Признаться даже лень уделять внимание этой персоне.
В молекулярном биологическом сообществе хорошо известен тот факт, что первичная структура ДНК действительно меняется, но большинству людей это неизвестно
Чисто демагогическая фраза ни о чём.
Нынешним догматикам от биологии довелось испытать сравнимый по силе шок. Выяснилось, что человеческий геном содержит не 120 тысяч генов, а всего лишь примерно 25 тысяч [Pennisi 2003а, 2003b; Pearson 2003; Goodman 2003]. Иными словами, ученые не досчитались 80% необходимых, как они полагали, человеку генов. Эти куда-то девшиеся гены наделали больше шума, чем восемнадцать минут аудиозаписей, пропавшие на никсоновских пленках*. Ведь концепция «один ген — один белок» была краеугольным камнем генетического детерминизма. И коль скоро проект «Геном человека» опроверг эту концепцию, всем высокоумным теориям генетиков о том, как функционирует жизнь, прямая дорога на свалку! Теперь уже невозможно веровать в то, что генные инженеры сравнительно легко сумеют разрешить наши проблемы. Столь малое количество генов (всего лишь 25 тысяч) попросту не в состоянии нести всю полноту ответственности за такие сложные явления, как человеческая жизнь и человеческие болезни!
Генов действительно не досчитались - их 23 тысячи. Но белков из них - чуть больше 90-тысяч. Автор не знаком с механизмом генерирования белкового разнообразия через экзон-интронную структуру, хотя это даже описано в популярных журналах, например, "В мире науки".
А фраза "концепция «один ген — один белок» была краеугольным камнем генетического детерминизма" - махровый бред сивой кобылы.
Посвятив целую главу эпигенетике, автор даже не удосужился познакомиться с её молекулярными механизмами, только вскользь упомянув про метитилирование ДНК.
Много говоря о способах регуляции генной активности, излагая её на сверхбезграмотном уровне школьника-троечника, автор не приводит ни одного примера воздействия на генную активность в рамках своей бредятины. Впрочем специально проверил. Такие слова, которые непосредственно связаны с описанием регуляции работы генов, как ОПЕРОН, ПРОМОТОР, ЭНХАНСЕР, ГЕННАЯ СЕТЬ, ИНТРОН, МАЛЫЕ ЯДЕРНЫЕ РНК (возможно, что он этих слов и не знает) и др., автор не удосужился применить, тем не менее абстрактно критикуя несостоятельность объяснений регуляции генов,
сразу поднявшись на недосягаемую высоту концепции энерго-информационных воздействий.
