Поиск по сайту
Проект публикации книги «Познай самого себя»
Узнать, насколько это интересно. Принять участие.

Короткий адрес страницы: fornit.ru/1318

Этот материал взят из источника: http://www.psychiatry.ru/book_show.php?booknumber=11&article_id=21
Список основных тематических статей >>
Этот документ использован в разделе: "О философии"Распечатать
Добавить в личную закладку.

Синдром метафизической (философической) интоксикации

Ведущим симптомом являются непрерывные размышления о философских и социальных проблемах: о смысле жизни и смерти, о предназначении человечества, о самосовершенствовании, об улучшении жизни общества, о путях устранения опасностей, грозящих людям, о соотношении мозга и сознания, о матери и душе, о пятом измерении, о шестом чувстве и т. п. Путем раздумий и фантазий подросток «разрабатывает» свои собственные философские принципы, этические нормы, проекты социальных реформ. Отличительными признаками подобных «теорий» являются примитивность и отрыв от реальной жизни. Суждения противоречивы, сумбурны, вычурны и порой нелепы, чего сам подросток не замечает. Например, 17-летний больной рассуждал о том, что мир на Земле можно установить только путем распространения вегетарианской диеты, так как мясная пища пробуждает в человеке хищника, делает его агрессивным. Все доводы против, вроде того, что вегетарианцем был Гитлер, отвергались, как не имеющие значения.

Сутью метафизической интоксикации являются именно размышления, склонность к мудрствованию, тенденция к резонерству. В отличие от патологических увлечений активной деятельности здесь нет. Этим метафизическая интоксикация отличается от внешне сходных патологических увлечений интеллектуально-эстетического типа [Личко А. Е., 1973], где деятельность, а не раздумья, выступает на первый план, хотя она может быть однобокой и непродуктивной. Поэтому представляется неправомерным чрезмерное расширение понимания метафизической («философической») интоксикации, как это было сделано Л. Б. Дубницким (1977), включившим в этот синдром идеи изобретательства, когда подростки как одержимые трудятся над мнимыми изобретениями, например, целые дни ставя «химические опыты».

Они могут читать по интересующей проблеме, даже запоем, но чаще без особого выбора. Прочитанное толком пересказать не могут, основного смысла в нем не улавливают, выхватывают отдельные случайные детали или цитаты. Иногда пересказ любой книги сводится к повторению собственных рассуждений.

Активности в распространении своих идей не проявляют, единомышленников не ищут. Пытаются беседовать на излюбленную тему со сверстниками, но не встречая интереса, замыкаются. Вскоре вообще о своих размышлениях начинают говорить только, если о них спрашивают. Иногда пишут нелепые воззвания и расклеивают их в самых неподходящих местах.

Постепенно нарастают замкнутость и отрешенность от окружающего. Живут в мире своих раздумий. Размышления про себя приближаются к бредоподобному фантазированию.

Метафизическая интоксикация иногда дополняется обсессия-ми и фобиями, а также симптомами деперсонализации. Последние проявляются сложно сформулированными жалобами на «утрату единства Я», «неописуемую, измененность души» и т. п. Встречается склонность к навязчивому мудрствованию, особенно к самоанализу [Дубницкий Л. Б., 1977].

В преморбиде обычна шизоидная или психастеническая акцентуация характера. Синдром формируется постепенно, чаще в старшем подростковом возрасте—16—17 лет.

«Философические» идеи нередко относят к сверхценным. Однако они не вполне соответствуют классическому определению сверхценных идей С. Wernicke (1892), который ввел этот термин. По его определению, эти идеи возникают в связи с реальной ситуацией, но занимают в сознании положение, не соответствующее их действительному значению. Никаких реальных психогенных факторов, которые бы послужили толчком для метафизической интоксикации, обычно установить не удается. По содержанию и отсутствию критики метафизическая интоксикация иногда напоминает паранойяльный бред, но отличается от него отсутствием борьбы за претворение этих идей в жизнь.

