Поиск по сайту
Проект публикации книги «Познай самого себя»
Узнать, насколько это интересно. Принять участие.

Короткий адрес страницы: fornit.ru/1009

Этот материал взят из источников:
Н.С. Глуханюк
Т.Б. Гершкович
Список основных тематических статей >>
Этот документ использован в разделе: "Угасание человеческих качеств"Распечатать
Добавить в личную закладку.

Отчет по проекту Механизмы формирования толерантности к старению в условиях современной России

Ф.И.О.          Н.С. Глуханюк, Т.Б. Гершкович

Название проекта «Механизмы формирования толерантности к старению в условиях современной России»

Номер гранта        №КТК – 244 – 1 – 01/01,02

Период действия гранта          01 февраля 2002 г. – 30 ноября 2002 г.

Отчетный период 01 февраля 2002 г. – 30 ноября 2002 г.

Теоретический анализ проблемы толерантности

Существование и развитие человеческой культуры убеждает, что терпение (толерантность) в качестве морального основания для построения человеческих отношений сохраняет свою значимость постоянно. При этом толерантность не фигурирует повсеместно в обыденном сознании, хотя законы человеческого мира и требуют выполнения правил корректного поведения. В обширной литературе, посвященной роли этико-культурных ценностей в целом, категория толерантности употребляется, как правило, в качестве сопутствующей. Выделение феномена терпимости в большинстве работ оказывается затруднительным, так как фактический ее механизм описывается с помощью синонимов или операционально.

Интерес к анализу ценностной значимости толерантности обеспечивается не только социальным заказом на современном этапе развития нашего общества, но и поиском универсальных, «всевременных» механизмов построения человеческих отношений. Толерантность в истории культуры выполняет функцию идеальной модели формирования взаимоотношений в обществе. Поэтому оказывается закономерным наличие рассогласования между декларативным и действительным, поведенческим вариантом принятия данной ценности (Е.В. Швачко).

Проблема толерантности является междисциплинарной. Рассмотрение феномена толерантности с общетеоретических позиций позволяет сделать вывод о том, что данное явление свойственно всем областям человеческого существования и рассматривается многими областями знаний о человеке. Кроме обычно упоминаемых аспектов, связанных с межэтническим и межконфессиональным взаимодействием, важно не забывать о толерантности в профессиональных, гендерных, экономических, региональных, возрастных и других отношениях. Толерантность, таким, образом, представляет собой генерализованную диспозицию, имеющую самый широкий круг проявлений (Д.А. Леонтьев).

В современном человекознании можно обнаружить две противоположные точки зрения о природе толерантности и необходимости ее формирования. Первая состоит в том, что толерантность – комплексное личностное качество, которое необходимо целенаправленно формировать. Вторая точка зрения, представленная недавно на научной конференции «Толерантность – норма жизни в мире разнообразия», предполагает, что толерантность присуща человеческой природе, ей не нужно специально обучать, необходимо лишь устранять те препятствия, которые, формируясь в опыте, мешают ей проявляться. Толерантность – адаптивная составляющая человеческой психики, однако, она подвергается разного рода фрустрациям, и именно в таком контексте видится обширное поле распространения идей толерантности и формирования соответствующих установок (А.У. Хараш).

На каких бы позициях относительно формирования толерантности не стоял исследователь, нельзя не признать, что одной из задач современной психологии толерантного/интолерантного общения является определение устойчивых, стабильных характеристик личности как субъекта взаимодействия, формирующихся в координатах общего культурно- , историко- , социально-психологического пространства развития общности.

Предметом нашего исследования является толерантность к старению. Данная форма проявления толерантного сознания практически не изучена, и тем большую актуальность приобретает обозначенная выше задача поиска стабильных личностных характеристик, являющихся предпосылками толерантности к старению. В качестве такой предпосылки мы разрабатываем готовность к освоению возрастно-временных изменений.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРОБЛЕМЫ СТАРЕНИЯ

Старение – многоплановый процесс. Можно говорить о физическом, личностно-психологическом, социальном, профессиональном аспектах старения. Поэтому изучение данного феномена потребовало привлечения комплексного междисциплинарного знания.

Первым этапом выполнения проекта была систематизация и концептуализация опыта исследования проблемы старения в медицине, геронтологии, антропологии, социологии и психологии.

