Поиск по сайту >>
Короткий адрес страницы: fornit.ru/25

Некоторые размышления о психических явлениях

По какому принципу организована память в мозге?
Об этом - в статье Принципы организации памяти мозга.
Что такое восприятие?
С одной стороны это система рецепторов, с другой - система, управляющая ими.
Даже в бодрствующем состоянии внимание будет ослаблено в одном направлении и усилено в другом. Это происходит уже не только на уровне рецепторов, сколько с помощью блокировки второстепенных признаков воспринимаемого и обострения наиболее значимых на данный момент.
Вот как (упрощенно) это происходит. Глаза никогда не бывают неподвижны. Взгляд постоянно блуждает по объекту, мало того, совершает микроподрагивания, необходимые для того, чтобы в динамике лучше различить составляющие детали изображения. В каждый момент резко виден только самый центр поля зрения, а вокруг все размыто. Но человек не замечает всего этого (как и перевернутость и оптическую неидеальность изображения). Он "видит" не то, что в данный момент передает глаз, а ту картинку, которая в результате создается уже внутри, составленная из уже выделенных элементарных признаков воспринимаемого. Как образуется эта картинка и что собой представляет? Как только открылись глаза, первая же, довольно скупая пока что, информация распознается и выделяются элементарные ее составляющие (геометрические фигуры, цвета). Структуры, распознавшие эти признаки, передают результат следующим слоям распознающих структур, которые уже кроме анализа способны синтезировать из элементарных признаков воспринимаемого сюжетные сочетания, воспринимаемые как часть будущей общей картинки.
Все эти детекторы - легкая добыча иллюзий. Прочитайте следующую фразу:
По рзелульаттам илссеовадний одонго анлигйсокго унвиертисета, не иеемт занчнеия, в кокам пряокде рсапожолены бкувы в солве. Галвоне, чотбы преавя и пслоендяя бквуы блыи на мсете. Осатьлыне бкувы мгоут селдовтаь в плоонм бсепордяке, все-рвано ткест чтаитсея без побрелм. Пичрионй эгото ялвятеся то, что мы не чиатем кдаужю бкуву по отдльенотси, а все.
Обратите внимание, что все слова написаны чудовищно неправильно :) Но так как слова мы воспринимаем как набор составляющих признаков, а для понимания слова вполне достаточно именно такого алгоритма распознавания, то мы не замечаем искажений.
Возбудившиеся детекторы признаков изображения не теряют активность даже если зрение изменило направление. Они реверберируют (подвозбуждают сами себя за счет обратной связи), обеспечивая хранение образа. Так организуется кратковременная память, необходимая не только для того, чтобы хранить все более обрастающую подробностями картинку, но и для процесса создания эффективных связей между нейронами (синтез белка в синоптических щелях, обеспечивающих проводимость импульсов). Эти связи запоминают картинку долговременно так, что ты ее можешь вспомнить позже.
Картинка, стоящая у тебя во "внутреннем взоре", позволяет ориентироваться, даже не переводя взгляд заново. Она включает в себя не только зрительную, но всю совокупную информацию со всех рецепторов, которая была выделена вниманием. Фокус же внимания каждый раз находится в наиболее значимой ее части. Однажды поздоровавшись с человеком, ты в этот день уже не станешь с ним здороваться заново, т.к. тот эпизод остается активным. Ты можешь "прокручивать" картинку по шкале последовательности событий ("времени"), останавливая внимание на том или ином ее срезе. Ничего не перемешивается потому, что для каждого сочетания внешних и внутренних признаков и условий локализованы свои области мозга (локализацию определяют самые общие контексты восприятия: признаки условий и эмоций). Активность предыдущей картинки является стимулом для начала формирования следующей, для некоторого измененного сочетания признаков. Так они взаимосвязаны.
При всем этом сознание сфокусировано только та текущих, наиболее важных элементах восприятия. Все остальное не осознается, но способно обрабатываться точно так же, как и то, что находится в точке сознания. Если результат обработки превысит текущую значимость в точке сознания, то этот результат осознается.
Поэтому тебе может казаться, что твой "угол зрения" широк. На самом деле он равен всему окружающему, достойному твоего внимания. А вовсе не потому, что глаза видят на 180 градусов или на затылке есть глаз.

Почему зеленое воспринимается как "зеленое"
Зеленый цвет первоначально - это возбуждение в определенной комбинации трех рецепторов сетчатки (по типу RGB-цветовой гаммы). Но даже в хорошей оптической системе требуется цветокоррекция, а глаз - это очень неидеальная оптическая система. У разных людей, смотрящих на один и тот же лист сирени, соотношение цветовых компонент разное, а дальтоников вообще отсутствуют некоторые компоненты. Однако отношение к листу сирени даже у дальтоников мало отличается от отношения других людей. Часто даже цвет, воспринимаемый одним глазом, немного отличается от цвета, воспринимаемого другим глазом, что легко проверить, попеременно смотря на цветной предмет.
Почти все люди данной культуры (это важно!) в обмене впечатлениями о листе покажут хорошее взаимопонимание.
Если одеть очки, слегка тонированные каким-либо цветом, то довольно скоро это полностью перестает замечаться и восприятие всех полностью восстанавливаются. Яркость освещения и изменение спектрального состава Солнца, в зависимости от влажности и запыленности атмосферы, также не влияют на наше восприятие. Мало того, при некоторых паталогиях мозга цвет может восприниматься как звуковой тон! Но, проходит определенное время, и все опять встает на свои места. Это говорит о том, что цвет не представлен в мозге неким уникальным явлением, например уникальной кодировкой нервной активности. И в этом, действительно нет никакой необходимости.
Самое важное - поддерживать полное соответствие (адекватность) свойств наблюдаемого явления из внешней реальности и личного отношения к этим свойствам, определяемого жизненным опытом (системой значимости). И если летучая мышь "видит" лист не с помощью света, а с помощью звука, то все равно она "знает", что он мягкий и через него можно пролететь, не поранясь, или что на листе могут сидеть вкусные мошки и т.п. Это соответствие корректируется, поверяется с каждый новым столкновением с этим явлением.
Ярко белый ствол березы с золотисто-желтой листвой на фоне бархатно-синего неба вызывает вполне определенные чувства, определяемые прошлыми переживаниями.
Но все люди зеленый лист назовут именно зеленым, а осеннюю листву на фоне чистого неба - золотистой.
Если в темной комнате человеку надеть светло-желтые очки (это не должен быть 100% оптический фильтр, не пропускающий ничего кроме желтого!), включить свет и протянуть лист с голубым квадратом, он скажет, что квадрат зеленый. Но если он выйдет на улицу, сравнит его с цветом листьев на кусте сирени, вообще немного понаблюдает и привыкнет к новой цветогамме, то он уже не будет ошибаться, самым естественным образом видя синий квадрат. Это происходит не на уровне некоей "цветовой аккомодации" глаз, а в процессе корректировки соответствия воспринимаемых свойств (цвета в данном случае) и отношения к ним.
Вывод: единственное, что позволяет людям понимать друг друга и пользоваться чужим опытом, это соприкосновения с объективной реальностью, которая демонстрирует всем свои неизменные свойства. А отношение к ним уже формируется индивидуально, образуя субъективную модель мира. И эта модель настолько же адекватна реальности, насколько часто и полно проводится "сверка" опытом.

