Поиск по сайту
Проект публикации книги «Познай самого себя»
Узнать, насколько это интересно. Принять участие.

Короткий адрес страницы: fornit.ru/541

Этот материал взят из источника: http://www.atheism.ru/old/LebAth1.html

Мои комментарии включены фиолетовым цветом
В некоторых местах я могу ссылаться на номера из "списка критериев", взятого из ГЛАВНОЙ ТЕМЫ
Список основных тематических статей >>
Этот документ использован в разделе: "Мистические миры"Распечатать
Добавить в личную закладку.

КАК РОЖДАЮТСЯ ДУХИ


! Обратите внимание, что этот документ используется в сборнике "Мистические миры" в качестве иллюстрации творений мистических авторов - как пример некорректного, абсурдного подхода к затронутым вопросам.

В.И. Лебедев

    Вера в сверхъестественные существа, духов, но могла бы иметь такую длительную историю, вплоть до наших диен, если бы не свидетельства людей, “видевших” духов. Давайте, читатель, в этой главе попробуем разобраться в вопросе, как возникают подобные видения.
    “Я учительница русского языка и литературы. Мне нередко приходится работать допоздна. Однажды, время было далеко за полночь, я закончила проверку сочинений и сидела в раздумье. На душе было тревожно. Внезапно почувствовала, что у меня за спиной кто-то появился и пристально наблюдает за мной. Я его чувствую, но не вижу. Мне стало страшно. Я быстро встала, повернулась — мираж исчез. Через несколько дней, при аналогичных обстоятельствах “невидимка” вновь появился, и в течение 15—20 минут я чувствовала присутствие в комнате постороннего человека. В общем, мистика какая-то. Я понимаю, что все это глупости. Но как объяснить то, что со мной происходит?”
Из письма читательницы.

    
Такое психическое состояние “присутствия кого-то”, не воспринимаемого ни зрением, ни слухом, мистики давно используют для доказательства бытия “святого духа”. Так, например, крупный американский психолог, философ-идеалист, один из основоположников прагматизма У. Джемс в фундаментальной работе “Многообразие религиозного опыта”, в главе “Реальность невидимого” приводит самонаблюдение людей, испытавших чувство “духо-общения”. Вот одно из них: “Однажды ночью, стараясь заснуть, я вдруг ощутил чье-то присутствие в комнате. И странная вещь, я как будто знал, что это не было живое лицо, а скорее дух... Я не могу лучше определить моего ощущения, как назвавши его чувством чьего-то духовного присутствия. Я испытал в то время сильный суеверный страх, как если бы должно произойти нечто страшное и наводящее ужас”.
    
Отвлечемся на минуту от этого текста и выясним, что же такое мистика. Мистика в переводе с греческого — таинственный обряд, таинство. Мистически настроенные люди считают, что за воспринимаемым зрением, слухом, осязанием и другими органами чувств материальным миром скрыт иной, потусторонний мир, который открывается человеку непосредственно, сверхчувственно при особых (мистических) состояниях. По их мнению, общаться со сверхъестественными силами (духами) можно только в состоянии экстаза, наития, озарения, откровения, которое трудно объяснить, его можно только пережить.
    Из приведенного самонаблюдения видно, что ощущение “присутствия кого-то” в комнате человек безусловно религиозный интерпретирует как посещение его духом. И относит это состояние в разряд мистических.
    В этой же работе Джеме приводит самонаблюдение своего товарища, который, как можно заключить из контекста, интересовался психологическими проблемами, но стоял на материалистических позициях: “Я уже был в постели и вдруг почувствовал, как что-то вошло в мою комнату и остановилось у постели. Я познал это без помощи моих обычных органов чувств; вместе с тем я был потрясен особым ощущением, невыразимо гнетущего характера... Несомненно, нечто было возле меня, и в его присутствии я меньше сомневался, чем в существовании людей, состоящих из плоти и крови. Невзирая на то, что оно казалось мне чем-то схожим со мной, т. е. заключенным в какие-то границы, оно мне не казалось ни индивидуальным существом, ни личностью”.
    