Опуская исторический анализ проблемы от древних цивилизаций, культуры средневековья и достижений первой половины теперь уже прошлого XX века, рассмотрим выделенные нами основные направления понимания процесса старения и его исследования в современной науке.

Психологические проблемы старения рассматриваются геронтопсихологией, психогеронтологией, психологией развития и психологией личности, социальной психологией и возрастной. И, тем не менее, психология старения по сравнению с другими разделами меньше всего разработана. Это связано, во-первых, с теоретическим разночтением психологических характеристик пожилых людей, отсутствием достоверных данных о возрастной норме различных сторон психической деятельности в позднем возрасте. Вторая причина – отсутствие надежного и валидного инструментария для проведения экспериментальных психологических исследований лиц пожилого и старческого возраста. И, наконец, в-третьих, подавляющее большинство употребляемых методик разработано для изучения людей более молодого возраста и, естественно, не соответствует установкам, интересам и другим характеристикам пожилых и старых людей.

Изменения возрастной структуры населения ставят перед обществом множество вопросов, в том числе и психологических: что наполняет внутренний мир стареющего человека? Сохраняет ли человек до глубокой старости характерную для его личности структуру? Способствуют ли какие-либо психические и личностные свойства или определенный психотип увеличению продолжительности жизни?

Ответы на подобные и многие другие вопросы позволят определить соотношение личностного статуса и стиля жизни в старости, разработать рекомендации не только и не столько по продлению жизни, но и сохранению ее, по возможности, полноценной и активной.

В современной психологии все более утверждается точка зрения, согласно которой старение не может рассматриваться как простая инволюция, угасание или регресс, скорее это продолжающееся становление человека, включающее многие приспособительные и компенсаторные механизмы. Причем люди позднего возраста вынуждены приспосабливаться не только к новой ситуации вовне, но и реагировать на изменения в самих себе.

Цель нашей работы связана с определением и формированием готовности к возрастно-временным изменениям как предпосылки толерантности, позволяющей человеку адаптироваться к постоянно меняющимся условиям жизни и к самому себе.

Анализ различных психологических направлений и подходов (Б.Г. Ананьев, Е.Ф. Рыбалко, Ст.К. Визев, Л.И. Анцыферова и др.) позволил выделить основные теоретические положения в понимании процессов старения. Наиболее важными из них являются: концепция гетерохронности зрелости (физической, гражданской, умственной, профессиональной и др.); несводимость гетерохронности процессов старения только к генотипическим и вообще биологическим причинам, ее социальная детерминированность; необходимость исследования процесса старения, включая весь онтогенез человека в контексте жизненного пути как истории формирования личности в определенном обществе, современника определенной эпохи, сверстника определенного поколения.

При всей кажущейся разработанности проблемы старости и старения отсутствует описание системной характеристики, детерминирующей этот процесс и учитывающей влияние как субъективных, так и средовых факторов. Проделанный теоретический анализ позволил определить методологию исследования и сформулировать экспериментальный дизайн (таблица 1).

Таблица 1

Теоретические положения и методы исследования

Теоретические положения

Методы исследования

Исследование толерантности к старению возможно и необходимо в контексте жизненного пути человека, детерминирующего весь онтогенез, особенно фазы зрелости. Концепция гетерохронности.

Организационные: лонгитюдный; поперечных срезов по возрастным группам.

Сбора данных: биографические, «психологическая автобиография» Л.Ф. Бурлачука, Е.Ю. Коржовой

Измерение личностных свойств пожилого человека необходимо в рамках определенной атрибуции, в частности, адекватности и реальности Я-образа (нарушения или ненарушения идентичности). Концепция диссоциации сознания

Шкала диссоциативных переживаний (DES) Бернстейна и Патнам;

Диссоциативный опросник (ДИС-В), модификация Н.Х. Александровой;

Опросник личностных возрастно-временных изменений, адаптированный для русской выборки вариант Н.С. Глуханюк, Т.Б. Гершкович

Измерение готовности к освоению временно-возрастных изменений с целью выявления общего и особенного в механизмах ее формирования необходимо дифференцировать по признакам возраста, пола, образования, социально-культурного и профессионального статуса