Что такое сознание?
Вряд ли устроит мой ответ типа: "сознание имеет электрохимическую природу процессов возбуждения и торможения нейронной активности, определяемую состоянием межнейронных связей и текущим профилем возбуждения рецепторных систем восприятия (в том числе внутренней рецепции гомеостаза)". Однако мистиков вполне устраивает определение типа: "сознание имеет метафизическую волновую природу и ту самую "волю", с помощью которой человек проявляет себя в окружающем мире и способен тренировать свои нейрончики и связи новые устанавливать.". Причем устраивающее мистиков определение тупиковое в том смысле, что кроме произнесенных слов никто не в состоянии конкретизировать это определение. Никто не может сказать, что это такое: " метафизическая волновая природа " и даже предположить, что она собой представляет, за счет чего она формирует сознание и что такое само сознание вообще. Но всех мистиков устраивают такие вот ничего не значащие шаблоны определений. И куда девается логика даже у умных людей, когда дело касается верований? Вот почему говорят, что там, где начинается вера, там кончается мудрость :)
Я, однако, могу позволить себе не ограничиваться подобными определениями, а попытаться, все же, рассказать, что такое сознание.
Возбужденный нейрон это - генератор электрических импульсов, которые распространяются по аксону как по изолированному (миелином) проводу и, доходя до синапсов (места соединения ответвлений других нейронов) проходит через них, если эти синапсы обучены проводить определенную часть тока через себя. До фига активных нейронов создают электромагнитный шум широкого спектра частот (фронты пачек импульсов своей крутизной определяют довольно высокочастотную составляющую), похожую на наводки от шин компьютера. Среднерезультирующая этих шумов и фиксируется электроэнцефалографом как характерные кривые. Высокочастотные составляющие так эе можно отфильтровать и визуализировать. Кроме того, сами клетки тела за счет специфического метаболизма (не связанного с мыслительной деятельностью) излучают очень широкий спектр электромагнитных волн, среди которых инфракрасные определяются текущей температурой, но есть и мягкий ультрафиолет, образующийся как результат химической накачки атомных уровней при некоторых биохимических реакциях (хемилюминесценция). В свое время академик Казначеев увлекся работами по исследованию этого излучения :)
Нет биохимических реакций (и вообще химических), которые не сопровождаются перераспределением электрических зарядов.
Высказываются недоумения, насчет " Почему это самое сознание из-за каких-то там высших ценностей ("высших возбуждений и торможений", наверно) способно убить само себя, вопреки инстинкту самосохранения, и т.д.? Единственное, что отличает человека от животного - это способность поступать вопреки инстинктам, строить свое поведение на основе высших ценностей и реализовывать в окружающем мире свои фантазии. Но мозг-то почти одинаковый у тех же самых приматов, и у нас. И не отличается принципиально мозг человека и мозг какого-нибудь теплокровного млекопитающего. Процессы идентичны, память работает идентично и все такое прочее... Но они лошади, а мы на них ездим "
На нас тоже ездят, и обидно, что ездят, селятся на нас, едят нас и используют такие мелкие твари, у которых даже ганглий нет (не считая глистов :). Нет у нас такого преимущества! Нет и отличия в способности поступать вопреки инстинктам. Уровнем передачи наследственной информации в виде инстинктов ограничены только виды до сложности земноводных. Но даже у них уже есть начальные механизмы обучения. Высшие же животные, включая человека, в одинаковой степени обладают способностью эффективно обучаться, сначала доверчиво копируя повадки и опыт родителей и лидеров стаи, а затем оттачивая и свой личный опыт. Животные способны привязываться и любить не меньше, чем люди. И не стоит считать, что сила их любви меньше. Она может быть и больше. И для них эта ценность - наивысшая. Вот и к ним подходит "Бог - есть любовь". И они способны пожертвовать своей жизнью, вопреки инстинктам, таких случаев описано до фига.
Теперь про сознание. Как-то у нас на форуме прозвучало обсуждение: все ли воспринимают зеленое одинаково. Ты помнишь, почему у всех этот внутренний образ разный, но, несмотря на это, все на него реагируют адекватно? Так вот, все, что приходит из внешнего мира через далеко не идеальные рецепторы, преобразуются в символы (каждый из которых реализуется как нейрон с системой обученных входных связей, способный реагировать только на данный стимул), обозначающие распознаваемые признаки, индивидуальные для каждого. И не важно, в виде чего они конкретно представлены (это могут быть микросхемы пороговых устройств со входными коммутаторами). Важно то, что они образуют собой динамическую модель внешнего мира, позволяющую адекватно с этим миром взаимодействовать. Но это не просто символьная фотография внешнего мира. Каждая картинка (зрительно-слухо-обонятельно-осязательная-гомеостазная) связана с отношением к текущему состоянию организма по шкале "хорошо-плохо", которая в основе определяет потребности организма для выживания, но в ходе развития эти потребности усложняются социальными особенностями (у высших животных). Соотнесение состояния текущих потребностей с состоянием внешнего мира и есть самоощущение, т.е. ощущения своего состояния в контексте условий внешнего мира. Хотя у простейших организмов тоже есть основы такого соотнесения, но оно еще не осознается. Осознание это - еще более сложная текущая картинка, в которой, кроме символьных представлений, наслаивается картинка состояния самого такого соотнесения, типа приборной доски тачки со шкалой уровня бензина, масла, скорости движения, индикации ментовского локатора и т.п.
Увидеть как бы со стороны, что такое описанное мной сейчас сознание непривычно и трудно, но можно. Для этого нужно начинать именно с понимания необязательности какой-то определенной формы символа, соответствующего признаку воспринимаемого (неважно в виде чего будет представлен символ, активизирующийся с зеленым цветом), но важности самого этого соответствия. Тогда даже без притока внешних сигналов восприятия, "игра" внутренних символов сможет адекватно отражать отношения соответствующих признаков реального явления. Вспоминая это сочетание внутренних символов мы получаем в точности то же представление, как воспринимая ее приходящим из внешнего мира, неизменно включая наше отношение к этому.

