Относится к сборнику статей теории МВАП

Семантическая память – основа психосоматических фантомов

Из двух видов реакций, возникающих в процессе осознания, особое место занимают психосоматические реакции (fornit.ru/68957), поскольку они в меньшей степени поддаются осознанной регуляции. К ним относятся, например, учащение сердцебиения, потливость, мышечное напряжение, изменения дыхания и реакции желудочно-кишечного тракта. Такие реакции обычно считаются менее доступными для непосредственного сознательного контроля, чем поведенческие или когнитивные реакции. При этом они не являются полностью неконтролируемыми: на них можно воздействовать с помощью специальных методов и практик, однако они не поддаются прямому произвольному управлению.

Особым свойством психосоматических реакций является их способность вызывать субъективно реальные телесные ощущения при отсутствии объективно выявляемых органических причин. Такие ощущения иногда называют «фантомными» или психогенно обусловленными, поскольку они возникают вследствие психологических факторов, а не вследствие структурных нарушений в организме.

Вопрос о происхождении эффекта «фантомности» может быть связан с тем, что ощущения формируются не в результате единичного воздействия, а как следствие накопленного опыта переживания определенных стимулов в конкретных условиях и ситуациях. Организм способен связывать внешние воздействия с их возможными последствиями на основе предыдущего опыта. Так, если холодный воздух из открытой форточки или прикосновение к холодному предмету вызывают озноб и желание прекратить воздействие, это может быть обусловлено тем, что в прошлом подобные воздействия на фоне ослабленного состояния организма сопровождались заболеванием или другими болезненными последствиями. В результате реакция может воспроизводиться даже тогда, когда непосредственной угрозы здоровью уже нет.

Когда мы обращаемся к эпизодической памяти, возникающие образы и ощущения обычно сопровождаются осознанием их происхождения: субъект воспринимает их как воспоминание о событиях прошлого. Таким образом, содержание памяти оказывается встроенным в текущую информационную картину вместе с меткой источника — «это произошло ранее».

Наряду с эпизодической памятью существуют более автоматизированные системы хранения и использования опыта. Семантическая память содержит обобщенные знания о свойствах объектов, событий и закономерностях окружающего мира. В сочетании с эмоциональными и оценочными механизмами она позволяет определять значимость стимулов в зависимости от контекста и текущей ситуации. Такая информация обычно не извлекается в форме явного воспоминания, а непосредственно участвует в процессах восприятия, оценки и выбора поведения. Поэтому ее влияние может переживаться не как воспоминание о прошлом опыте, а как непосредственное понимание ситуации, ощущение ее значимости или интуитивное знание того, как следует действовать.

Семантическая память представляется одним из наиболее логичных кандидатов на роль когнитивной основы психосоматических реакций. В отличие от эпизодической памяти, которая сопровождается осознанием источника информации как воспоминания о прошлом опыте, семантическая память предоставляет обобщенные модели значимости стимулов и ситуаций без явной маркировки их происхождения. Поэтому содержащиеся в ней связи между определенными воздействиями и их предполагаемыми последствиями могут непосредственно участвовать в процессах оценки ситуации и формировании телесных реакций.

Оба вида памяти основаны на специализации во время запоминания созревших новых нейронов в районе гиппокампа (ежедневный нейрогенез поставляет такие нейроны), которые способны образовывать связи с активными образами, удерживаемыми в гиппокамповых контурах обратной связи (по А.Иваницкому). Это удержание дает достаточное время для укрепления связей и нейрон специализируется как “указатель” на такой образ, при активации, активируя весь связанный с ним образ (fornit.ru/70648).

Оба вида памяти могут активироваться по запросу механизмов осознания и приводить к восстановлению связанных с ними образов и представлений. Однако результат их включения в текущую информационную картину оказывается различным.

При активации эпизодической памяти восстановленное содержание сохраняет информацию о своем происхождении. В результате в общую картину осознания включается не только само содержание воспоминания, но и метка его источника: «это произошло ранее» или «я это вспомнил». Такая метка позволяет отделить текущее восприятие от воспроизводимого опыта прошлого.

При активации семантической памяти воспроизводятся не конкретные эпизоды, а обобщенные модели значимости стимулов, сформированные на основе множества пережитых ситуаций. Поскольку такие модели не привязаны к определенному моменту прошлого и не содержат информации о своей исторической локализации, их активация не сопровождается явным переживанием акта воспоминания. В общую картину осознания поступает уже результат обобщения опыта — оценка значимости, ожидание последствий или готовое понимание ситуации.

Именно различие в способе включения информации в текущую картину осознания определяет субъективное различие между актуализацией эпизодической и семантической памяти. При активации эпизодической памяти восстановленный образ сопровождается указанием на его принадлежность прошлому опыту, поэтому переживается как воспоминание о ранее произошедшем событии. Субъект осознает не только содержание образа, но и его происхождение.

При активации семантической памяти в осознание поступает не конкретный эпизод прошлого, а обобщенный результат накопленного опыта. Такая активация вызывает связанные с данным представлением оценки, ожидания, эмоциональные и телесные реакции, однако обычно не содержит явного указания на источник своего происхождения. Поэтому возникающее переживание может восприниматься не как воспоминание, а как непосредственная характеристика текущей ситуации или состояния организма.

Вследствие этого субъективные проявления актуализированной семантической памяти оказываются значительно менее отличимыми от непосредственного восприятия реальности, чем проявления эпизодической памяти. Человек переживает не воспоминание о значимости стимула, а саму значимость как актуальный факт настоящего момента.