Опросник «Готовность к освоению возрастно-временных изменений» (отношение к старению, отношен6ие к возрастным изменениям) Т.Б. Гершкович, Н.С. Глуханюк

Исследование толерантности к старению предполагает выявление индивидуально-типологических и личностных особенностей, детерминирующих данный процесс

Шестнадцатифакторный личностный опросник Р. Кеттела (16 PF);

Опросник формально-динамических свойств индивидуальности В.М. Русалова

 

Изучение научных подходов подтвердило выдвинутые нами положения о необходимости поиска, исследования и формирования субъектного качества личности – готовности к освоению возрастно-временных изменений – как основы толерантного сознания современного человека в контексте его жизненного пути.

Систематизация опыта различных наук значительно продвинула поиск адекватных стратегий адаптации пожилых и старых людей к постоянно меняющимся условиям жизни в современной России и к самим себе.

СТРАТЕГИИ ТОЛЕРАНТНОГО ОТНОШЕНИЯ К СТАРЕНИЮ

Относительная доля и абсолютное число престарелых граждан во всем мире стремительно растет, а проблемы старости и старения становятся глобальными. По данным ООН, в 1950 г. в мире было 214 млн людей старше 60 лет, к 2025 г. прогнозы обещают 1100 млн. Численность пожилых людей за это время возрастет в 5 раз, тогда как население планеты увеличится лишь в 3 раза. В связи с этим можно говорить о «старении» общества. В России, по тем же данным, 25% населения старше 50 лет, значит, в следующем столетии относительная численность пожилых людей еще больше вырастет.

В то же время, несмотря на обширный материал, накопленный геронтологической наукой и близкими к ней отраслями знания, в общественном сознании существует масса как позитивных, так и негативных стереотипов, связанных со старением и старостью, и далеко не всегда имеющих под собой реальную основу. Эти стереотипы, обусловленные незнанием многообразия механизмов и стратегий адаптации в поздние периоды жизни человека, мешают воспринимать пожилых людей дифференцированно, как индивидуумов с действительно существующими между ними различиями, и могут приводить к негативным последствиям как для пожилых людей, так и для молодого поколения, а также для общества в целом (таблица 2).

Интолерантность в отношении старения проявляется как минимум в трех формах.

1. Нетерпимость к лицам пожилого и старческого возраста со стороны  молодого поколения и/или общества в целом, проявляемая в самых разнообразных формах (в зарубежной литературе используется понятие «эйджизм» – социальная установка, заключающаяся в неоправданно высокой оценке молодости и дискриминации старых людей).

2. Неприятие факта собственного старения лицами пожилого и старческого возраста, связанное с ухудшением состояния здоровья, «выключением» из активной социальной и профессиональной жизни, использованием непродуктивных стратегий адаптации к поздним периодам жизни.

3. Неприятие факта своего будущего старения лицами молодого и среднего возраста. Многие молодые люди считают перспективу старения настолько мрачной, что предпочитают вообще ничего не знать об этом. Они боятся утратить энергию, независимость, гибкость, сексуальность, физическую подвижность, память и даже интеллект, тогда как еще во времена Цицерона убедительно доказывалось, что старение не обязательно сопровождается потерей этих качеств.

Таблица 2

Позитивные и негативные стереотипы старости (Г. Крайг, 2000)

Негативные стереотипы

Позитивные стереотипы

1. Большинство старых людей бедны.

2. Большинство стариков не могут свести концы с концами из-за инфляции.

3. У большинства старых людей есть жилищные проблемы.

4. Старые люди, как правило, слабые и больные.

5. Старики не являются политической силой и нуждаются в защите.

6. Большинство старых людей плохо справляются с работой; работоспособность, продуктивность, мотивация, способность воспринимать новшества и творческая активность у них ниже, чем у молодых работников. Вероятность несчастных случаев у пожилых рабочих выше, чем у остальных.

7. Старые люди медленнее соображают и у них хуже память; у них ниже способность к обучению.

8. Старые люди часто интеллектуально ригидны и догматичны. Большинство стариков закоснели в своих привычках и не способны их менять.

9. Большинство старых людей живут в социальной изоляции и страдают от одиночества. Большинство стариков содержатся в домах престарелых.