В комментарии, сделанном автором книги по поводу этого самонаблюдения, говорится; “Как ни странно, но мой друг не истолковал это переживание как свидетельство о присутствии божием, хотя было бы совершенно естественно усмотреть здесь откровение бытия божия”.
    Но если это не духи, явившиеся из потустороннего мира, то кто же они — эти “призраки-невидимки”?
    Как бы ни интересны были приведенные нами самонаблюдения людей, переживших “мистическое” присутствие “невидимок”, “духов”, они не дают информации для объяснения механизмов возникновения этих необычных психических состояний. Их раскрытие с научной достоверностью оказалось возможным в экспериментах, целью которых являлось изучение особенностей психической деятельности людей в таких экстремальных условиях, как космический полет, длительное подводное плавание и т. д.
    В наших исследованиях, проводимых совместно с психиатром кандидатом медицинских наук О. Н. Кузнецовым, в одном из экспериментов в условиях сурдокамеры (от латинского слова “сурдо” — глухой) испытуемый Т. сообщил, что на десятые сутки у него появилось странное и непонятное для него ощущение “присутствия постороннего в камере”, находившегося позади его кресла и не имеющего определенной формы. Т. логически не мог объяснить причину возникшего особого психического состояния и ответить на вопрос: кто это был — мужчина или женщина, старик иди ребенок. Его ложное восприятие не опиралось на зрительные или слуховые ощущения. Правда, испытуемый отмечал, что в тот день он был в подавленном, тревожном настроении, не мог найти себе занятие в часы, отведенные для активного отдыха, и поэтому просто сидел в кресле. Его сообщение об эмоциональной напряженности объективно подтверждалось наблюдением за ним с помощью специальной аппаратуры, которая “регистрировала” ряд физиологических функций (частоту пульса и дыхания и ДР.).
    Аналогичное переживание возникло у французского спелеолога М. Сифра во время двухмесячного одиночного пребывания в пещере. В конце эксперимента он стал ощущать, что помимо него кто-то незримый присутствует в пещере и постоянно преследует его. Сифр заметил, что “преследователь” появился в тот момент, когда у него развился немотивированный страх.
    Если мы проанализируем самонаблюдения, заимствованные из работы Джемса, то отчетливо увидим, что “невидимка”, “дух” и “нечто” появились при развитии, так же как у испытуемых Т. и Сифра, эмоциональной напряженности, тревожности.
    Одной из причин появления эмоциональной напряженности в условиях экспериментальной изоляции является прекращение воздействия привычных звуковых, световых, температурных и других раздражителей, нарастающая астенизация (истощение) нервной системы по мере увеличения времени пребывания в изоляции.
    Английский философ-материалист Томас Гоббс еще в XVII веке писал, что “постоянный страх, сопровождающий человечество, пребывающее как бы во мраке благодаря незнанию первопричин, должен иметь что-либо в виде объекта, и когда человек не видит ничего, чему бы он мог приписать свое счастье или несчастье, он приписывает их невидимым силам”. То, что “немотивированный” страх, настороженность обнаруживают стойкую тенденцию к объективизации, в последующем было подтверждено в многочисленных экспериментах. Например, Сифр в своем дневнике писал: “В пропасти я один, мне нечего бояться встречи с человеком или каким-нибудь зверем” Тем не менее, необъяснимый, дикий страх порой охватывает меня. Он подобен живому существу, и я невольно его одухотворяю, я ощущаю за спиной чье-то присутствие”.
    Объективизации, одухотворению тревожности в присутствии “невидимок”, “преследователей”, “посторонних”, “духов” способствует следующее обстоятельство.
    Записи биотоков мозга показывают, что в условиях изоляции в сурдокамере, в пещере и т. д. в коре полушарий головного мозга развиваются гипнотические фазы. Первая фаза гипнотического состояния — уравнительная примечательна тем, что сильные и слабые раздражители вызывают одинаковую реакцию организма, тогда как в нормальном, бодрствующем состоянии сильный раздражитель вызывает более энергичный ответ по сравнению со слабым. За ней следует парадоксальная фаза, когда слабый раздражитель может вызвать сильный эффект. А затем наступает третья фаза — ультрапарадоксальная, при которой характер ответа организма меняется: положительный раздражитель, ранее вызывавший возбуждение и активную реакцию, теперь, наоборот, приводит к торможению, а тормозные раздражители вызывают возбуждение.
    Собаке при развитии ультрапарадоксальной фазы подают пищу, т. е. возбуждают ее к положительной деятельности — еде, она отворачивается, пищу не берет. Когда еду убирают, т. е. возбуждают отрицательно— к задерживанию деятельности, к прекращению еды, она тянется к пище.
    Особенно ярко эта закономерность обнаруживается у больных с симптомом негативизма. Когда такому больному протягивают руку, чтобы поздороваться, он прячет свою за спину или просто отдергивает. Когда руку убирают, он тянется здороваться. Этот закон взаимной индукции противоположных действий приложим и к противоположным представлениям (связанным с определенными структурами нервных клеток), составляющим ассоциативные пары.
    Наши понятия связаны по ассоциации с противоположными им: счастье — несчастье, добро — зло, рай — ад, бог — черт и т. д. Но когда в центральной нервной системе начинает развиваться ультрапарадоксальная фаза, то сколько-нибудь сильное возбуждение одного представления индуцирует (вызывает и усиливает) противоположное. “В пропасти (сурдокамере) я один, и что-то вызвало тревогу”,— рассуждает про себя человек. Представление “Я один” при развитии ультрапарадоксальной фазы сразу же индуцирует противоположное — какой-то человек проник в пропасть (сурдокамеру), находится в ней и наблюдает за испытуемым.
    Если мы опять обратимся к анализу самонаблюдений нашей читательницы, а также к примерам, приведенным Джемсом, то увидим, что “невидимки”, “духи” и “нечто” возникли ночью, когда люди находились в расслабленном состоянии. Учитывая законы биоритмов смены бодрствования и сна в строго определенные периоды суток, можно с большой долей вероятности утверждать, что у этих людей в коре полушарий головного мозга наличествовали все гипнотические фазы.
    Одной из особенностей рассматриваемых нами необычных психических состояний, на которую обращают внимание мистики, является то, что “кто-то” (дух) непосредственно переживается человеком. На то, что это “дух”, по их мнению, указывает его бестелесность.
    Возникает вопрос, почему при эмоциональном напряжении и развитии гипнотических фаз у некоторых людей формируются представления о бестелесных “духах”, “невидимках”, “посторонних”, “преследователях” и т. д. Ответ на него можно найти, обратившись к учению о психофизиологической организации человека.
    На основании многочисленных наблюдений и исследований И. П. Павлов пришел к выводу, что всех людей в принципе можно условно разделить в а два типа — художников и мыслителей. У первого типа преобладает первая сигнальная система, у второго — вторая. Первая сигнальная система — это форма непосредственного отражения действительности в виде ощущений и восприятии. Речь, благодаря которой осуществляется абстрактное мышление, по Павлову, представляет собой вторую сигнальную систему. Слово, с одной стороны, удалило нас от конкретной действительности, с другой — именно слово сделало нас людьми. Но потребовались многие десятилетия кропотливой работы клиницистов, физиологов, психологов, чтобы дать анатомическое обоснование этому гениальному научному открытию.
    В середине прошлого века в клинику французского хирурга П. Брока поступило двое больных, которые утратили способность к речи. Пациенты вскоре скончались. На вскрытии Брок обнаружил, что у них были поражены одинаковые зоны левого полушария, которые в последующем классифицировались, как моторные центры речи и названы именем Брока.
    Открытие Брока потрясло научный мир и вызвало поток специальных исследований на животных и наблюдений за больными. Немецкий психиатр и нейроанатом К. Вернике нашел в височной области левого полушария центр, связанный с восприятием речи. При его поражении больные утрачивали способность понимать слова и писать под диктовку. Причем восприятие шумов, музыки и других звуковых раздражителей полностью сохранялось. Этому сенсорному, т. е. чувственному, отделу мозга было присвоено имя Вернике. Благодаря дальнейшим исследованиям выяснили, что левое полушарие связано не только с речью, но и со словесной памятью и абстрактным мышлением, что оно управляет мышечной деятельностью правой половины тела, а правое полушарие — мышечной деятельностью левой.
    В течение 100 лет после открытия центров речи Бреком и Вернике считали, что правое полушарие “немое”. Кроме двигательных центров левой половины туловища, не удавалось обнаружить никаких больше зон. Поэтому при операциях на правом полушарии хирурги не боялись удалять значительные участки коры головного мозга.
    Однако ученые давно предполагали, что у человека должны в коре полушарий головного мозга существовать сенсорные зоны, ответственные за отдельные восприятия, ощущения. Эти догадки получили свое подтверждение в операционной известного канадского хирурга двадцатого столетия У. Г. Пенфильда.
    Во время одной из очередных операций на правом полушарии мозга Пенфильд работал скальпелем. Поскольку мозг не имеет болевой чувствительности, то отпадает необходимость в наркозе. Больной разговаривал с хирургом, рассказывал о своих ощущениях. И вдруг...
    “Профессор, я отчетливо вижу лицо моего друга юности... Бог мой, а вот и целая картина, как в цветном кино... И тоже знакомая. Что-то подобное происходило со мной много лет назад...”
    