Распознавание или может ли ребенок в утробе запомнить то, что говорили родители?
Я предлагаю такой эксперимент (который можно промоделировать и мысленно, используя свою интуицию, но лучше провести реально): найди какого-нибудь китайца (африканца или другого носителя, язык которого ты слышишь абсолютно внове) и попроси наговорить несколько фраз. Обычно такое воспринимается как некий шум, в котором невозможно вычленить не только слова, но и выхватить фонемы. Запомнить такую шумовую последовательность невозможно (разве что она будет настойчиво повторена несколько раз, а ты приложишь серьезные усилия). Но даже и в таком случае, впоследствии, когда ты выучишь этот язык и вспомнишь вызубренную мелодию, то обнаружишь, что выучил далеко не то, что было произнесено: многие слова окажутся искаженными, слитными и вовсе не такими, какими быть должно. Дело в том, что при идентификации речи известного языка тебе нет необходимости точно воспринимать фразу, а из-за неидеальной дикции, акустики и т.п. она всегда будет искажена. Ты моментально понимаешь смысл сказанного по отдельным схваченным признакам.
Часто бывает, когда приходится несколько раз переспрашивать услышанное слово незнакомого языка, пока, наконец, иностранец подтвердит, что произносишь его более-менее сносно. При этом даже бывает некоторое раздражение оттого, что этот тип не может ясно выговорить, а у "типа" недоумение, почему же никак не могут воспроизвести так четко сказанное.
Много ли просто образов, шумовых звуков-фраз и др. ощущений ты вообще помнишь из раннего детства? Нет. Ты помнишь только то, что было идентифицировано (узнано, понято) твоим нарождающимся я. Ты не только не запоминаешь, но даже не ощущаешь (не видишь, не чувствуешь) то, с чем ранее никогда не сталкивался (ребенок еще не чувствует даже некоторых видов боли, просто не реагирует на них). Это невозможно потому, что процесс запоминания - это установление связей между выделенными вниманием признаками (уже должны быть детекторы, умеющие выделять эти признаки) и твоим внутренним состоянием только в том случае, если это твое состояние не индифферентно, т.е. ты - не в апатии.
Однако, в силу особенностей психики, ее свойств создавать модели несуществующих миров, при определенном воздействии, тебя можно побудить вспомнить не только те фразы, что ты будто бы слышал в утробе, и не только образы из твоей прошлой жизни, но и образы из любой чужой жизни, любые другие образы и ощущения. Единственным ограничением является то, что тебе самому эти образы должны быть знакомы (и это естественно, раз это твои же выдуманные образы, и никогда не было так, что человек вспоминал нечто, ему абсолютно незнакомое).
Фокус сознания можно перевести (гипнозом например) и в зоны, которые формировались еще до возникновения моделей осознаваемого Я, где царят сосательные и подобные рефлексы. Это можно сделать с помощью гипноза и даже самостоятельно, при определенном навыке. И там царят те воспоминания, которые связывают восприятие, отношение к нему и реакции в то время. И больше никакие воспоминания. Никогда не запоминается картина (цветовая, звуковая, вкусовая, тактильная) целостно: физически не возможно зафиксировать полное число воспринимаемых элементов (в каждый момент активное поле рецепторов сетчатки представлено огромным числом "пикселов"). В комплекс образующихся при запоминании связей входят только уже выделенные признаки воспринимаемого. Поэтому одна и та же картинка в разных контекстах понимания имеет разный смысл (помнишь, я приводил пример старухи-красавицы и т.п.?). Поэтому и возможны иллюзии восприятия.
Трактовка, понимание смысла воспринимаемого полностью зависит от уже имеющегося опыта. Запомнить те "интонации" голоса, которые у тебя вызывают понимание, характерное для взрослого возраста, ты не можешь, будучи в утробе Но, поместив фокус сознания в зону детского Я, ты вовсе не отключаешь остальные зоны Я, которые были активны до того. Они продолжают быть активными, но в подсознании (для того и нужен сон, чтобы гасить вот такие оставшиеся активными возбуждения). Переключившись в область детского Я, ты, все же, не становишься ребенком, а твои активные, более взрослые Я могут "подбросить" тебе результаты своей активности. Это точно тот же процесс, в ходе которого ты получаешь "интуитивную" информацию от работающих в фоновом режиме зон. Теперь многое то, что воспринимается через фильтр понимания детского Я, одновременно обрабатывается во многих фоновых процессах и, если результат такой обработки по значимости превысит порог внимания, он прорывается в зону текущего Я как новая интерпретация воспринимаемого, уже далеко не детская. У тебя же возникает иллюзия того, что это детское воспоминание имеет такой вполне взрослый смысл. На самом деле то, что тебя чем-то привлекло тогда в далеком детстве, теперь воспринимается совершенно по-другому.