1. Старики относятся к довольно зажиточной категории населения. Работающие члены общества щедро обеспечивают их пенсиями и пособиями.

2. Старики являются потенциальной политической силой. Они голосуют и принимают участие в политической жизни. Они едины и их много.

3. Старики легко сходятся с людьми. Они добры и приветливы.

4. Большинство старых людей отличается зрелостью, жизненным опытом и мудростью. Они интересные люди.

5. Большинство старых людей умеют слушать и особенно терпеливы по отношению к детям.

6. Большинство старых людей отличаются добротой и щедростью по отношению к своим детям и внукам.

 

 

Стереотипы отношения к старости, определяющие во многом стратегии адаптации к возрасту, обусловливаются многими факторами, в том числе культурно-историческими особенностями развития общества. Такой выбор в значительной степени определяется, например, национальной традицией отношения к старости. В расширенных семьях на Востоке пожилые люди получают ощущение надежности, эмоциональное тепло и защищенность. В странах Запада старость часто воспринимается негативно, и общество лишает пожилых людей многих социальных прав.

Большое значение влияния социального стереотипа старости на выбор стратегии адаптации к возрастному фактору в старости отмечают В.И. Слободчиков и Е.И. Исаев. Они подчеркивают, что в современном обществе получил распространение образ стариков как бесполезных и обременяющих общество людей. Такие стереотипы отрицательно влияют на самочувствие пожилых людей, являясь психологической основой общественной и профессиональной пассивности пенсионеров. Быстрые инволюционные процессы, обнаруживающиеся у людей в ранний постпенсионный период, – результат их неспособности противостоять мощному влиянию социальных стереотипов. Их влияние приводит к негативным изменениям в еще совсем недавно активных и здоровых людях. Такие стереотипы приходят в противоречие с объективным медицинским и психологическим статусом пожилых людей: психологические исследования показывают, что большинство людей в пенсионном возрасте сохраняют работоспособность, компетентность, интеллектуальный потенциал.

Проблема взаимосвязи социального стереотипа старости и личного выбора стратегии старения поднимается и Л.И. Анцыферовой.

Обзор изменения личностных проявлений в старости делает чрезвычайно актуальной для геронтопсихологии проблему типологии старения. Попыток описания типов старения было сделано очень много. Нами проведен сравнительный анализ типологий Л.И. Анцыферовой, Д.Б. Бромлея, Ф. Гизе, М. Ермолаевой, И.С. Кона, К. Рощака, показавший, что общей детерминантой выбора пожилым человеком конструктивной или неконструктивной стратегии старения является его отношение к этому процессу, которое складывается не только в поздние периоды онтогенеза, когда старость является свершившимся фактом, но и на более ранних этапах жизненного пути (таблица 3).

 


Таблица 3

Стратегии отношения к старению (по данным различных авторов)

Автор

Основания типологии стратегий

Типы стратегий

Л.И. Анцыферова, 1994

ü       Уровень активности

ü       Способы совладания с трудностями

ü       Отношение к миру и к себе

ü       Удовлетворенность жизнью

1 тип – конструктивный, «теплая осень»

ü    Заблаговременная подготовка к выходу на пенсию, поиск новых путей включения в общественную жизнь, планирование будущего свободного времени

ü   спокойное переживание выхода на пенсию, без эмоциональных нарушений

ü   стремление передать профессиональный опыт, наставничество

ü   установление новых дружеских связей

ü   удовлетворенность жизнью

2 тип – неконструктивный, «суровая зима»

ü  пассивное отношение к жизни

ü  отчуждение от окружения

ü  сужение круга интересов

ü  потеря уважения к себе, чувство ненужности

ü  неспособность человека построить новую систему идентификации

М. Ермолаева, 2002 (на основе работ Г.С. Абрамовой, Р.М. Грановской, Н.Ф. Шахматова, Э. Эриксона и собственных исследований)

Направленность ведущей деятельности на сохранение себя как индивида или как личности

1 тип – сохранение себя как личности (поддержание и развитие социальных связей)

ü   ведущая деятельность – структуризация и передача опыта (продолжение профессиональной деятельности, написание мемуаров, воспитание внуков и учеников, преподавание)