Просматривая “цветные кинофильмы” из своего прошлого, пациент прекрасно осознавал, что это ему только кажется.
    В дальнейшем при таких же операциях открытый мозг во время трепанаций черепа стали раздражать слабым электрическим током. В результате этих исследований удалось установить, что в правом полушарии имеются зоны клеток не только зрительного анализатора, но и слухового, обонятельного, тактильного и других, раздражение которых приводит к появлению соответствующих ощущений. Так была установлена асимметрия мозга.
    Функции левого и правого полушарий более определенно были выявлены следующим образом. При подготовке к операции на мозге в ряде случаев в сонную артерию, снабжающую кровью одно из полушарий, вводят снотворное вещество. Когда “усыпленное” полушарие перестает “работать”, все психические функции регуляции берет на себя бодрствующее. В это время за человеком не только нужно наблюдать, но и обследовать его психические функции с помощью различных тестов. Однако как при раздражении электротоком участков мозга, так и проба со снотворным охватывает только одно полушарие. Это обстоятельство не дает возможности сравнить психические функции правого и левого полушарий у одного и того же человека. Выход из создавшегося положения был найден.
    Около пятидесяти лет назад, когда еще не было аминазина и подобных ему лекарств, психиатры для лечения ряда психозов стали применять электрошок (и хотя сегодня имеется в распоряжении психиатрии множество лекарственных препаратов, этот метод до настоящего времени применяется при лечении некоторых заболеваний). Электроды обычно на голову больного накладывали с двух сторон и производили дозированное электрическое воздействие. После электрошока больной находился в бессознательном состоянии, сознание возвращалось через 1—2 часа. В дальнейшем электроды стали накладывать только на одну сторону головы. Они не утратили лечебного эффекта, но процедура протекала мягче и переносилась больными легче.
    Это объясняется тем, что электрошоком угнетается только одно полушарие, второе же остается активным. После одностороннего шока человек воспринимает окружающие его предметы, эмоционально реагирует и мыслит только одним полушарием. Это подтверждается и записями биопотенциалов головного мозга. На электроэнцефалограмме четко прослеживается, что одно полушарие “спит” глубоким сном, другое находится в “бодрствующем” состоянии.
    При проведении курса лечения, состоящего из 8—12 сеансов, электроды стали накладывать то на правую, то на левую сторону головы. Это дало возможность сравнить поведение человека в обычном состоянии с поведением в “право”- и “левополушарном” состоянии.
    На основании клинических наблюдений, а также результатов исследований с помощью различных методик ученым удалось создать обобщенный образ условно названного “лево”- и “правополушарного” человека.
    “Левополушарный” человек легко вступает в беседу, точно воспринимает смысл слов и много говорит. Даже болтлив. Однако голос становится глухим, гнусавым, иногда лающим. Начав фразу тихим голосом, он может в конце перейти на крик. Логические и эмоциональные паузы из речи исчезают. В разговоре он и сам утрачивает способность понимать значение речевых интонаций собеседника, не узнает хорошо знакомые мелодии. По существу, у него нарушается восприятие сложных звуков.
    “Левополушарный” человек оказывается беспомощным при выполнении тестов, требующих восприятия фигур и ориентации в предметном мире. Но функции абстрактного мышления у него не только сохранены, но даже несколько утрированы. Он легко и логично оперирует понятиями, очень быстро и надолго запоминает слова, но не способен удержать в памяти предъявляемые геометрические фигурки и различные картинки. Им правильно называется больница, номер палаты, в которой он находится. В то же время он дезориентирован, поскольку не может узнать палату, найти туалет.
    Настроение “левополушарного” человека по сравнению с обычным состоянием улучшается. Он становится приветливым, общительным, веселым и даже эйфоричным.
    В отличие от “левополушарного”, у “правополушарного” человека словарный запас резко снижен, но голос сохраняет все тембровые оттенки. Хотя он узнает окружающие его предметы и легко пользуется ими, не всегда может вспомнить, как они называются. Поэтому охотнее объясняется жестами и мимикой. Несмотря на то, что слова воспринимаются им с большим трудом, он хорошо отличает эмоциональные оттенки, что недоступно “левополушарному”. Прослушав мелодию, он легко и свободно напоет ее. По если попросить его классифицировать звуки или предметы, то эти задачи для него окажутся непосильными. У него нарушена память на слова, но в то же время конкретно образное мышление по сравнению с обычным состоянием усиливается. И это отмечается не только в экспериментах по “выключению” из работы левого полушария, но и в клинических наблюдениях за художниками и музыкантами, у которых в результате заболеваний (например, инсульта) частично не функционировало левое полушарие. Так, венгерский скульптор и художник Бени Ференци перенес острое нарушение кровообращения левого полушария, сопровождающееся потерей речи и правосторонним параличом ноги и руки. В последующем он стал рисовать и лепить левой рукой. Тематика и стиль его картин сохранили черты, бывшие до болезни, скульптурные работы не только достигли прежнего качества, но стали даже оригинальнее.
    У “правополушарного”, так же как и “левополушарного”, человека происходит сдвиг эмоций, но только в противоположную сторону. Он мрачен, пессимистически оценивает свое состояние и предъявляет массу жалоб на самочувствие.
    По сути, это два антипода. Но, как и в жизни, люди с противоположными характерами, дополняя друг друга, нередко образуют хорошо совместимые пары, так и совместная работа двух полушарий у здорового человека обеспечивает качественно новый уровень психического отражения действительности и регуляции поведения. Как и в диаде людей, кто-то из них берет на себя роль лидера, так и в целостной работе мозга одно из полушарий становится доминантным. Таким образом, наблюдения и исследования показали, что у человека конкретно-образное мышление (первая сигнальная система) локализуется в правом полушарии, а логическое, абстрактное мышление, осуществляемое на основе речи (вторая сигнальная система),— в левом. Преобладание правого полушария создает художественный тип человека, а левого — мыслительный.
    Сделав экскурс в проблему асимметричного функционирования полушарий мозга, мы можем ответить на вопрос: почему “духи”, “невидимки”, “посторонние” воспринимаются людьми как бестелесные существа.
    Все дело в том, что эти иллюзорные переживания в результате эмоционального напряжения и развития гипнотических фаз формируются в левом полушарии. Понятие “человек”, как абстракция, не имеет конкретно-чувственных атрибутов, поскольку их нет во второй сигнальной системе. Это обстоятельство и не позволяет оформиться представлению “другого”, “постороннего” в четко воспринимаемый галлюцинаторный образ, а только дает возможность абстрактно и эмоционально переживать присутствие кого-то. В то же время сохранность логического мышления и отсутствие чувственно воспринимаемых образов создает двойную ориентировку. Поэтому в приведенных нами случаях люди, с одной стороны, знали, что посторонних рядом с ними нет, а с другой—они не могли отделаться от неприятных, эмоционально тягостных переживании. Все вышесказанное позволяет “призраки-невидимки” отнести к обманам сознания, сняв с них покров таинственности.

ПРИШЕЛЬЦЫ ИЗ МИРА ФАНТАЗИЙ

    “В своей книге “Тайны психики без тайн” Вы пишете, что мозг человека воспринимает с помощью органов чувств только реально существующие вокруг нас предметы, звуки и запахи. Когда же люди видят ангелов или чертей, слышат их голоса, то Вы утверждаете, что это эйдетические представления или галлюцинации. Но ведь в обычной жизни нет людей с крыльями или рогами, от которых исходит небесное сияние или огонь и дым геенны. Пастор же нашего прихода во время проповеди объяснил, что неземным обличием видений, являющихся праведникам и грешникам, доказывается, что существует потусторонний мир, из которого и приходят неземные пришельцы”.
Из письма читателя.