Дифференциальный диагноз проводится с транзиторной метафизической интоксикацией, которая возникает у подростков с шизоидной и психастенической психопатиями и акцентуациями характера (табл. 10). В последнем случае развиваемые идеи никогда не выглядят нелепыми; в их основе лежит какое-то рациональное зерно, однако суждения отличаются однобокостью, преувеличениями, неспособностью трезво отнестись к своим ошибкам, негибкостью, «отсутствием гостеприимства к чужим мыслям» [Личко А. Е., 1985]. Тем не менее чутко улавливаются животрепещущие общечеловеческие проблемы, недостатки в жизни общества, пробелы и недостатки в распространенных доктринах и предлагаются меры для их устранения. Обдумыванием про себя не ограничиваются, ищут единомышленников. В беседах с ними порой интересно и увлекательно говорят о занимающем их предмете, умеют четко сформулировать мысль. Встретив заинтересованность собеседника, обнаруживают достаточную эмоциональную живость, как бы на время утрачивают шизоидные черты.

Таблица 10. Дифференциально-диагностические критерии между синдромом метафизической интоксикации при шизофрении и транзиторной метафизической интоксикацией в подростковом возрасте

Критерии

Синдром метафизической интоксикации

Транзиторная метафизическая интоксикация

Содержание идей

Часто нелепое, противоречащее логике

Исходят из рациональной предпосылки, но развиваемые идеи односторонни, преувеличены, негибки

Изложение идей

Обычно нечеткое, расплывчатое, даже сумбурное, вычурное или повторение одних и тех же штампов

Довольно четкое, толковое, иногда даже яркое и увлекательное

Активность в распространении идей

Единомышленников либо вообще не ищут, либо после неудачных попыток бросают поиски. Иногда распространяют нелепые воззвания

Ищут единомышленников, особенно среди сверстников, с ними эмоционально обсуждают волнующую проблему

Другие симптомы психических нарушений

Встречаются обсессии, фобии, деперсонализация, а также нарастание замкнутости и бездеятельности

Обычно отсутствуют, кроме проявлений шизоидной или психастенической психопатии или акцентуации характера

Социальная адаптация

Нередко нарушается - пропускают учебу, падает работоспособность, растет отчуждение к близким

Как правило, сохранена; если нарушена, то вследствие других психопатических особенностей

При психопатиях, в отличие от акцентуаций характера, метафизическая интоксикация может начинаться даже в младшем подростковом возрасте и затягиваться на послеподростковый период.

Ниже приведены иллюстрации использования табл. 10 для дифференциального диагноза между синдромом метафизической интоксикации при шизофрении и транзиторной метафизической интоксикацией в подростковом возрасте.

Валерий Р., 17 лет. У отца параноидная шизофрения. Рос здоровым, но с детства был замкнутым, вяловатым, любил читать. Отличался моторной неловкостью. С детьми не играл. Был очень привязан к матери, почти все время старался проводить около нее. В школе учился удовлетворительно. Держался в стороне от ребят, друзей не было.

С 15 лет начал увлекаться философией, читал философские книги, вел постоянные споры с матерью — активной коммунисткой. Рассуждал о смысле жизни, говорил о ее бесцельности. Заявлял ей, что во всем правы Ницше и Спенсер, проповедовал «всеобщий анархизм». В школе вступал в спор с учителем обществоведения. На комсомольском собрании был подвергнут осуждению. Через несколько дней почувствовал непреодолимую тоску, пришел к выводу, что он «неполноценный». Оставшись дома один, принял 20 таблеток сонапакса и уснул. Очнулся, когда «скорая помощь» промывала ему желудок.

В психиатрической больнице сразу вступил в контакт с врачом и начал рассуждать на философские темы. Мысли излагал сумбурно, суждения были примитивными, опровержений слушать не хотел. Заявил, что разработал свою философскую систему, но суть ее изложить не смог, стереотипно повторял только: «Я — за сверхчеловека». Сказал, что любит мать, но не дал никакой эмоциональной реакции на вопросы о том, как бы мать пережила его смерть. Сексуальную жизнь отрицал, назвал ее низменной. Выяснилось, что раньше увлекался шахматами, но последний год всякий интерес к ним пропал. К совершенной суицидной попытке относится с формальной критикой. Признался, что раньше после неприятностей у него бывало желание покончить с собой.