ü   творчество как повышение качества жизни и увеличение ее продолжительности

ü   внутренняя интегрированность, сохранение необходимых социальных связей, отсутствие навязчивых мыслей о здоровье, чувство собственного достоинства

ü   сохранение целостности личности, характера и уровня психического реагирования

ü   принятие состояния старости, открытие в нем нового смысла

ü   большие возможности траты эмоциональных ресурсов

ü   ориентация сознания на настоящее, отсутствие депрессивной проекции на прошедшее, согласованность отношений к прошлому, настоящему и будущему

ü   тенденция к пересмотру прошлых активных целевых установок, правил и убеждений

2 тип – сохранение себя как индивида на фоне постепенного угасания физических, физиологических, психофизиологических функций

ü   своеобразная перестройка организма с сохранением особых приспособительных функций на фоне их общего спада

ü   адаптация по принципу «замкнутого контура»

ü   уменьшение интересов и притязаний к внешнему миру, эгоцентризм, снижение эмоционального контроля, заострение некоторых личностных черт, замкнутость интересов на самом себе

ü   снижение поведенческого контроля и истощение чувствительности

ü   изменение концептуальной модели действительности: мир – неясный и непредсказуемый, «отлет» сознания в прошлое, разрыв между прошлым, настоящим и будущим как защитный элемент стратегии

ü   на защита от действительности путем купирования интенсивности жизненных проявлений и подавления активности личности: выраженная озабоченность (беспокойство), ипохондрическая фиксация, возрастно-ситуативная депрессия

ü   стирание гендерного профиля личности

 

 

Продолжение табл. 3

 

Ф. Гизе, 1999

Отношение к старению

1 тип – «старик-негативист»

ü   отрицание каких-либо признаков старости

2 тип – «старик-экстравертированный»

ü   признание наступления старости через внешние влияния и наблюдение за изменениями (взросление молодежи, смерть близких, изменение положения в семье, изменения в технике, социальной жизни

3 тип – «старик-интравертированный»

ü   острое переживание процесса старения, отсутствие интереса к новому, погружение в воспоминания о прошлом, малоподвижность, стремление к покою

И.С. Кон, 1999

Направленность на определенную жизненную сферу

1 тип

ü   участие в общественной жизни

ü   воспитание молодежи

ü   активная творческая жизнь

ü   отсутствие чувства ущербности

2 тип

ü   направленность энергии на себя: самообразование, отдых, развлечения

ü   хорошая социальная и психологическая приспособляемость, гибкость

3 тип (в основном женщины)

ü   сфера приложения сил – семья

ü   отсутствие времени на скуку и хандру

ü   удовлетворенность жизнью ниже, чем в предыдущих типах

4 тип

ü   забота о собственном здоровье

ü   разнообразные формы активности, связанные с этим

5 тип – «агрессивные старые ворчуны»

ü   недовольство состоянием окружающего мира

ü   критика всего, кроме себя

ü   бесконечные претензии и поучения

6 тип – «одинокие и грустные неудачники»

ü   разочарование в себе и собственной жизни

ü   обвинение себя за действительные и мнимые упущенные возможности

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Окончание табл. 3

 

Д.Б. Бромлей, 1978 (по работе С. Рейхард, Ф. Ливсон, П. Петерсена, 1968)

ü   Тип приспособления к проблемам старости

ü   Личностные характеристики

1 тип – конструктивный

ü   хорошая интегрированность в среду, толерантность, гибкость

ü   счастливое детство, удачный брак, стабильная профессиональная история, свобода от финансовых проблем

ü   высокая самооценка, самодостаточность, широкий круг интересов

ü   конструктивная, ориентированная на будущее установка на жизнь, принятие факта старости, спокойное отношение к смерти

2 тип – зависимый

ü   хорошая интегрированность в среду, пассивность и зависимость

ü   охотное завершение профессиональной деятельности

ü   общая удовлетворенность миром

ü   нереалистичность, излишний оптимизм, непрактичность

3 тип – оборонительный

ü   навязчивая деятельность, занятость, связанная скорее с внешними причинами, чем с интересом к работе

ü   стабильная профессиональная история, участие в общественных организациях

ü   повышенный самоконтроль в эмоциональной сфере, консерватизм

ü   страх зависимости и бездеятельности старости, зависть к молодым

4 тип – враждебный

ü   агрессивность, обвинение в своих проблемах обстоятельств и других людей

ü   нестабильная профессиональная история, неврозы, зависимость от родителей, супругов, детей