Жизненный опыт - это ограничения
Формирование жизненного опыта - всегда включает процесс образования блоков, хотя не менее важный процесс - способность обходить ранее выставленные блоки, тормозить их, т.е. ставить блок блокам.
Я прекрасно вижу те обстоятельства, что могут меня заставить сунуть руку в пламя, несмотря на то, что я прекрасно знаю его свойства. Я смогу это сделать, если это станет нужно, а есть люди, которые не смогут преодолеть блок.
Вот примитивный пример. Впервые увидев пламя, ребенок чувствует приятное тепло, и привлекательный свет манит его. Ему тепло пока что приятно, но, соприкоснувшись с огнем, он отдергивает руку от боли и на некоторое время начинает бояться огня. Если боль была достаточно сильна, то этот жизненный опыт может создать непреодолимый барьер в поведении - блок. Но если каким-то образом барьер был преодолен, то формирование опыта в обращении с огнем продолжается, человек умело может вытащить из угольев печеную картошку и т.д. Но в любом случае, опыт создает определенные ограничения, правила взаимодействия с внешним явлением. Чем искушеннее человек в чем-то, тем прочнее эти правила (блоки), мешающие взглянуть на вещь по-новому. Блоки - это вовсе не барьер только в отношении отрицательного для организма жизненного опыта, это - вообще любой опыт. В некоторых случаях опытом создается критические для жизни тупики, например, алкоголизм, наркомания. Но и такие тупики, как снобизм, всякие мании, нигилизм и т.п.являются или непосредственно вредоносными для организма или препятствуют приспособительным реакциям (делают невозможным принять новое).
Блоки - это тормозные связи, препятствующие установление других возможных связей (возможных программ реагирования). Поэтому когда каким-либо образом (не только холотропным дыханием) создаются условия для облегчения преодоления тормозных связей, это дает возможность преодолеть ограничение прежнего жизненного опыта и проложить путь дальше. Но это означает ломку прежнего опыта, что-то вроде кнопки reset на компе. Вредоносный опыт не жалко, а вот полезный уходит тоже в песок. Отделить нужное от ненужного очень трудно. В случае, когда нужно сломать блок наркомании, это оправдано. Это может быть оправданным для преодоления критических подростковых блоков, когда незначительным жизненным опытом можно пожертвовать. Но за это всегда придется заплатить какую-то цену. Мало того, этот процесс легко от позитивного преодоления некоторых затруднений, может стать и процессом установления и вовсе неадекватных внешнему миру связей.
Практикуются методы искусственного преодоления жизненных блоков с помощью глубокого дыхания (раньше - с помощью LCD ). К чему это приводит?
Выше речь шла не об информации о свойствах пламени, которая представлена на стороне восприятия (информационная структура мозга: анализ воспринятого с выделением признаков восприятия - сочетания с системой значимостью для формирования вариантов возможного поведения и синтез признаков ответных реакций). Эти признаки свойств пламени никуда не деваются, т.к. структуры, ответственные за них, более древние, связи там более жестко определенные и не так подвержены воздействию дисбаланса нейромедиаторов. Если бы концентрация ОВ оказалась достаточно для поражения и таких зон, что человек, скорее всего, умер бы из-за нарушения управления жизненно важными функциями. Но психоделиками обычно поражаются лишь зоны возможных поведенческих реакций (зоны опережающего прогноза). Ты можешь хорошо сознавать свойства пламени и в то же время не почувствовать никаких внутренних препятствий для того, чтобы сунуть туда руку. Но обычно решиться сунуть руку в пламя для многих непросто: существует тот самый блок жизненного опыта. Психоделиками он может быть снят нарушением установившихся связей. При этом появляется возможность развивать варианты поведения уже минуя запреты прежнего опыта. Причем, переформатируются только те связи, которые оказались активными в момент действия психоделиков.
Насколько меняется при этом личность? Конечно, базовое, внутренне самоощущение не меняется. Оно вообще у всех людей одинаково! Но те свойства личности, которые и отличают людей друг от друга, формируются как раз на уровне зон опережающего прогноза возможных поведенческих реакций. а так как во время психоделических сеансов возбуждены те зоны, которые наиболее актуальны для данного человека, то наиболее представляют его сущность, то они и меняются кардинально. Фактически, при достаточном воздействии в одном теле одна личность заменяется другой, не прерывая базового самоощущения. Можно сказать, что и в течение жизни человек неминуемо несколько раз меняется кардинально и, фактически, в одном теле последовательно живут несколько личностей. Они сменяют друг друга вполне естественно и закономерно. В этом нет ничего страшного, как и вообще нет страшного даже в смерти тела. В принципе, ваш ребенок вырастает и становится другой личностью, и то, что вы знали и любили остается лишь в памяти прошлого. Вы постепенно переносите свою любовь на другого человека, если того заслуживает (а бывает и нет). Но внезапная смерть личности, вместе с телом или только самой личности, воспринимается болезненно. Особенно, если ее заменяет совершенно другая, во многом незнакомая и чужая. Это болезненно только для окружающих, но вовсе не для этой новой личности, которая, если у нее все в порядке, радуется своей новой жизни. Но для окружающих этот чужой может быть даже опасен, когда это личность, появившаяся, например, в результате переформатирования по методике Хаббарда. Этот чужой может быть даже во многом более приспособлен к жизни, более прыток и сделает карьеру, сминая конкурентов. Но его искусственно взращенная ментальность далека от окружающей культуры и он с ней будет конфликтовать.
Поэтому тем, кто решиться испытать измененные состояния сознания стоит подумать и о том, готовы ли они умереть, чтобы дать жизнь той новой личности, совершенно другому человеку.
Я знаю людей, которым уже точно не поможет ничего кроме переформатирования, у которых началась критическая деградация личности. Но это запущенные случаи, которые могли бы быть разрешены в свое время с помощью близкого человека.
В любом случае, методики неспецифического переформатирования Грофа и подобные, хотя и незаменимы в безвыходных ситуациях, на самом деле являются очень сырыми главным образом потому, что авторы не понимают истиной картины происходящего при этом, а, чаще всего, объясняют все мистическими причинами.
Чтобы совершалось не случайно обширное переформатирование, а строго определенное, нужно во-первых, предварительно полное торможение всех активных зон крепким достаточно длительным сном или другими средствами, во-вторых, четкое представление лечащего психиатра, какие именно активные профили приводят к порочному блоку и умение их провоцировать в момент процесса переформатирования, в то же время не вызывая к активности остальные (темное, беззвучное помещение).