    
Действительно, “пришельцы” из потустороннего мира являются в различных видениях. Посланники ада, как правило, в образе черного человека с рогами, хвостом, копытами, со страшным лицом и длинным носом, козлиной бородкой и т. д. Ангелы — в белых одеяниях, с крыльями, сияющими нимбами вокруг головы. Но дает ли это право утверждать о неземном происхождении этих образов? Нет. И вот почему.
    В течение жизни человек накапливает информацию, в виде образов и мыслей, понятий, хранящихся в памяти.
    Одним из существенных свойств памяти является возобновление, репродукция, восстановление в максимально возможном приближении копии какого-либо объекта, события и т. д. Например, когда вы встречаете знакомого, которого вы могли забыть, на вас может сначала воздействовать внутренний сигнал “знакомости” благодаря звуку его голоса, улыбке, манере разговора. Почти сразу же механизм памяти вам даст “матрицу” для сравнения. Если мгновением раньше вы не могли обрисовать образ этого человека, то теперь вы отмечаете мельчайшие изменения, замечаете, что его движения замедленны, волосы, увы, поредели, плечи ссутулились. Иными словами, сравниваете настоящее, с прошлым. Пенфильд считает, что сравнивающе-истолковывающая кора височной доли управляет отбором и активацией небольших “клочков” прошлой сознательной жизни, в которой этот человек был когда-то в фокусе вашего внимания, делает возможным развертывающийся процесс, при котором прошлое переживается, как бы ни было оно разбросано во времени, отбирается и становится доступным для настоящего.
    Необходимо подчеркнуть, что воображение — это процесс отражения реальной действительности, но в новых, неожиданных, непривычных сочетаниях и связях.
    Если психические процессы, протекающие в мозге, недоступны непосредственному наблюдению, то работу воображения легко можно проанализировать, обратившись к мифам, результатам изобразительного искусства и художественного творчества.
    Уже на ранних этапах развития живописи прослеживается наклонность первобытных художников человеческие и животные формы связывать в один цельный образ. В древнеегипетском, греческом, индийском искусстве мы находим в избытке “сплавление” участков тела человека с различными животными в образах сфинксов, кентавров, фавнов, грифов и других чудищ.
    Внешний облик черта, если так можно сказать, “канонизировался” в древнегреческом мифе, согласно которому красавица богиня от бога Гермеса родила ребенка с козлиными ногами, длинной бородой и рогами. Мать испугалась его вида и убежала, а отец отнес новорожденного младенца на Олимп. Боги на Олимпе так развеселились при виде забавного младенца, что назвали его Пан (“Пан” по-гречески означает “весь”, “всеобщий”), потому что он доставил им великую радость. Когда Пан вырос, то он перестал веселить, а наводил только страх. Далее в мифе говорится, что во время сражения он навел ужас на персов, которые в страхе убежали с поля боя. (Кстати, отсюда произошло слово “паника”.) Скульптуры и живописные полотна с изображением Пана, исполненные великими художниками и скульпторами, во множестве хранятся в знаменитых музеях и картинных галереях.
    Этот прием, в котором художники эпохи Возрождения использовали библейские мифы, в психологии получил название “аглютинация” (в дословном переводе — склеивание). Так, например, нидерландский живописец Иеронимус Босх в своей картине “Искушение св. Антония” по-своему истолковал библейскую легенду, в которой говорится: “И вот разрушилась стена, и демоны явились в виде змей, львов, быков, волков, скорпионов, леопардов и медведей — и все угрожали, и все рычали”. В центральной части триптиха напротив Антония художник изобразил сидящего “Гриля” — фантастическое существо, состоящее только из человеческой головы и ног. На заднем плане по небу пролетает демон верхом на розовой рыбе. Другим воздушным кораблем стал гигантский лебедь, опутанный корабельными снастями.
    В нижней части картины по воде движется процессия нечистой силы. Ее возглавляет странный всадник: его голова — колючка чертополоха, а птичье туловище, из которого растут две руки и два крыла, переходит в человеческие ноги. Всадник сидит на “коне” задом наперед. “Конь” состоит из огромного кувшина с ногами лошади. Рядом со всадником на огромной мыши, покрытой алой попоной, едет женщина. Ее телом является полое дерево, руки — сучья дерева, а вместо ног — хвост русалки.
    Советский искусствовед А. М. Матвеев считает, что Босх трактует библейский сюжет согласно теории “обмана чувств”, по которой дьявол и демоны могут вводить в заблуждение людей, заставляя их ощущать то, чего не существует на самом деле. Искушения, которые преследуют Антония, показаны как видения, кошмары. Таким способом силы ада решили во что бы то ни стало отвратить от бога его праведную душу.
    Приемом аглютинации пользуются и писатели, создавая сказочные, фантастические образы. Вот небольшой отрывок из фантастической повести Н. В. Гоголя “Вий”:
    “И вдруг наступила тишина в церкви; послышалось вдали волчье завывание, и скоро раздались тяжелые шаги, звучащие по церкви; взглянув искоса, увидел он: ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. Весь он был в черной земле. Как жилистые, крепкие корни, выдавались его засыпанные землею руки и ноги. Тяжело ступал он, поминутно оступаясь. Длинные веки опущены были до самой земли. С ужасом заметил Хома, что лицо было на нем железное...”
    Несмотря на фантастичность художественных образов, созданных процессом воображения, при тщательном рассмотрении их можно увидеть, что все элементы, из которых они сотканы, взяты из жизни, почерпнуты из прошлого опыта и синтезированы в процессе творчества.
    Агглютинация используется и в техническом творчестве. Например, в танке-амфибии соединяются качества танка и лодки; в аккордеоне — фортепиано и баяна; в аэросанях — самолета и саней.
    Чтобы не создалось у читателя упрощенного представления о художественном и научном творчестве как конструировании “избушки на курьих ножках”, необходимо сказать, что Наташа Ростова, Родион Раскольников, Иван Телегин, Григорий Мелехов, Клим Самгин п другие не являются результатом простого “склеивания” личностных свойств и качеств разных людей. Образ, создаваемый творческим воображением писателя, обобщает живые впечатления от множества конкретных людей, с которыми в течение жизни встречается художник. О том, как создаются литературные типы, А. М. Горький говорил: “Они строятся, конечно, не портретно, не берут определенно какого-нибудь человека, а берут тридцать-пятьдесят человек одной линии, одного ряда, одного настроения и из них создают Обломова, Онегина, Фауста, Гамлета, Отелло и т. д. Все это — общие типы... Если вы описываете лавочника, так надо сделать так, чтобы в одном лавочнике было описано тридцать лавочников, в одном попе—тридцать попов, чтобы если эту вещь читают в Херсоне, видели херсонского попа, а читают в Арзамасе — арзамасского попа...”
    Воображение художника только заканчивает процесс изучения, отбора материала и окончательно формирует его в образ. Этот процесс воображения свойствен не только художникам, но и всем людям. Следовательно, в каких бы обличьях ни являлись ангелы и демоны, в них нет ничего того, чего бы не существовало в реальном мире.
    Нередко можно услышать такой вопрос: “Почему одним людям видятся ангелы, святые, а другим — дьяволы и другая нечистая сила?”
    Причин здесь несколько. Но одной из существенных является эмоциональное состояние каждого конкретного человека. Именно эмоции оказывают большое влияние на восприятие...
    Особенно четко эту закономерность можно увидеть в картинах художников. Например, картина И. И. Левитана “Владимирка” наполнена скорбным лирическим чувством.1 Ее замысел возник в результате воздействия на художника воспоминаний, связанных с этой дорогой. О том, как менялось восприятие пейзажа от изменения настроения, рассказывает знакомая Левитана С. П. Кувшинникова: “Однажды, возвращаясь с охоты, мы с Левитаном вышли на старое Владимирское шоссе. Картина была полна удивительной тихой прелести. Длинное полотно дороги белеющею полосою убегало среди перелесков в синеющую даль. Вдали на ней виднелись две фигурки богомолок, а старый покосившийся голубец (голубец — крест с кровлей.— В. Л.) со стертою дождями иконою говорили о давно забытой старине. Все выглядело таким ласковым, уютным. И вдруг Левитан вспомнил, что это за дорога...
    — Постойте. Да ведь это Владимирка, та самая Владимирка, по которой когда-то, звеня кандалами, прошло в Сибирь столько несчастного люда.
    Спускается солнце за степи, Вдали золотится ковыль, Колодников звонкие цепи Взметают дорожную пыль...
    И в тишине поэтической картины стала чудиться нам глубокая затаенная грусть. Грустными стали казаться дремлющие перелески, грустным казалось и серое небо. Присев у подножья голубца, мы заговорили о том, какие тяжелые картины развертывались на этой дороге, как много скорбного передумано было здесь, у этого голубца...”
    