ü   тревожность, пессимизм, недоверие к людям

ü   неприятие перспективы старения как ухудшения физических и умственных возможностей, плохого финансового положения, страх смерти, зависть и враждебность к молодым

5 тип – отвращение к себе

ü   враждебность обращена против самих себя, критичность и пренебрежительность к своей жизни

ü   несчастливый брак, плохое социально-экономическое положение

ü   пассивность, непрактичность, преувеличение своих недостатков, пессимизм

ü   принятие факта старения, смерть рассматривается как освобождение от невыносимого существования

К. Рощак, 1990

Потребностная сфера

1 тип – конструктивный

см. конструктивный тип по Бромлею

2 тип – защитный

см. оборонительный тип по Бромлею

3 тип – агрессивно-активный

см. враждебный тип по Бромлею

4 тип – пассивный

см. тип отвращение к себе по Бромлею


Различные формы поведения пожилых людей в однотипных ситуациях отражают особенности реагирования на собственное старение. Именно эта сторона психической жизни человека определяет его отношение к личным потерям, утрате прошлых возможностей, так же как и новое восприятие окружающего. Иными словами, перед каждым человеком встает вопрос о выработке толерантного отношения к собственной старости. По данным отечественных геронтологов, ни хорошее здоровье, ни сохранение деятельного образа жизни, ни высокое общественное положение, ни наличие супруги и детей не являются залогом и гарантией осознания старости как благоприятного периода жизни. При наличии этих признаков, каждого в отдельности и вместе взятых, пожилой человек может считать себя ущербным и полностью не принимать свое старение. И наоборот, при плохом физическом здоровье, скромном материальном достатке, одиночестве пожилой человек может находиться в согласии со своим старением и будет в состоянии увидеть положительные стороны своего старческого бытия, испытывая радость (И.Г. Беленькая, Н.Ф. Шахматов, Р.С. Яцемирская,). Как отмечает Н.Ф. Шахматов, отношение к собственному старению – активный элемент психической жизни. В оформлении этого чувства определяющими являются моменты осознания факта физических и психических возрастных изменений, признание естественности ощущений физического нездоровья. На последующих этапах старения отношение к продолжающим выявляться новым изменениям в физическом статусе находится уже под воздействием сформировавшейся новой жизненной позиции, нового уровня самосознания. Эта новая позиция формируется за счет установившихся новых отношений пожилого человека с его окружением, но в большей степени зависит от него самого. Принятие собственной старости есть результат активной творческой работы по переосмыслению жизненных установок и позиций, переоценке жизненных ценностей. Именно при этом варианте психического старения имеется полное согласие с самим собой, согласие с внешним миром, согласие с естественным ходом событий и, наконец, согласие с неминуемостью завершения собственной жизни.

По данным наших исследований, названные детерминанты толерантного отношения к собственному старению и выбора продуктивных стратегий адаптации интегрируются в понятии готовности к освоению возрастно-временных изменений.

Учитывая основные подходы к пониманию готовности к деятельности, представленные в работах М.И. Дьяченко, Л.А. Кандыбовича, В.А. Пономаренко, Л.Н. Захаровой, Р.Д. Санжаевой и ряда других авторов, мы понимаем под готовностью к освоению возрастно-временных изменений интегративное психическое образование, определяющее осознание личностью факта собственного старения, толерантное отношение к нему и проявляющееся в активном поиске продуктивных стратегий адаптации к этому процессу.

Модель готовности к освоению возрастно-временных изменений включает в себя четыре компонента – физиологический, социальный, личностно-психологический, профессиональный (в соответствии с основными аспектами старения), которые реализуются на трех уровнях – когнитивном (осознание и понимание происходящих возрастных изменений, знание способов их преодоления и освоения), аффективном (переживание эмоционального отношения к происходящим изменениям), мотивационном (активный поиск и использование продуктивных стратегий адаптации к возрастным изменениям).