Несколько личностей в одном теле
Понятие личности, можно было бы считать ключевым вопросом бытия, если считать его синонимом индивидуальности. Тогда, действительно, весь мир, все бытие воспринимается из башни нашего танка, преломляясь индивидуальным, отношением. Но под личностью обычно понимают то характерное, что достаточно резко выделает среди других индивидуумов. Как раз то, что можно так легко потерять. Иногда лишь временно под шоком обстоятельств (японцы говорит о потери лица). Но понятно, что нет двух одинаковых индивидуумов и поэтому всех можно считать личностями, т.е. индивидуум==личность. Пусть это различие и незаметно, но человеку всегда есть, что терять.
На самом деле все куда сложнее :) В каждом из нас развивается до фига собственных личностей и не мало личностей знакомых нам людей. У них нет строгой топологической локализации и они во многих общих признаках могут перекрывать друг друга. Вообще говоря, каждая из них структурно распространяется на весь мозг, включая оба его полушария. Если вырезать кусок из третичной зоны, то будут потеряны некие навыки в некоей частной ситуации и ты даже этого не заметишь. Если грохнется половинка мозга, то твои навыки лишатся уже серьезной доли специфики, определяемой связями этого полушария. В этом случае человек становится более склонным только к части привычных для него состояний. Отсюда в середине века и возникло предположение о том, что каждая половинка мозга "ответственна" на определенные способности и качества. Но давно уже понято, что это не так. Если часть мозга повреждается (не первичные или эффекторные зоны, конечно), то нужные по жизни навыки все равно формируется, но в других местах. Бывало, что рождались и без одного функционирующего полушария, но такая недостаточность обнаруживалась только после смерти, но не по поведению.
Все эти личности составляют общий ансамбль, в котором те или иные составляющие могут получить фокус внимания и стать активной управляющей личностью в данных, специфичных именно для нее условиях. (гипнозом можно искусственно сменить личность, даже сделав управляющей не личность самого человека, а модель личности другого человека). В хоте приобретения личного опыта соответствующие личности меняются, меняется и общий характер поведения, пока с некоторых пор уже трудно будет говорить о каких-то прежних свойствах личности, настолько они станут другими.

Неестественный жизненный опыт
Можно обрисовать общие представления, когда будут формироваться неестественный (не имеющие достаточного соответствия с внешним миром) опыт. Это достаточно просто, если представлять сам механизм образования опыта. А он таков, что каждая поведенческая реакция (или отсутствие такой) во время взаимодействия в внешним создает подкрепляющие связи, если при этом личная система значимости сигнализирует о благоприятном, хорошем для личности. И создает тормозные блоки в данном направлении, если результат неблагоприятный. В следующий раз, чтобы рискнуть действовать так же в тех же условиях (или бездействовать) нужно уже достаточный стимул (потребность действовать таким образом), чтобы преодолеть блокирующие порог.
Если внешнее явление влияет неблагоприятно и нет никакого опыта реакций для данной ситуации, то перебираются варианты: как уйти от явления. Если это не удается, то, вместо более-менее определенных, начинаются хаотические реакции (потому, что поиск выхода это - понижение порога общего торможения до тех пор, пока не станет рельефным (активным) профиль какой-то реакции, а если отсутствуют наиболее рельефные, то начинают хором выходить на передний план сразу много менее специфичных к данному контексту). Успешный уход от явления, как и успешное активное противодействие явлению, приводит к положительному результату и закреплению этой реакции для данных условий.
Каждое столкновение с похожим явлением все более уточняет, оптимизирует накатанные варианты ответов для новых особенностей ситуации: каждый раз притормаживая нежелательные и активизируя удачные.
Отсюда ясно, что для формирования адекватного реальности опыта нужно постоянная обкатка реальностью, а опыт, знание (ситуации) представляет собой сугубо личностное образование: не может быть вне личной шкалы ценностей - отношения "что такое хорошо и что такое плохо" (например, плавать в виде чего-то непонятного в море Космического Знания).
Во сне зоны воспоминаний о событиях дня, в ходе общего торможения все более обостряются, прорываясь на уровень осознания, и разрешаются как сновидения, вызывая ту же проблему поведенческого выбора и оценки его результатов системой значимости. При этом закрепляется опыт, основанный на реально происходивших событиях, но развивающихся по законам ассоциации со всеми другими активными зонами, накопившимися за день и составляющими активное подсознание. Результат такого сюжета может быть совершенно фантастический, но мы наглядно начинаем понимать, почему именно не захотим иметь связь с этой неприятной чем-то женщиной из сновидения или почему будем теперь избегать такой-то ситуации.
Существует два основных способа формирования неадекватного опыта.
1 . В случае дисбаланса медиаторов (чем бы это ни было вызвано) соответственно изменяются пороги прежних барьеров, как тормозных, так и подкрепляющих, лишая прежнего опыта, которым ими и выражался. Теперь на данный стимул может последовать совершенно непредсказуемая реакция. Но новый опыт будет формироваться совершенно так же как и раньше, т.е. результат будет оценен и сформированы связи на фоне дисбаланса медиаторов. Это значит, что когда баланс придет в норму, то возникшие связи окажутся уже неверными. Взамен прежнего опыта для данной ситуации возникнет совершенно неадекватный.
2. Опыт будет формироваться не на основе тех активных зон, что появились, отражая реальные события, а тех, что появились в результате собственного мыслительного творчества. Обычно мы как бы маркируем такие фантазии как реально не существующие (связывая с фактом собственного процесса фантазирования), не "верим" в них как в существующее. Поэтому деенаправленных реакций он не формирует, хотя формирует опыт отношения к таким ситуациям на случай, если бы они встретились в реальности. Но если такие образы чем-то настолько желанны, что сознание возвращается к ним постоянно, становятся конкурирующими по значимости с реальными, то все сильнее влияют на опыт отношений. Но, т.к. они не являются реальными, то и формирующийся опыт не имеет реального объекта, которому может быть адекватным.
В период доверчивого обучения (который во многом может затянуться на всю жизнь), некоторые вербальные символы, не имеющие соответствия с реальностью, могут, все же приниматься на веру как реальность и полноценно формируют жизненный опыт в их отношении, который не может быть ни с чем быть востребован, т.е. не адекватен. Но т.к. нет жизненного опыта с четко выраженными границами, то такой неестественный опыт начинает связываться со всем остальным опытом во всех случаях возможных ассоциаций.
Про осознанные сновидения - было в теме Лирика физики\Сон. Если во время нормально завершающегося сновидения (переходящего с более глубокую фазу после сновидения, которая тормозит само активное сновидение) опыт не выходит из рамок, определенных активированными реальностью воспоминаниями, то прерванные сновидения сами оставляют активную зону, которая, будучи уже не основанной на реальности (фантастические сочетания дневных эпизодов реальных воспоминаний), становится порочным звеном для формирования опыта. Неизгладимые впечатления от прерванного сновидения (а во сне автоматически видится самое значимое, что произошло за день или осталось незагашенным от предыдущих переживаний) ассоциирует новые впечатления дня, связываясь с ними и окрашивая новый опыт уже не адекватными реальности деталями. Осознанное сновидение, как и медитативное сновидение, как и чрезмерная увлеченность беседами (развивающими по законам сновидений, но базирующихся не неадекватных элементах), все это формирует опыт, мало связанный с реальностью. О людях, с немалой долей такого опыта говорят как о витающих в облаках (в лучшем случае) и мало приспособленных к реагированию в реальных ситуациях, касающихся такого опыта. Еще говорят о "книжных знаниях". Обладатели такого характера опыта немало уверены в своей подготовленности к почерпнутым в книгах (беседах, размышлениях) ситуациях, но реальность всегда резко ставит их на место, совершенно неожиданное для них и потому обидно, давая основание для истерических реакций.
Современный человек во многих ситуациях с запасом безопасен от неадекватности реальности, ему это сходит с рук. Он может даже в социальном плане стать занимательным собеседником, душой общества, хотя весь его опыт - пустая шелуха.
Если осмыслить в этом контексте художественные творения людей, то те из них имею по-настоящему большую силу и влияние, которые основаны не на иллюзорном, а на реальном опыте, какими бы фантастическими по существу они ни были. В этом отношении никакая искусственная фантазия не может сравниться на творении, основанном на реальности потому, что в голове отражена, да и то скаженно, лишь ничтожная часть многообразия и значимости явлений реальности.