Это и порождает фантомный эффект, когда ощущение возникает как явное восприятие стимула при том, что нет никакого физического соответствия.

Фантомный эффект возникает в тех случаях, когда актуализация сохраненного опыта происходит без осознания его мнемического происхождения. Если активированное содержание воспринимается не как воспоминание, а как непосредственная характеристика текущей ситуации, то связанные с ним эмоциональные, вегетативные и телесные компоненты переживаются как реальные свойства настоящего момента. В результате субъект может испытывать вполне отчетливые ощущения при отсутствии соответствующего физического воздействия или органической причины.

При этом источником переживания оказывается не внешний стимул и не текущее состояние организма как таковое, а актуализированная модель значимости, сформированная предшествующим опытом. Поскольку эта модель не сопровождается меткой «я это вспомнил», ее содержание интегрируется в общую картину осознания наравне с данными непосредственного восприятия. Именно поэтому возникающее ощущение субъективно переживается как реальное и актуальное, а не как воспоминание или воображение.

Такие фантомные ощущения могут проявляться в самых разных формах: как боль, зуд, ощущение холода, напряжения, прикосновения, движения или другие телесные переживания. Их общей особенностью является то, что субъективное ощущение присутствует несмотря на отсутствие соответствующего физического источника.

Например, после ампутации конечности различные внешние или внутренние стимулы, которые ранее были связаны с ощущениями в этой конечности, могут по-прежнему активировать сформированные в прошлом нейронные связи. В результате человек может испытывать боль, зуд или другие ощущения, локализуемые в отсутствующей конечности. При этом переживание ощущается как вполне реальное, хотя соответствующий орган уже отсутствует.

В рамках данной модели такие ощущения возникают вследствие актуализации сохраненных моделей значимости и связанных с ними телесных переживаний. Поскольку активация не сопровождается осознанием ее происхождения как воспоминания, возникающее ощущение воспринимается не как след прошлого опыта, а как реальное текущее состояние тела.

Боль или зуд в области ампутированной конечности могут быть связаны не только с актуализацией прошлого опыта, но и с непосредственным влиянием состояния поврежденных нервных волокон. После ампутации пересеченные нервы способны генерировать спонтанную или аномальную активность. Такие сигналы могут поступать в центральную нервную систему и интерпретироваться как информация, исходящая от утраченной конечности. В этом смысле поврежденные нервные окончания становятся источником шума или ложных сигналов, дестабилизирующих работу систем восприятия, которые ранее обрабатывали информацию от данной части тела.

Психосоматические реакции

Такие фантомные ощущения способны порождать два основных вида реакций.

Первый вид связан с непосредственным воспроизведением ранее сформированных ответных реакций. Если в прошлом определенное ощущение регулярно сопровождалось конкретным действием или физиологическим ответом, то появление соответствующего фантомного переживания способно автоматически запускать тот же механизм. Например, фантомное ощущение раздражения или зуда в горле может вызывать кашель, ощущение инородного тела в глазу — моргание и попытки потереть глаз, а ощущение холода — мышечное напряжение и дрожь. Поскольку для механизмов реагирования решающее значение имеет субъективно переживаемый стимул, а не источник его возникновения, реакция возникает независимо от того, вызвано ощущение реальным воздействием или его фантомным аналогом.

Второй вид реакций формируется в процессе осмысления возникающих переживаний. Человек стремится объяснить причины своих ощущений и на основании такого объяснения вырабатывает новые формы поведения. Если фантомное ощущение холода или озноба связывается со сквозняком, может сформироваться устойчивая тенденция избегать открытых форточек, кондиционеров или прикосновений к холодным предметам. Если определенные телесные ощущения интерпретируются как признаки заболевания, возможно появление дополнительных форм контроля своего состояния, ограничительного поведения или поиска потенциально опасных факторов среды.

Таким образом, фантомные переживания способны не только воспроизводить ранее сформированные реакции, но и становиться источником новых поведенческих стереотипов. Первичные автоматические реакции подтверждают субъективную реальность переживания, а последующее осмысление приводит к формированию новых связей между ощущением, его предполагаемыми причинами и способами реагирования на них. В результате первоначально фантомное ощущение может постепенно включаться в систему устойчивого жизненного опыта и оказывать все большее влияние на поведение субъекта.

Внешне такие реакции могут напоминать условные рефлексы, поскольку представляют собой устойчивую связь между определенным стимулом и ответной реакцией. Однако механизм их формирования иной. Если условный рефлекс обычно рассматривается как результат многократного сочетания стимула и реакции, то психосоматические реакции способны формироваться уже в процессе однократного осмысления значимого события.

Это становится возможным благодаря тому, что в момент осознания актуальный стимул в течение некоторого времени удерживается механизмами рабочей памяти и оказывается связанным с возникающими оценками, решениями и реакциями. Такое удержание создает условия для укрепления связи между стимулом и ответом. В результате реакция может закрепляться без многократных повторений.

По своему механизму это близко к формированию автоматизмов, возникающих в результате найденного решения или усвоенного способа реагирования (fornit.ru/70162). После возникновения такая связь способна воспроизводиться автоматически при повторном появлении сходного стимула.

Характерной особенностью подобных реакций является то, что они формируются непосредственно в процессе осмысления происходящего. Телесные ощущения, эмоциональные оценки и возникающие решения образуют единый процесс, в котором субъективная значимость ситуации оказывается связанной с определенными физиологическими и поведенческими проявлениями. Именно поэтому такие реакции можно рассматривать как психосоматические: их возникновение обусловлено не только физическими воздействиями, но и процессами осмысления и оценки ситуации субъектом.

Список топиков