Схематическое изображение модели представлено на рисунке.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Результаты исследования возрастно-временных изменений и готовности к ним

Исследование пожилых мужчин и женщин в возрасте от 65 до 82 лет показало, что в целом большинство испытуемых сохраняют целостный и адекватный образ Я, прежде всего в отношениях гражданско-политическом и профессиональном, а затем в возрастном и гендерном: низкую степень нарушения идентичности продемонстрировали 67% испытуемых, среднюю – 18%, высокую – 15%.

Потеря контроля в отношении поведения, мыслей и чувств, импульсивность поведения в высокой степени представлена у 29% мужчин и лишь у 19% женщин. В целом по данному показателю обследуемые распределились следующим образом: низкая потеря контроля – 32% испытуемых, средняя – 44%, высокая – 24%.

Полученные результаты предполагают разработку различных стратегий адаптации, в связи с различной выраженностью потери контроля и нарушений идентичности.

В структуре готовности к освоению возрастно-временных изменений преобладают социальный (34%) и физиологический (28%) компоненты, и менее выражены личностно-психологический (16%) и профессиональный (22%). Пожилые люди достаточно хорошо осознают происходящие с ними возрастные изменения (когнитивный уровень готовности – 48%), несколько в меньшей степени готовы искать стратегии адаптации к ним (мотивационный уровень – 30%) и, к сожалению, не всегда демонстрируют толерантное отношение (аффективный уровень – 22%).

Результаты исследования готовности к освоению возрастно-временных изменений на молодежной выборке (средний возраст – 18,3 года) показывают, что выделенные компоненты готовности (физиологический, социальный, личностно-психологический и профессиональный) развиты примерно в равной степени, что подтверждает недифференцированность феномена готовности к старению в ранних возрастах. Тем не менее, можно отметить незначительное преобладание готовности к освоению физиологических и профессиональных изменений (по 26%) по сравнению с социальными и личностно-психологическими (по 24%). При этом готовность реализуется главным образом на аффективном (35%) и мотивационном (36%) уровнях. Это означает, что молодежь достаточно смутно представляет себе ожидающие в старости изменения (когнитивный уровень – 29%), но готова толерантно относиться к ним как к неизбежным явлениям и искать способы адаптации.

Более детальный анализ соотношения структурных элементов готовности свидетельствует, что лучше всего молодые люди осознают неизбежность в будущем физиологических и профессиональных изменений, чем социальных и личностно-психологических, то есть очевидными для них являются так называемые «внешние» проявления старения, а сопровождающие их личностные изменения пока не являются актуальными. Наиболее толерантное отношение демонстрируется к профессиональным проявлениям старения, а наиболее болезненное – к физиологическим. Соответственно наблюдается наибольшая готовность искать стратегии адаптации к физиологическим изменениям и наименьшая – к профессиональным. Налицо возрастные особенности готовности к освоению возрастно-временных изменений: физиологические изменения, внешние признаки старения вызывают негативное отношение и готовность им активно противостоять, а утрата профессиональной деятельности (в которую участники исследования еще не включены) воспринимается спокойно, без особых переживаний.

Психотехнологии формирования готовности к освоению возрастно-временных изменений как основы

толерантности к старению

На основании теоретического анализа стратегий освоения возрастных изменений, результатов эмпирического исследования личностных возрастных изменений у пожилых и готовности к ним у представителей двух разных возрастов, мы разработали психотехнологии формирования готовности к освоению возрастно-временных изменений.

При выборе адекватной психотехнологии также были учтены: принципы работы с пожилыми людьми, имеющиеся в гериатрической медицине, социальной сфере, психологическом консультировании; технологии взаимодействия с пожилым клиентом в различных видах психологического консультирования (возрастно-психологическом, семейном, профориентационном, индивидуальном); опыт применения различных методов мотивирования жизненной активности в поздних возрастах (мемуаротерапия, арт-терапия, кинотерапия, музыкальная психотерапия).

Проведенный анализ позволяет нам рассматривать биографические технологии как наиболее эффективные способы индивидуального мотивирования жизненной активности людей, вступивших в период поздней взрослости и формирования толерантного отношения к старению. Они имеют несомненную коммуникативную, диагностическую и коррекционную ценность и направлены на то, чтобы дать человеку возможность осознать, как его прошлое определило его настоящее и продолжает влиять на него.