В отделении пытался излагать свои взгляды другим подросткам, но, не встретив интереса, замкнулся.

При патопсихологическом обследовании выявлен признак актуализации несущественных признаков в процессе обобщения. При патохарактерологическом обследовании диагностирован шизоидный тип с психастеническими и сенситивными чертами. Выявлена значительная дискордантность характера (шизоидность / гипертимность, шизоидность / циклоидность, сенситивность / эпилептоидность, психастеничность / неустойчивость). Отмечена выраженная реакция эмансипации.

Физическое развитие — по возрасту.

Дифференциально-диагностические признаки соответствия синдрому метафизической интоксикации при неврозоподобной шизофрении (см. табл. 10): содержание идей (нелепые высказывания о сверхчеловеке), их изложение (сумбурное, расплывчатое), активность в их распространении (отсутствует), дополнительные симптомы психических нарушений (нарастание замкнутости, депрессия с суицидной попыткой), социальная адаптация (нарушена — конфликты в школе).

Признаки соответствия транзиторной метафизической интоксикации отсутствуют.

Диагноз. Вялотекущая неврозоподобная шизофрения. Синдром метафизической интоксикации.

Катамнез. Прослежен в течение 8 лет. Школу закончить не смог из-за резко снизившейся успеваемости. В вечерней школе также не удержался. Работает сторожем. Крайне замкнут, к матери охладел. Свободное время проводит за чтением философских книг. Со сверстниками не общается. Поддерживающей терапии не получает — и он сам, и мать отказываются от лечения.

Андрей А., 16 лет. Сведений о наследственной отягощенности психическими заболеваниями нет. Рос замкнутым, избегал шумных игр, но имел постоянного близкого друга. В школе успешно учится. К родителям привязан.

Последние полгода стал увлекаться проблемами совершенствования социалистического общества. Много читал, делал выписки, обсуждал прочитанное с другом. Разработал свою систему борьбы с пьянством и алкоголизмом, довольно тщательно и детально продуманную, состоящую из контролируемого учета продажи спиртных напитков по специальным карточкам и системы мер поощрений для тех, кто этими карточками не стал бы пользоваться, создания специальных трудовых лагерей для пьяниц и т. п. Предлагаемые меры толково и четко излагал и посылал в виде предложений в различные органы, газеты и журналы. Среди товарищей по школе создал инициативную группу «борцов за трезвость»: выслеживали пьяных в общественных местах и по телефонам-автоматам информировали о них милицию — несколько пьяниц таким образом было задержано и оштрафовано. На консультацию к психиатру приведен по инициативе матери. Сперва был крайне сдержан, но потом охотно изложил свои взгляды и предложения. Обнаружил хорошие знания истории борьбы с пьянством и алкоголизмом («сухие законы» в разных странах и в разные времена, почему они оказались неэффективными и т. п.). Однако суждения отличались однобокостью, все критические замечания воспринимал крайне неохотно и пытался их опровергать В школе продолжал успешно учиться.

При патопсихологическом обследовании признаков искажения процесса обобщения не обнаружено. При патохарактерологическом обследовании диагностирован шизоидный тип с психастеническими чертами; выявлены нонконформизм, выраженная реакция эмансипации и отрицательное отношение к алкоголизации. Дискордантности характера не отмечено.

Физическое развитие с умеренной акселерацией.

Дифференциально-диагностические критерии соответствия транзиторной метафизической интоксикации (см. табл. 10): содержание идей (рациональная предпосылка, стройная система, но однобокость суждений), их изложение (четкое, толковое), активность в распространении (привлечение единомышленников), дополнительные симптомы психических нарушений (отсутствуют), социальная адаптация (сохранена).

Признаков соответствия синдрому метафизической интоксикации при неврозоподобной шизофрении нет.