Эти переживания и позволили создать Левитану столь впечатляющее, овеянное гражданской скорбью произведение о поколениях прекрасных русских людей, поплатившихся каторгой за преданность народу. Глядя на пустынную дорогу, мы словно видим бредущих политзаключенных, слышим кандальный звон.
    Иными словами, мы заговорили об эмоциях, которые отражают физиологическое состояние человека, представляют собой реакцию организма на внутренние или внешние раздражения и имеют ярко выраженную субъективную окраску. То, что эмоции оказывают значительное влияние на восприятие окружающей действительности, ход мыслей, свидетельствуют эксперименты с вживленными тончайшими электродами в глубины мозга для лечебных целей. Так, один больной, страдающий тяжелой депрессией, объяснял свои слезы неизлечимой болезнью отца, в которой он якобы повинен. Получив незаметно для него электрическое раздражение зоны положительных эмоций в глубинах мозга, больной вдруг прекратил прежние разговоры и стал обсуждать план обольщения одной женщины. На вопрос врача, почему у него изменился образ мыслей, он ответил, что этот план возник у него внезапно.
    Эмоциональные состояния влияют и на память, о чем говорят следующие наши наблюдения. Так, на шестой день сурдокамерного эксперимента испытуемый Г. явно находился в тоскливом настроении. По условиям опыта он каждый день вскрывал конверт, в котором содержалось задание провести репортаж на ту или иную тему. В тот день ему предлагалось рассказать что-нибудь смешное. Однако испытуемый, характеризующийся как пунктуальный и исполнительный человек, категорически отказался выполнить психологический тест. По окончании испытания Г. так объяснил причину своего отказа: “Предложение рассказать смешное не соответствовало моему настроению, что представлялось совершенно неприемлемым и неуместным. Ничего веселого вспомнить не удалось. В голову лезли не смешные, а скорее грустные воспоминания”.
    Испытуемый Ю. по своим индивидуальным особенностям был человеком с циклически сменяющимися эмоциональными состояниями — от угнетенного до приподнятого, жизнерадостного настроения, при явном преобладании последнего. В первый день пребывания в сурдокамере до техническим причинам был сорван один из важных экспериментов. Со своей стороны Ю. делал все от него зависящее, чтобы этот эксперимент состоялся. По данным непосредственного наблюдения за испытуемым (мимика лица, тембр голоса” двигательная активность и др.), в тот день он находился в меланхолическом, подавленном состоянии. Через пару дней его настроение улучшилось, и он успешно проводил эксперимент, сорвавшийся не по его вине в первый день исследования.
    По завершении сурдокамерного исследования, отвечая на конкретно поставленный вопрос об испытаниях первого дня, он совершенно неожиданно для всех достаточно подробно рассказал, как он успешно провел эксперимент, который, как уже говорилось, был сорван. Серьезность обстановки, значимость сурдокамерного испытания для дальнейшей судьбы испытуемого и непричастность его к срыву пробы полностью исключали умышленный обман. Мы пришли к выводу, что на фоне приподнятого настроения успешно повторяющийся эксперимент в дальнейшем сгладил впечатление о срыве в первый день. Полгода спустя, находясь в плохом настроении, он неожиданно вспомнил о неудавшемся эксперименте.
    Из приведенных наблюдений видно, как у испытуемых память избирательно включила оптимистические или пессимистические воспоминания, искажая репродуцируемую информацию.
    Эмоции, существенно влияя на восприятие, мышление, воображение и память, в какой-то степени предопределяют и характер галлюцинаторных образов мистического содержания. Для примера приведу фрагмент из беседы с ветераном Великой Отечественной войны Н. В. Колосниковым после атеистической лекции, прочитанной мною в Доме культуры одного рабочего поселка: “На фронте я заболел туберкулезом легких и был демобилизован. Здоровье мое ухудшалось. Однажды ночью я долго не мог заснуть. Думал 6 скорой смерти. Жалел, что умираю не по-солдатски. Неожиданно я почувствовал легкое дуновение ветра. Подумал, что это открылась форточка. Повернулся и увидел в лунном свете дьявола в облике человека. На его черном, как сажа, лице очень выделялись белые клыки, торчащие кверху, горящие фосфорическим светом глаза. На голове у него была немецкая каска. Меня охватил страх, так как я подумал, что уже умираю и за мной пришел посланец ада. До этого я был неверующий. На фронте никогда не вспоминал бога, хотя мог быть убит в любой момент. Но тут я стал произносить обрывки молитв и вспомнившиеся заклинания, которым в детстве научила мать. Дух исчез. С этой ночи я обратился в веру и стал молить бога о своем спасении. Мои молитвы дошли до святого отца, он внял им, и я поправился...”
    
В дальнейших наших беседах удалось выяснить следующее. В детстве Николай Васильевич жил в степной деревне Полуямки в 20 километрах от бора. Однажды, когда он возвращался с отцом на лошади из леса, их застала зимняя ночь. Вначале они услышали вой волков, затем увидели светящиеся фосфорическим светом глаза хищников. Волки растерзали двух собак, которые сопровождали их, отец с сыном чудом спаслись. При этом мальчик испугался и некоторое время не мог говорить. Перед войной, будучи уже молодым человеком, он уехал на Дальний Восток, где работал на лесозаготовках. Как-то на охоте он ранил крупного кабана, который нанес ему травму клыками. Во время войны был разведчиком. Ночью, выполняя задание, он совершенно случайно лицом к лицу столкнулся с фашистом. Забыв об оружии, вцепился ему в горло руками. То же самое сделал немец. Лежа на земле, они не выпускали друг друга из смертельных объятий. “Лица я не видел,— рассказывал Колесников,— а видел только каску. В тот момент страха не было, думал только, как задушить фашиста. Но потом, лежа в землянке, вспомнил об этой борьбе, у меня началась дрожь, выступил холодный пот”.
    
Мы уже говорили, что галлюцинация дьявола появилась в тот момент, когда больной переживал состояние тревожности, вызванное мыслями о скорой смерти. Анализируя образ дьявола, легко увидеть, что он был скомпонован из восприятии, которые в прошлом сочетались с пережитым страхом. Общий вид дьявола— фашист в каске; светящиеся фосфорическим светом глаза—глаза волков; белые клыки, торчащие кверху,— клыки кабана. Под влиянием отрицательных эмоций на фоне туберкулезной интоксикации эти фрагменты были извлечены из памяти, преобразованы воображением и предстали в образе посланца из ада.
    Галлюцинаторные образы ангелов, архангелов, святой девы и других святых, как правило, появляются в состоянии религиозной экзальтации, которая по своему характеру приближается к эйфорическому.
    Таким образом, это “пришельцы” не из потустороннего мира, а из мира фантастики, творцами которого вольно или невольно являются сами люди.

РОЖДЕННЫЕ ТИШИНОЙ

    “Беспокою Вас вот по какому поводу. Я работаю лаборантом в крупной фотолаборатории. В последние месяцы к концу смены я начинаю видеть различные миражи. То лица знакомых и незнакомых людей, то какие-то картинки. А несколько дней назад увидела Чебурашку. Он сидел, как птица, на красном фонаре и просил закурить каким-то писклявым, противным голосом. У меня появились мысли, не заболела ли я. Поделилась своей тревогой с подругами по работе. Оказалось, что и у них бывают подобные видения, а одна ез наших старейших работниц говорит, что тут замешана нечистая сила. Не знаю, шутит или говорит всерьез. Я в это не верю. Объясните, почему привидения появляются у нас только на работе, а дома и в других местах ничего подобного ни у меня, ни у моих подруг не бывает?”
Из письма читательницы

    
К психиатрам нередко обращаются с аналогичными жалобами работники кинофабрик, лабораторий фотоателье и киностудий, которым приходится в течение всей смены находиться в полумраке или в полной темноте. Некоторые из них, как и подруга нашей читательницы, усматривают в этих необычных психических состояниях проявление мистического. В чем же здесь дело?
    Для нормального функционирования психики необходим известный минимум раздражителей, воздействующих на органы зрения, слуха и т. д., которые называют рецепторами. Как показывают наблюдения над людьми, находящимися в экстремальных условиях, при нехватке нервных импульсов, идущих от рецепторов, появляется потребность в раздражителях. Эту потребность с психологической точки зрения можно сопоставить с голодом. “Зрительное желание отличается от голода, жажды, сладострастия,— писал основоположник отечественной физиологии и психологии И. М. Сеченов,— лишь тем, что с томительным ощущением, общим всем желаниям, связывается образное представление”.
    Небезынтересно, что люди, испытавшие потребность в ощущениях, сравнивают свое состояние с голодом, а удовлетворение этой потребности — с насыщением. Вот что рассказывают полярники, космонавты и испытуемые о потребности в сенсорных ощущениях.
    Журналист В. М. Песков: “Особенно скучает человек по зрительным образам, когда находится в длительном санном походе. Но вот люди возвращаются на станцию; их кормят, дают помыться и сразу показывают фильмы сколько они хотят. В течение нескольких часов они смотрят фильмы: три-четыре, пока не насытятся”.
    