Подсознание
Там - обрывки пережитой действительности, которые "подсвечивают" возможные реализации зафиксированной восприятием ситуации в зависимости от текущих условий, текущего содержания фокуса сознания (или просто доминирующего фокуса внимания, в случае неосознаваемого состояния) и текущей системы значимости (которая постоянно развивается с опытом). Это подсознание, сразу во всех активных ее зонах, ассоциируется с перечисленным, "подсвечивая" (опережающе подвозбуждая) разные варианты. Эти варианты - чаще всего - довольно бредовы потому, что не ограничены фильтром допустимого поведения (системой значимости и убеждениями, блоками морали).
Это не зря скрыто от сознания, потому, что противоречит во многом сложившимся с жизненным опытом убеждениям. Это калейдоскоп перебора всего, что только имеется: полный бред, который прорывается наружу только в критических состояниях. Делать какие-либо предположения о человеке по вырванным отдельным картинам его подсознания, без контекста факторов, которые также влияют на него, просто бессмысленно.
Да, можно понять, что именно владеет им, что доминирует в психике, можно предполагать причины этого и пытаться повлиять, но психолог будет сплошь и рядом ошибаться в этих оценках и предположениях (кстати, о психологии ), какими бы очевидными они ни казались потому, что он не в состоянии проследить действительные первопричины и условия развития этих состояний. К одному и тому же состоянию можно прийти по самым разным причинам, а одни и те же причины у разных людей и при разных обстоятельствах вызывают совершенно разные состояния.
Можно подводить разные красивые и ловкие психологические теории на этот счет, делать выводы и пытаться воздействовать на психику, но результат будет вовсе не причиной понимания этих состояний, а следствием вообще какого-то влияния на психику. Какими бы методами те лечилось критическое состояние, важно чтобы этот метод вообще был способен изменять психику, и есть большая вероятность, что эти изменения изменят и критическое состояние. Поэтому часто бывает положительный эффект, кто бы ни воздействовал на больного: психоаналитик, шаман или поп-батюшка. Тут важнее, что вообще такому человеку уделили столько внимания.
Воздействие подсознания мы ощущает постоянно, бросив первый же взгляд на предмет или существо. Мы тут же как бы ниоткуда имеем свое мнение об увиденном (если это увидено не слишком ново). Мы тут же "знаем", что за человек перед нами.
Когда мы видим рисунок собаки, то ясразу ясно, в каком она состоянии. Когда мы видим рисунок человека, то с первого взгляда понимаем, что это за человек, он может нам понравится или быть неприятен, хотя никакой эмпатии с рисунком и в помине нет. А есть несколько признаков, которые, даже не осознаваясь, заставляют сделать вывод об увиденном. И хороший художник прекрасно знает эти признаки. Их, на редкость, не так уж много. Это то, что веками было выделено как значащие для оценки ситуации моменты.
У собак считается агрессией взгляд в глаза и открытые зубы. Если смотреть на нее с неземной любовью, с отвисшей от нежности челюстью, да еще при этом порываться обнять ее, то есть грозный риск быть неправильно истолкованным.

Интеллект
если попытаться определять интеллект по какому-то одному из навыков (математическим способностям, начитанности, хваткости, умению решать ребусы тестов по IQ и т.п.) то ничего хорошего не получается.
Все дело в том, что интеллект вовсе не один. Их, разных, не меньше, чем разных эмоций (а если строго, то ровно столько же). Поэтому сначала пару слов о том, что такое эмоции.
Эмоции
Эволюционно, с усложнением нервной системы, потребовалось более быстрое время переключения на нужную ответную реакцию. При нападении врага нет времени на то, чтобы думать, как поступить, при этом реакция не должна быть однотипной, как у насекомых (этого оказалось недостаточно для выживания). Вот и возникли некие переключатели типа реакций в зависимости от разных ситуаций. Если атакует что-то очень здоровое, то возможна реакция "убежать", но если и по скорости передвижения тоже нет преимущества, то может быть предпочтительнее реакция "замереть, притвориться дохлым". Если противник соизмерим по силе, то возможна реакция "прийти в ярость" или "хладнокровный отпор". Точно так же для других жизненных случаев: сезонного гона, вскармливания потомства, и т.п. Эти общие направления реагирования и есть эмоции. Это требует различных стилей поведения.
Поэтому система оценки ситуаций все более усложнялась. Кроме самых общих эмоций, таких как страх, ярость, любовь, забота о потомстве, появлялись все более тонкие. Например, парализующий страх или страх, заставляющий собрать все силы.
В случае людей это достигло такой степени, что каждый наш поведенческий акт совершается в иерархии все более уточняющих ситуацию эмоций до тех пор, пока не приведет к определенному действию или к некоторой неопределенности, заставляющей продолжать подбор подходящих контекстов поведения с помощью мысленных прогнозирующих поисков.
Все эмоции различаются на положительные и отрицательные по самому общему характеру текущего состояния. Т.е. самые главные эмоции это - состояние "хорошо" и "плохо".
Т.о. эмоции - это контексты поведения, которые придают смысл как воспринимаемому, так и ответным реакциям. Легко заметить, что в зависимости от эмоционального состояния, одно и то же видится и понимается очень по-разному. В этом смысле даже состояние полного безразличия или хладнокровное, "уравновешенное" состояние - то же эмоции.
Совершенно определенно можно сказать, что вне эмоций у человека не происходит ничего и безэмоциональных людей не бывает - это всего лишь эмоция поведения "безразличия".