Диагноз. Психически здоров. Транзиторная метафизическая интоксикация на фоне акцентуации характера по шизоидно-психастеническому типу.

Катамнез через 2 года. Окончил среднюю школу с отличием. Поступил в медицинский институт.

Как отдельный симптом метафизическая интоксикация, в подростковом возрасте способна возникать при различных психотических и непсихотических синдромах. В качестве синдрома ее следует оценивать, когда она является ведущим, а — то и единственным проявлением. При шизофрении в виде самостоятельного синдрома метафизическая интоксикация встречается не так уж часто — при неврозоподобной вялотекущей форме и еще реже — как неврозоподобный дебют прогредиентной шизофрении. Риск перехода синдрома метафизической интоксикации в другие синдромы прогредиентной формы составляет около 20 %. Признаки подобного риска излагаются в разделе о неврозоподобных дебютах. В 40 % синдром метафизической интоксикации завершается практическим выздоровлением [Бильжо А. Г., 1986]. Ремиссия формируется постепенно: долго сохраняется «психический ювенилизм», оппозиция к родным, неумение приобретать практический жизненный опыт.

По данным Л. Б. Дубницкого (1977), своеобразные явления метафизической интоксикации могут встречаться у подростков при одноприступной шизофрении. В этих случаях больные заимствовали известные или чужие взгляды, но отстаивали их как собственные, притом с выраженной аффектацией. Говорили о «вдохновении», «озарении», когда у них родились подобные мысли, отличались экзальтированностью.


В другом источнике:

Как особый психопатологический феномен описал у юношей и обозначил метафизической интоксикацией Th. Ziehen (1924). Однако еще в 1834 г. русский психиатр П. А. Бутковский сходные явления у юношей назвал «суемудрием» (цит. по В. В. Ко­валеву, 1979).

Под метафизической интоксикацией подразумевается довольно однообразная абстрактная интеллектуальная активность, направ­ленная на самостоятельное решение путем обдумывания «вечных проблем» — о смысле жизни, о предназначении человечества, об искоренении войн и т. п., поиск философских истин, создание своих мировоззренческих систем, своих теоретических концепций перестройки общества, развития наук, своих эстетических и этических взглядов. Все это занимает важное место в жизни подростка, получает выраженную эмоциональную окраску, плохо поддается критической оценке, т. е. приобретает характер сверхценных идей.

Однако существенным является то, что описанная активность ограничивается размышлениями, рассуждениями, писанием сочинений. На обыденном поведении все эти идеи могут никак не сказываться. Мало того, попыток внедрить свои идеи в жизнь, испытать их на практике, заполучить приверженцев либо вообще не предпринимается, либо они прекращаются после первых неудач. Поэтому нам представляется неправомерным чрезмерно расширять понятие синдрома метафизической интоксикации, как это сделано Л. Б. Дубницким (1977), включая в него идеи изобретательства, над воплощением которых в жизнь активно трудятся, а также всякого рода интеллектуальные и эстетические увлечения литературой, историей, театром, религией, определен­ными философскими течениями и т. п. Все это хотя иногда и может приобретать патологический характер, но отличается от метафизи­ческой интоксикации тем, что всегда присутствуют активная деятельность и желание либо преуспеть в избранной области, либо насладиться самим процессом усвоения другими созданных духов­ных ценностей. Поэтому при патологических увлечениях, затра­чивая массу времени на «любимое дело», подростки могут оказаться весьма эрудированными в данной области.

Какого-либо отчетливого психогенного фактора, толкнувшего к метафизической интоксикации, обычно уловить не удается.

Этот синдром характерен для среднего и старшего подростко­вого возраста и, как правило, встречается у юношей.