Полярник П. С. Кутузов: “Ужасно хочется видеть зелень, чувствовать ее запах, слышать треск кузнечиков, птиц, даже лягушек, лишь бы живых”.
    
Космонавт А. Г. Николаев: “В космическом полете по земным привычным звукам, явлениям и ароматам мы поистине сильно скучали. Иногда все это земное чувствовали, слышали и видели во сне”.
    Участник годичного гермокамерного эксперимента А. Н. Божко: “Закрываю глаза и, кажется, чувствую запахи земли, леса, слышу пение птиц. До чего же хочется увидеть солнце, выкупаться в реке, побродить по лесу, по лугам”.
    
Как показали экспериментальные исследования, в ответ на недостаточность внешних впечатлений и эмоциональных переживаний активизируются процессы воображения, которые определенным образом воздействуют на образную память. Один из наших испытуемых в своем отчете после длительного сурдокамерного исследования рассказывал: “В первую ночь я отметил некоторые, я бы сказал, романтические образы. В частности, с койки в верхнем зеркале отчетливо представилось смотровое окно — такой черный овал. В нем два отверстия, в которых освещены два глаза (снизу серпики света). И на вас смотрит маска с глазами. Глаза чуть светятся. Фантомас или, вернее, не Фантомас, а что-то близкое к русскому народному фольклору”.
    
Активация воображения проявлялась и в том, что испытуемые “видели” в салфетках, комках ваты причудливые образы. Используя куски проволоки из вышедших из строя электрофизиологических датчиков, они начинали мастерить различные игрушки. Заметив это, мы стали “подбрасывать” в сурдокамеру до начала эксперимента чурбачки, замысловатые корни деревьев. Вот отрывок из отчета одного из испытуемых: “В первые дни этот корень не вызвал у меня никаких эмоций. Когда я его стал рассматривать на третий день эксперимента, он мне показался весьма забавным. Воображению рисовались какие-то животные, которые карабкаются на дерево. Спустя некоторое время я отчетливо увидел двух обезьян, которых преследует хищный дракон и большая кошка. Может быть, пантера или рысь. Я настолько хорошо видел этих животных, что высвободить их с помощью ножа не представляло для меня больших затруднений”.
    При чтении художественной литературы у некоторых людей воображение в условиях сенсорной недостаточности непроизвольно воссоздавало такие яркие образы, что порой у них было впечатление, что “как будто прокручивается фильм”. Как “оживают” образы в процессе чтения книг, мы можем составить представление из рассказа М. А. Булгакова: “И все-таки книжку романа (“Белая гвардия”.— В. Л.) мне пришлось извлечь из ящика. Тут мне начало казаться по вечерам, что из белой страницы выступает что-то цветное. Присмотревшись, щурясь, я убедился в том, что это картинка. И более того, что картинка эта не плоская, а трехмерная. Как бы коробочка, и в ней сквозь строчки видно: “горит свет и движутся в ней те самые фигурки, что описаны в романе... С течением времени камера в книжке зазвучала. Я отчетливо слышал звуки рояля... И вижу я острые шапки, и слышу душу раздирающий свист. Вот бежит, задыхаясь, человек. Сквозь табачный дым я слежу за ним, я напрягаю зрение и вижу: сверкнул сзади человека выстрел, он, охнув, падает навзничь, как будто острым ножом его ударили в сердце. Он неподвижно лежит, и от головы растекается черная лужица...”
    
Эти феномены относятся к эйдетизму (“эйдос” от греческого “образ”), то есть разновидности образной памяти При эйдетизме образы в процессе работы воображения достигают большой степени яркости и проецируются вовне В экспериментах по изоляции, проводившихся исследователями в США, Канаде в 50-х годах, один из испытуемые “увидел” процессию белок, марширующих по снежному полю с мешками через плечо. Второй — обнаженную женщину, плавающую в пруду.
    Иногда степень влияния эйдетических представление на психическое состояние настолько велика, что испытуемые вынуждены бороться с ними. Так, во время прохождения сурдокамерного исследования одному из испытуемых было предложено в часы, отведенные для занятия физическими упражнениями, оставаясь с наложенными электродами для записи физиологических функций в кресле и, не двигаясь, мысленно не только “проигрывать” привычные для него комплексы упражнений (гимнастика, плавание, бег и др.), но и воображать соответствующие движения, всю ситуацию занятий.
    По мере увеличения времени пребывания в сурдокамере при регистрации физиологических функций во время мысленного проигрывания физических упражнений выяснилось, что пульс и дыхание по своему характеру все больше приближались к реакциям, соответствующим реальным физическим нагрузкам, о которых думал испытуемый. В отчетах он сообщал, что при взвешивании до и после “физических упражнений” он теряет в весе за 30 минут от 100 до 130 г. На седьмые сутки эксперимента испытуемый отказался от проведения указанных сеансов. По выходе из сурдокамеры свой отказ он объяснил тем, что яркость представлений окружающей обстановки “физических занятий” стала достигать такой степени, что у него появились опасения за свое психическое здоровье и возможность довести эксперимент до конца.
    Эйдетические представления возникают и в условиях географической изоляции. Так, например, во время плавания в одиночестве на плоту через Атлантический океан английский моряк В. Виллис рассказывает, что временами “как бы из пустоты” появлялись яркие образы матери и жены. “Говорили они,— пишет он,— совершенно отчетливо и спокойно, всегда по очереди. Я ясно различал выражение лица и позу говорящей”.
    С подобными необычными психическими состояниями сталкиваются и космонавты во время длительных полетов. В дневнике космонавта В. Н. Волкова мы находим следующую запись: “Слежу за приборами, иногда бросаю взгляд через иллюминаторы на летящую в темноте Землю. В шлемофонах характерное потрескивание эфира... Внизу летела земная ночь. И вдруг из этой ночи донесся лай собаки. Обыкновенной собаки, может, даже простой дворняжки. Показалось? Напряг весь свой слух... точно: лаяла собака... И потом... стал отчетливо слышен плач ребенка. И какие-то голоса. И снова — земной плач ребенка”.
    
Радисты наземных станций по управлению полетом, прослушивая эфир на этих же волнах, никакого лая собаки и плача ребенка не слышали.
    Появление эйдетических представлений в условиях сенсорного (чувственного) “голода” связано со сложной перестройкой динамики взаимоотношений первой и второй сигнальной систем, т. е. левого и правого полушарий. В данном случае они в какой-то мере компенсировали чувственные ощущения и поэтому расцениваются психологами как защитные реакции организма. Этот вывод подтверждается самонаблюдениями людей, находящихся в экстремальных условиях. Так, полярник В. Л. Лебедев пишет:
    “Одно из открытий, которое человек может сделать в Антарктике,— это открытие ценности воспоминаний. Воспоминания в жизни, надолго лишенной событий и впечатлений, обладают силой воздействия. Память, как горб верблюда, оказывается хранилищем пищи, в данном случае необходимой для поддержания высокого духа, яркие и приятные воспоминания тонизируют”.
    