Давайте рассмотрим, например, таракана. Он убегает от яркого света. Он убегает от быстро движущихся крупных предметов (шлепанца). Он убегает от запаха рейда. Разве это не не один и тот же стиль поведения, проявившийся различных опасных ситуациях? Если бы речь шла о человеке или о морском котике, то мы без сомнения идентифицировали бы такое поведение в различных ситуациях с эмоцией страха. Но почему мы не можем сделать это для таракана?

Досконально исследован оборонительный рефлекс виноградной улитки. Это - система жестко зафиксированных связей между нейронами, которые поэтому работают просто как переключатели, срабатывающие в зависимости от вида сигнала. Такие сигналы появляются при достаточно внезапном соприкосновении с ее кожей. Улитка втягивается пропорционально силе сигнала.
Хотя нам может показаться, что она это делает с испугом, в ее реакции не задействовано ничего кроме простых цепочек переключателей. Испугу просто взяться не откуда.
Более сложно организованные насекомые способны несколько корректировать такие наследуемые реакции, но они всегда зависят не от контекста ситуации, а только от вполне определенных внешних раздражителей. Другими словами если ткнуть чем-нибудь в улитку она всегда втянется (пока не наступит привыкание к такому бесполезному действию, которое выражается в ослаблении воздействия стимулов). Если человека кто-нибудь хлопнет ладошкой, то результат будет зависеть от множества условий (контекста): если хлопнул собственный ребенок или приятный человек - одно, если прохожий или враг - совсем другое. И даже каждый их этих случаев будет учитывать множество обстоятельств, общая оценка которых и приведет к определенному ответу.
Вот чем отличаются эмоции от жестко зашитого рефлекса.
У насекомых нет механизма для связывания жизненного опыта с результатами оценки его значимости и поэтому нет эмоций.
Есть такое устройство, называется персептрон. Оно точно имитирует механизм восприятия не только насекомых, но и основу первичных зон человека. В чем именно заключает функциональность нейрона исследовано досконально и построены модели нейронных сетей, которые делают то же самое, что и простейшие организмы, нервная система которых насчитывает пару сотен ганглий. Больше ничего там нет.
Сейчас делают чипы с включением нервных клеток для вставки в нейронную сеть. Эти вставки тоже не могут привнести каких-то своих "ощущений".
Вообще чем именно являются "субъективные психические ощущения" и почему они так воспринимаются, это - вроде вопроса, а почему я вижу зеленый цвет как зеленый, что объяснялось выше.
Конечно, у нас, точно так же как у улитки, нейроны имеют ту же самую переключательную функцию, плюс возможность гибко модифицировать связи между ними, что делает переключения более гибкими и адаптируемыми к новым условиям. У нас признаки агрессии вызовут переключении стиля поведения и все сопутствующие реакции и ощущения, а у улитки нет настолько сложных механизмов.
У виноградной улитки нет интереса в той сложной форме, которая связана с системой значимости. Она переключает вид деятельности без использования механизмов внимания, но с использованием простейших механизмов латерального торможения более сильного стимула более слабых и привыкания.
Эмоции всегда окрашены нашим личным отношением: они бывают "положительные" и "отрицательные". Простое реле не обладает такой характеристикой :)
Если мы сделаем устройство, имитирующее нервную систему улитки (что совершенно реально), то это будет нервная сеть, обладающая свойствами привыкания к повторяющемуся стимулу и латерального торможения соседних более слабых возбуждений. В этой системе нет еще системы значимости. Т.е. нет того, что связывает результат воздействия и результаты собственных действий с конечным состоянием "хорошо" или "плохо". Нет и гибких звеньев, способных формировать новые проводимости синапсов между нейронами (хотя такой механизм уже появляется у высокоорганизованных насекомых). Нет неспецифической системы подкрепления, обеспечивающей фиксацию связей. Нет нейронных систем, выполняющих функции детектора нового. Т.е. нет всего того, что должно входить в состав системы переключения внимания (интереса).
Если проводить аналогию с радиоприемниками, то в обоих случаях есть способность переключаться на разные передачи, но в простейшем случае слышна та станция, которая оказывается сильнее, забивая более слабую, а во втором есть ручка управления, которой можно пользоваться в зависимости от того, какая передача больше привлекает, а передачи выделять не просто по силе, а сужая полосу пропускания тракта так, чтобы другие станции не мешали.
Эмоции это - не переключатели стилей поведения, хотя такое действие у них есть. Иначе даже электрические реле можно было бы назвать эмоциями. Эмоции - это контекст поведения, наиболее тонкие подконтексты которого не зазовешь уже громко "поведением", а назовешь смыслом, который придает этот контекст данному конкретному стимулу. Так конкретному слову смысл придает тот контекст, в котором оно прозвучало. А смысл всегда основан на личном отношении.
Для того, чтобы оптимизироваться к определенному стилю поведения, нужна не только нервная регуляция, но серьезная перестройка метаболизма тела. Для агрессивного поведения нужно усилить продуцирование глюкозы, вентиляцию легких, подачу крови и т.п. В кровь выбрасываются гормоны, которые определяют специфику метаболизма и вызывают выделение нейромедиаторов, в свою очередь определяющих специфику нервных процессов и дальнейшее развитие эмоционального фона. Вот это все и воспринимается как "энергетическая сторона эмоций". Нас или захлестывает избыток сил и энергии, мобилизованной для предполагаемого стиля поведения или, наоборот, может охватить опустошение, бессилие и ступор (именно такой стиль поведения спасал подчас жизни в случае намного превышающего по силе врага). Подробнее - в статье Энергетика организма.
Дальше про интеллект
Итак, в каждом эмоциональном состоянии формируется текущий жизненный опыт, и для каждого из них этот опыт закрепляется в различных зонах мозга: в состоянии легкой беспечности - строится одна модель восприятия-поведения, в других состояниях - другие. Поэтому опыт, приобретенный в одной ситуации оказывается не пригодным для другой. Например, научившись свободно вести себя в кругу близких, человек теряется, попав в непривычное окружение.
Теперь один важный момент. Начну с примера. Если попросить горожанина прополоть всходы от сорняков, а тот никогда этим не занимался, то немало всходов будет по-началу выдернуто он будет стараться понять, чем же они отличаются от разных сорняков, обратит внимание на форму листа, на цвет, на вид стебля, на другие признаки. Но, вскоре, так приловчится, что, бросив мимолетный взгляд, безошибочно сделает выбор. При этом число необходимых для распознания признаков резко сократится. "Да ни у каких сорняков нет таких бледных характерных пупырышков на листьях" - подумает он.
Т.е. чем меньше признаков требуется, чтобы правильно распознать явление в данной ситуации, тем, значит, выше жизненный опыт распознавания, тем выше интеллект восприятия.
То же самое происходит и с двигательными навыками. Если в начале, дергая сорняки, горожанин часто срывал их стебель, оставляя корни в земле, и рука соскальзывала по стеблю, делая процесс довольно мучительным, то вскоре движение становится точным, с минимальным количеством ненужных движений. Скажем по аналогии: чем меньше признаков действия требуется, чтобы эффективно выполнить действие, тем выше жизненный опыт действия, тем выше интеллект действия.
Определим интеллект восприятия как способность, за счет приобретения опыта, использовать минимально необходимое число признаков в явлении при деенаправленном распознавании его значимости для организма.
Обратный ему интеллект - действия, - способность за счет накопленного опыта использовать минимально необходимое количество признаков действия при реализации потребности организма (включая и такие потребности как воображение, написание стихов и т.п. где выполняется не внешнее физическое действие, а действия по управлению вниманием).
Ясно, что эти два вида интеллекта неразрывно связаны между собой в общий интеллект восприятия-действия, обеспечивающий данное поведение (поведенческий контекст, эмоцию). Еще хочется заметить, что понятия эмоции и интеллекта - чисто условные абстракции
Точно так же, как самые общие эмоции включают в себя составляющие (состояние "плохо" - "ярость" - процесс "разрывания на части" или состояние "хорошо" - "любовь" - процесс "восхищения красотой водяной лилии") так же и жизненный опыт, формирующийся в контексте этих эмоций, включает соответствующие составляющие и характеризуется эффективностью, искушенностью, отработанностью, или интеллектом данного поведенческого контекста, интеллектом данной эмоции.
Такое определение ставит все на места и не делает удивительным, например, то, что интеллект выживания в лесу у волков неизмеримо выше, чем у человека.
Кроме такого всеобщих контекстов, как состояние "хорошо" и "плохо", есть еще пара очень интересных общих состояний, определяющих тип реакций: "быстрый" и "вдумчивый".
Первый тип характерен мгновенной реакцией на ситуацию. Тогда говорят, что "он за словом в карман не лезет". Этот реакции необходим, когда просто нет времени на раздумье: у летчиков, военных, в деловых и многих житейских ситуациях. Но, если заготовка ответа, подходящая для данной ситуации, отсутствует, то неминуема фатальная осечка.
Второй тип характерен процессом сопоставления ситуации с уже известными и нахождение того критически важного в них, что их объединяет. Тогда появляется возможность использовать найденный подходящий опыт. Сам же процесс обобщения схожих ситуаций - это самый что ни на есть научный подход Этот процесс намного медленнее первого, но, зато, имеет намного больше шансов найти подходящий ответ.
В чистом виде не бывает только одного из этих типов реакций. Но каждый в той или иной степени более склонен к предпочтению одного из них. Насколько - каждый легко может прикинуть сам.

