Всего:8198

Авторские права сайта Fornit
Яндекс.Метрика