Яркие эйдетические образы часто возникают у композиторов, художников, писателей.
    Французский композитор Ш. Гуно о своем творческом процессе рассказывал: “Я слышу пение моих героев с такой же ясностью, как и вижу окружающие меня предметы, и эта ясность повергает меня в род блаженства... Я провожу целые часы, слушая Ромео, или Джульетту, или француза Лоренцо, или другое действующее лицо, и верю, что я их целый час слушал”.
    , Английскому художнику Д. Рейнольдсу для создания портрета нужен был только один сеанс работы с оригиналом. В дальнейшем он работал по памяти. “Когда передо мной являлся оригинал,— объяснил он,— я рассматривал его внимательно в продолжении получаса, набрасывая время от времени его черты на полотно; более продолжительного сеанса мне не требовалось. Я убирал полотно и переходил к другому лицу. Когда я хотел продолжать первый портрет, я мысленно сажал этого человека на стул и видел его так ясно, как если бы он был передо мной в действительности; могу даже сказать, что форма и окраска были более резкими и живыми. Некоторое время я вглядывался в воображаемую фигуру и принимался ее рисовать; я прерывал свою работу, чтобы рассмотреть позу, совершенно так же, как если бы оригинал сидел передо мной, и всякий раз, как я бросал взгляд на стул, я видел человека”. Если кто-нибудь из посетителей студии случайно оказывался между пустым креслом и художником, то он обращался с просьбой отойти в сторону, чтобы не заслонять “натурщика”.
    Писатель И. А. Гончаров: “Лица не дают покоя, пристают, позируют в сценах, я слышу отрывки их разговоров, и мне часто казалось, прости господи, что это я не выдумываю, что все это носится в воздухе около меня, и мне только надо смотреть и вдумываться”.
    Хотелось бы особо отметить, что многие художники и писатели для активации творческого воображения и вызывания эйдетических образов прибегали к самоизоляции.
    П. И. Чайковский во время творческой работы нуждался в полном уединении и тишине. “В течение нескольких часов,— писал он,— я не должен видеть ни души и знать, что и меня никто не видит и не слышит”.
    Психолог Г. Я. Трошин в работе “Пушкин и психология творчества” ссылается на воспоминания близких поэта: “Смерть любил по ночам писать... Встанешь ночью, заглянешь в кабинет, а он сидит, пишет и устами бормочет, а то так перо возьмет в руки и ходит и опять бормочет. Утречком заснет и тогда уже долго спит”. Об этом же свидетельствует и сам поэт.

Мой голос для тебя и ласковый и томный.
Тревожит позднее молчанье ночи темной.
Близ ложа моего печальная свеча.
Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
Текут...

    О. Бальзак мог работать только ночью с наглухо занавешенными окнами: “Только к вечеру мозг обогащается полными мыслями. Все приходит в движение, начинается восхитительная и бешеная работа. Отсутствие зрительных впечатлений позволяет расти в сумерках всем чудовищным образам, родившимся за день. К ночи они становятся огромными и самостоятельными”.
    
Давайте вернемся к нашим испытуемым, которые в условиях сенсорной изоляции не только вырезали из дерева статуэтки, но и занимались литературным творчеством. Вот что рассказывает космонавт Г. Т. Береговой: “По графику мое личное время. Я стругаю ножом мягкую, податливую липу и думаю о своем будущем. Вместе со мной вторгается в космос и мое прошлое. Ведь именно оно привело меня в сурдокамеру, где я стругаю липу и веду бой с одиночеством, тишиной и сенсорным голодом. Может быть, именно сейчас самое время вспомнить его, вглядеться в себя,| чтобы знать, что берешь с собой, готовясь покинуть Землю... Может быть, в этом скрывалась еще одна из причин того, что, даже выстругивая в минуты досуга из куска липы “ЯК” (самолет, на котором воевал он.—В. Л.), я стремился осмыслить пройденный путь”. |
    
После полета Береговой опубликовал автобиографическую книгу “Угол атаки”, первую часть которой он назвал “10 дней и вся моя жизнь”. За 10 дней, проведенных в сурдокамере, он продумал этот основной раздел своих мемуаров.
    Когда испытуемые выходили из сурдокамеры, они с изумлением признавались, что совсем не подозревали у себя способностей к рисованию, литературному и поэтическому творчеству, что не ожидали такого желания выговориться, поразмыслить, поработать, как говорится, в новом жанре. Они отмечали также, что в процессе творчества у них исчезало эмоциональное напряжение и наступала своеобразная разрядка.
    Столь подробно мы остановили ваше внимание, читатель, на воздействии сенсорной недостаточности и одиночества на психику человека не случайно. С давних времен для “общения” с потусторонними силами мистики специально на длительное время уединялись в кельях, подземельях, скитах, пустынях и других местах. На основании вышесказанного можно было бы предположить, что у них тоже усиливается процесс воображения, и они, проникая в суть явлений, начинают творить, создавая духовные ценности. Но это оказалось не так. И вот почему.
    При длительном нахождении в условиях сенсорной недостаточности и одиночества эйдетические образы превращаются в галлюцинации, являющиеся признаком развития психического расстройства. Примером перехода эйдетического образа в галлюцинаторный может служить самонаблюдение английского моряка Слокома, который в конце прошлого века на яхте “Спрей” в одиночестве совершил кругосветное путешествие. Плавание длилось три года.
    Этот отважный моряк однажды, отравившись брынзой, не мог управлять яхтой. Он привязал штурвал, а сам лег спать в каюте. “Когда очнулся,— рассказывал Слоком,— сразу понял, что “Спрей” плывет в бушующем море. Выглянув наружу, я, к моему изумлению, обнаружил у штурвала высокого человека... Можно представить, каково было мое удивление! Одет он был как иностранный моряк, широкая красная шапка свисала петушиным гребнем над левым ухом, а лицо было обрамлено густыми черными бакенбардами. В любой части земного шара его приняли бы за пирата. Рассматривая его грозный облик, я позабыл о шторме и думал лишь о том, собирается ли чужеземец перерезать мне горло; он, кажется, угадал мои мысли. “Синьор,— сказал он, приподнимая шапку,— я не собираюсь причинить вам зло... Я вольный моряк из экипажа Колумба и ни в чем не грешен, кроме контрабанды. Я рулевой с “Пинты” (одно из судов Колумба.— В. Л.) и пришел вам помочь... Ложитесь, синьор капитан, я буду править вашим судном всю ночь”.
    
В условиях тишины, мрака и одиночества у отшельников и затворников — людей, религиозно настроенных, появляются зрительные и слуховые галлюцинации мистического содержания.
    Таким образом, при общности психофизиологических механизмов возникновения и методических приемов вызывания необычных психических состояний у художников и мистиков имеются и существенные отличия. Если эйдетические представления художников, управляемые творческим воображением, ведут к созданию духовных ценностей, отражающих события реального мира, то неуправляемые галлюцинаторные переживания религиозных фанатиков уводят людей от реальности, служа тем самым мракобесию, силам реакции.
    Что же касается работников кинофабрик, киностудий, фотоателье и других специалистов, которые долгое время находятся в условиях сенсорной недостаточности, то у них возникают эйдетические образы. Их можно расценивать как компенсаторные реакции в ответ на отсутствие световых, звуковых и других раздражителей.

УЛЫБКА ЧЕШИРСКОГО КОТА

    “Нередко со мной происходят странные явления. Когда я ложусь спать, то при свете ночника в постели с открытыми глазами начинаю видеть, как оживают рисунки на обоях. Они как бы выходят наружу, становятся объемными и даже шевелятся. В другой раз на обоях появляются разные рожицы, а иногда и чертики с рожками. Они скалят зубы, подмигивают, высовывают языки”.
    “Однажды утром я проснулась и в открытую дверь, ведущую в коридор, увидела отчетливо повешенным моего отца. Я страшно испугалась. Но оказалось, что это на вешалке висел его плащ. В другой раз, тоже утром, увидела, как из шифоньера вышел незнакомый мужчина. Не успела закричать от страха, как видение исчезло”.
Из писем читателей


    Необычные психические видения, о которых рассказывается в этих письмах, возникают в период засыпания или пробуждения. Эти видения называются гипнагогическими представлениями (гипнагогический — от греч. вызванный сном), которые появляются в дремотном состоянии. Сразу надо сказать, что гипнагогические представления бывают и мистического характера. Примером может служить рассказ верующей Н.: “В комнате полусвет-полутьма; влево от меня стоит совсем близко фигура, неплотная и телесная; шириной, как человеческая; закрыта черным сукном с пелериной, как с крыльями; головы и лица не видно. Чувствую, что меня охватил ужас, схватываю Евангелие и кресты — сатана не исчезает; читаю молитву — обет, встряхиваю головой, сатана исчез”.
    