Работа с биографией пожилого человека может осуществляться двумя путями: 1) описание и изучение преимущественно внутренней жизни человека; 2) описание и изучение фактологической, «вершинной» стороны жизни человека. Это, по сути дела, исторический подход.

Главными задачами при движении по первому пути являются:

ü    выявление роли тех или иных событий и лиц, оказавших влияние на жизнь человека;

ü    исследование разрушительных ситуаций на его жизненном пути;

ü    выявление ситуации-лейтмотива, обусловившей жизненный урок всей биографии;

ü    обозначение собственных личностных ресурсов, заключенных в материалах биографии;

ü    формирование творческого отношения к кризисам поздней взрослости и обучение конструктивным способам выхода из них; создание адекватной временнóй перспективы.

Такой вариант реализации биографического метода широко применяется за рубежом и имеет ряд несомненных достоинств. Главное из них – способность научить человека относиться к борьбе с трудностями творчески. Однако, как отмечает М.Я. Либерман, в условиях нашей страны указанный вариант вряд ли может быть использован широко. Это связано, во-первых, со скептическим отношением к психотерапии, а во-вторых – с несформированностью навыков и потребности обычного человека в саморефлексии и психологическом анализе.

Второй путь реализации биографического метода, более перспективный в нашей стране, основан на том, что прикосновение человека к своему прошлому само по себе, даже без его глубинного психологического анализа, без глубинного исследования внутренней жизни, может дать весьма сильный психотерапевтический эффект и способствовать возникновению стойкого позитивного мироощущения. На этом пути используются такие частные психотехнологии, как создание «музея детства», работа с фотографиями, иллюстрациями из журналов, изучение генеалогии, написание мемуаров.

Написание мемуаров может являться мощным психотерапевтическим средством, способным излечить человека от депрессии, побудить к его активной деятельности по подбору и чтению литературы, работе в архивах, к встречам с людьми. Занятие подобного рода включает человека в общественную жизнь и заставляет его отвлечься от мыслей о болезнях и прошедшей молодости. Это настолько сильное средство, что его правомерно рассматривать как особую биографическую технологию и назвать мемуаротерапией.

Таким образом, биографические технологии формирования толерантного отношения к старению и индивидуального мотивирования жизненной активности человека являются наиболее адекватными в силу специфики данной возрастной группы в современных российских условиях.

Итоги разработки проекта

Выполненный проект позволил расширить границы понимания и использования феномена толерантности. В результате исследования обнаружена интегративная характеристика, являющаяся предпосылкой толерантности к старению; выявлен ее компонентно-уровневый характер; изучена мера выраженности в пожилом и молодом возрастах. В ходе подготовки к эксперименту разработаны методики исследования возрастно-временных изменений и готовности к ним. Систематизированы стратегии адаптации к старению, разработана психотехнология формирования готовности к освоению возрастно-временных изменений как основания толерантности к старению в современных условиях. По результатам исследования подготовлено к изданию учебное пособие.



Последнее редактирование: 2014-12-18

Оценить статью можно после того, как в обсуждении будет хотя бы одно сообщение.
Об авторе:
Этот материал взят из источников:
Н.С. Глуханюк
Т.Б. Гершкович



Тест: А не зомбируют ли меня?     Тест: Определение веса ненаучности

Поддержка проекта: Книга по психологии
В предметном указателе: Алгоритмы распознавания | Асимметрия мозга | Безусловная вера | божестевенный акт творения | Виртуальные шаблоны понятий | Голографический принцип | Интеллектуальные механизмы | Механизм прогноза | Механизмы памяти | Механизмы психики
Последняя из новостей: О том, как конкретно возможно определять наличие психический явлений у организмов: Скромное очарование этологических теорий разумности.
Все новости

Нейроны и вера: как работает мозг во время молитвы
19 убежденных мормонов ложились в сканер для функциональной МРТ и начинали молиться или читать священные тексты. В это время ученые наблюдали за активностью их мозга в попытке понять, на что похожи религиозные переживания с точки зрения нейрологии. Оказалось, они похожи на чувство, которое испытывает человек, которого похвалили.
Все статьи журнала
 посетителейзаходов
сегодня:11
вчера:22
Всего:65217425

Авторские права сайта Fornit
Яндекс.Метрика