Транзиторная подростковая метафизическая интоксикация. Известный английский психиатр Н. Maudsley (1870) писал, что юноша проходит через «приступ метафизики», как дитя переболевает корью. Однако следует заметить, что этот приступ «душевной кори» приходится встречать, как правило, лишь у под­ростков с психастенической и шизоидной акцентуациями характера. Транзиторная метафизическая интоксикация не мешает хорошо учиться, не препятствует удовлетворительной социальной адаптации и характеризуется благоприятным прогнозом. В послепубертатном периоде явления метафизической интоксикации постепенно блекнут и исчезают. Более интенсивной и стойкой метафизическая интоксикация может быть при шизоидной психо­патии [Сухарева Г. Е., 1959].

Метафизическая интоксикация при вялотекущей неврозоподобной шизофрении. Развиваемые в этих случаях «философские идеи» отличаются вычурностью, явной, но незаметной для самого подростка противоречивостью, а то и нелепостью. Интеллектуальная деятельность здесь бывает совершенно непродуктивна, как бы на холостом ходу. Что-то читая и выписывая по многу часов, не могут ничего связно передать из прочитанного и записанного. Иногда особый интерес обнаруживается к «таинственным проблемам» — телепатии, пара­психологии, оккультизму, контактам с другими цивилизациями в космосе и т. п. Свои идеи иногда глубоко таят, опасаясь непонимания и насмешек. Сторонников или слушателей не ищут. Несмотря на тяжелую дезадаптацию в подростковом возрасте, после 20—25 лет может наступить удовлетворительная компенса­ция. Иногда же полная непродуктивность делает больных неприспособленными к жизни.

Особенности психогенеза. Среднему и старшему подростковому возрасту присущ процесс интенсивного развития абстрактного мышления, особенно выраженный при наличии психастенических и шизоидных черт. Это толкает к размышлениям, к познанию через рассуждения. В этом же периоде подросток осознает себя как личность. Свойственная возрасту реакция эмансипации находит отражение в критической оценке господствующих идей и в стремле­нии занять свое самостоятельное, независимое место в создании духовных ценностей. Недостаток знаний и, особенно, жизненного опыта и вместе с тем страстное желание сказать свое слово рождает примитивные суждения о труднейших проблемах. По образному выражению немецкого психиатра Н. Schute (1880), такой подросток с «зенитом человеческих чувствований» и «детским кругозором» напоминает «голову гиганта на туловище ребенка».

Синдром патологических увлечений ( «патологические хобби»)

Как указывалось в гл. I, увлечения (хобби) являются особен­ностью, присущей подростковому возрасту. Там же была при­ведена наша рабочая систематика увлечений, основанная на принципе мотивации.

Увлечения у подростков могут приобретать патологический характер. Особенно часто это случается при шизоидной психопатии и при психопатоподобной вялотекущей шизофрении. В этих случаях патологические увлечения могут составлять глав­ное, а в какой-то период даже единственное проявление психических нарушений. Это дает основание говорить о синдроме патологических увлечений.



Последнее редактирование: 2015-04-08

Оценить статью можно после того, как в обсуждении будет хотя бы одно сообщение.
Об авторе:
Этот материал взят из источника: http://www.psychiatry.ru/book_show.php?booknumber=11&article_id=21



Тест: А не зомбируют ли меня?     Тест: Определение веса ненаучности

Поддержка проекта: Книга по психологии
В предметном указателе: Множественной персональности синдром | Синдром дефицита внимания гиперактивности | Синдром сверхценных образований | Синдром сверхценных образований | Фальсификация истории: синдром украинской гуманитарной науки | Обсуждение статьи Синдром истинно-верующего | Синдром истинно-верующего (alexfox)
Последняя из новостей: О том, как конкретно возможно определять наличие психический явлений у организмов: Скромное очарование этологических теорий разумности.
Все новости

Нейроны и вера: как работает мозг во время молитвы
19 убежденных мормонов ложились в сканер для функциональной МРТ и начинали молиться или читать священные тексты. В это время ученые наблюдали за активностью их мозга в попытке понять, на что похожи религиозные переживания с точки зрения нейрологии. Оказалось, они похожи на чувство, которое испытывает человек, которого похвалили.
Все статьи журнала
 посетителейзаходов
сегодня:33
вчера:46
Всего:40614752

Авторские права сайта Fornit
Яндекс.Метрика