Как можно в двух словах выразить, что такое интеллект? Пожалуйста: интеллект - это есть жизненный опыт. Немного неожиданно, несмотря на все сказанное выше? :) Слышу возражения: ну, какой может быть интеллект у какого-нибудь деревенского алкаша?
Само слово имеет происхождение от латинского "умственный" и поначалу интеллигентами назывались только деятели умственного труда. Но любой труд - умственный! Деревенский алкаш смешон в среде городских аристократов. А городской аристократ бывает не менее смешон на рыбалке, в обращении с коровами или в междоусобных разборках. Интеллект или жизненный опыт строго индивидуален и у каждого найдется то, чего не нет у других, каким бы идиотом он ни был :)

Чем человек отличается от других животных?
Сколько в нем "биологического"?
Да мы на 100% биологические Если же прикидывать насколько мы бываем в состояниях не очень характерных ни для каких других животных (у животных можно найти зачатки любых состояний, есть довольно сложная речь, развитая способность к обучению, есть зачатки творчества и т.п.), например, в состоянии творчества, то окажется, что довольно мало и непостоянно. Некоторые по жизни вообще ничем не отличаются от других животных. Профессиональная деятельность, какой бы сложной она ни была, во всех своих проявлениях обычно мало требует творчества, а представляет собой освоенные стереотипы поведенческих программ. Это и решения математических задач, систематика, ведение учета, описание в виде текстов, актерская игра и т.п. В эти моменты люди не демонстрируют ничего, что бы качественно или по требующимся психофизиологическим механизмам отличало бы их от других животных.
Если проследить развитие предшествовавших человеку по сложности видов, то уже очень давно мозг оказался практически неотличимым качественно от человеческого (а генетические коды вообще поразительно схожи). Пожалуй, единственное, что бросается в глаза - это функциональная асимметрия мозга, сильно выраженная у людей. Многие виды ручной работы требуют неодинакового участия рук. Что-то становилось традиционно привилегией какой-то конкретной руки. Это, естественно, отражалось на локализации данных поведенческих программ и сопутствующих им образов. Асимметрия касалась не только поведения, связанного с использованием рук в общем деле, но и способов восприятия. Это есть и у животных: например, собаки прислушиваются к тому, что находится впереди, имея предпочтение, какое ухо выставить вперед. Но у людей особенно много того, что формирует неодинаковость использования тела.
Есть нечто, передаваемое наследственно, что заставляет отдавать предпочтение левой или правой части тела. Какая-то психологическая предрасположенность, определяющая ведущую и ведомую сторону. Такая предрасположенность нужна для того, чтобы в случае несимметричного использования тела (толчковая нога, ведущее ухо и т.п.) без колебаний отдавалось это предпочтение и закреплялось опытом для все большего развития данного навыка, что, конечно, более рационально, чем нерационально равноценный набор опыта для обоих ног или рук. Мало кто может фехтовать обоими руками одинаково или писать одинаково. Такой навык требует в 2 раза большего времени на приобретение.
Короче, функциональная асимметрия есть и животных, но только у человека она количественно демонстрирует, насколько больше им освоено несимметричных поведенческих стереотипов, чем у других животных (одним из таких стереотипов является речь). См. также: Бессознательное как явление организации памяти мозга

ОбсуждениеСообщений: 14. Последнее - 02.04.2005г. 15:28:13