Но вернемся к гипнагогическим представлениям, попытаемся объяснить причины их возникновения. У первого космонавта Юрия Гагарина при проведении различных исследований (в сурдо- и барокамерах, при парашютных прыжках и вращениях на центрифуге) была обнаружена высокоразвитая способность расслабляться даже в короткие паузы, отводимые для отдыха. Он мог заснуть, не успев донести головы до подушки, самостоятельно, как от толчка, проснуться в заданный срок и сразу же включиться в работу.
    В отличие от космонавта № 1 не все люди так быстро засыпают и пробуждаются. У них при засыпании объекты реальной действительности начинают все менее и менее отчетливо восприниматься, как бы растворяются, и человек погружается в сон. При пробуждении — наоборот. Сонные грезы еще задерживаются, и человек постепенно начинает воспринимать окружающий мир.
    Две формы пробуждения и засыпания можно сравнить с волшебной способностью Чеширского кота из сказки Льюиса Кэрролла “Алиса в стране чудес”. Помните, волшебный кот мог появляться и исчезать, когда ему вздумается. Иногда он делал это постепенно: исчезал плавно, и последнее, что оставалось от него, это была его улыбка, которая в виде “остаточного свечения” еще какое-то время “висела” в воздухе.
    В просоночном состоянии реальная действительность не просто исчезает, “растворяется”. Правда, еще какое-то время она доходит до сознания, но воспринимается уже извращенно, смешиваясь с сонными грезами. Этот переход детально описал Л. Н. Толстой в романе “Война и мир”.
    Пятнадцатилетний Петя Ростов находится в партизанском отряде Денисова. Он только что вернулся из разведки и дремлет, сидя на фуре. “...Ожиг, жиг, ожиг, жиг...— свистела натачиваемая сабля (казаком Лихачевым.— В. Л.). И вдруг Петя услышал стройный хор музыки, игравшей какой-то неизвестный, торжественный гимн... Музыка играла все слышнее и слышнее. Каждый инструмент, то похожий на скрипку, то на трубы — но лучше и чище, чем скрипка и трубы,— каждый инструмент играл свое и, не доиграв еще мотива, сливался с другим, начинавшим почти то же, и с третьим, и с четвертым, и все они сливались... то в торжественно-церковное, то в ярко-блестящее и победное”.
    
Музыкальные образы возникают сами собой. В этом смысле они похожи на сон. Но Петя еще не спит, он дремлет, и поэтому он еще может управлять течением образов. “Он попробовал руководить этим огромным хором инструментов. “Ну, тише, тише, замирайте теперь”. И звуки слушались его. “Ну, теперь полнее, веселее. Еще, еще радостнее”. И из неизвестной глубины поднимались усиливающиеся, торжественные звуки”.
    Именно в промежуточной фазе между бодрствованием и сном, а не во время сна можно наблюдать изолированные четкие восприятия, не сложившиеся еще в сновидения. Они не сопровождаются чувством чужеродности, навязчивости и не ведут к пробуждению. Обычно образы, возникающие в дремотных состояниях, из-за их скоротечности не запоминаются. Их можно регистрировать, выработав навыки самонаблюдения и постепенного “ступенчатообразного” засыпания и пробуждения. Вот одно из самонаблюдений психолога А. М. Халецкого, который посвятил несколько десятилетий изучению особенностей дремотного состояния сознания: “Стараюсь преодолеть сонливость, непрерывно наблюдая за ходом своих мыслей, за зрительными и слуховыми восприятиями. Как обычно, упускаю момент нарушения сознания. Восстанавливаю в памяти только что виденное. В светлом пятне, точно в облаке, появилась фигура, совершающая прыжок. В этот момент я знал, что фигура прыгает со стены или крыши третьего этажа. Само здание мысленно виделось под прыгающей фигурой. Хорошо помню, что видел здание, хотя взгляд не был на него направлен. Еще через 2 минуты вижу ноги мальчика в высоких чулках и шароварах желтого цвета (туловища не вижу). После сделанной записи вижу знакомую женщину, неподвижную, как портрет. Я исследую ее давление крови. На столе яблоко, то самое, что ел за полчаса до сна”.
    Появление гипнагогических представлений И. П. Павлов объяснял развивающимся торможением в клетках коры полушарий головного мозга при засыпании, которое нарушает обычное для состояния бодрствования соотношение сигнальных систем в пользу первой. Это проявляется в оживлении представлений (часто они достигают степени непосредственных впечатлений), в то время как в бодрствующем состоянии хранящиеся в памяти образы тормозятся второй сигнальной системой.
    При постепенном пробуждении сонное торможение “покидает” кору полушарий головного мозга, после чего появляется отчетливое восприятие окружающего мира и ясное понимание происходящего. В самонаблюдении психофизиолога Ф. П. Майорова, много лет изучающего сон и сновидения, можно отчетливо проследить этот процесс:
    “Проснулся рано утром и поразился тому, что в комнате около зеркального шкафа стоит какая-то девушка. При внимательном разглядывании объекта иллюзия моментально исчезла: на высоком стуле висели дамский жакет и шляпа, а ножки стула были приняты за ноги девушки”.
    
При насильственном пробуждении в просоночном состоянии может иллюзорно восприниматься человек, который будит спящего, или его голос. И опять откроем ; страницы романа Л. Н. Толстого: “Все соединилось?— сказал себе Пьер.— Нет, не соединить. Нельзя соединить! мысли, а сопрягать все эти мысли, вот что нужно! Да, сопрягать надо, сопрягать надо!” —с внутренним восторгом повторил себе Пьер, чувствуя, что этими словами выражается то, что он хочет выразить, и разрешается весь мучивший его вопрос.
    — Да, сопрягать надо, пора сопрягать.
    — Запрягать надо, пора запрягать, ваше сиятельство! Ваше сиятельство,— повторил какой-то голос,— запрягать надо, пора запрягать...”
Это уже был реальный голос кучера., который наслоился на сонную мысль Пьера при пробуждении.
    Герой романа Л. Толстого, вспоминая свои просоночные рассуждения, знал, что они были впечатлениями этого же дня, и в то же время был убежден, что кто-то вне его говорил ему о них. Никогда наяву, как ему казалось, он не мог так ясно выражать свои мысли.
    Для раскрытия механизмов просоночных состояний эвристическую роль сыграла запись биотоков мозга — электроэнцефалография, впервые примененная на людях в 1929 году австрийским психиатром Гансом Бергером. Выяснилось, что биотоки бодрствования резко отличаются от ритмов сна. А в 1937—1938 гг. английские ученые Лумис, Хорвей, Хабарт, Девис попытались систематизировать и описать электроэнцефалографические кривые сна. Надо отметить, что работа была настолько добротна, что за последние годы в их классификацию вносились лишь несущественные дополнения. Ученые выявили, что засыпание происходит как бы по ступенькам различных стадий сна /I — расслабленное бодрствование; II — дремота; III — сон средней глубины; IV — глубокий сон). Если в начальный момент засыпания (расслабленное бодрствование) преобладают колебания так называемого альфа-ритма (8—13 колебаний в секунду), то с углублением сна появляются колебания тета-ритма (4—7 колебаний в секунду) и дельта-ритма (0,5—3 колебания в секунду). За каждой картиной биопотенциалов мозга стоят реальные гипнотические фазы, о которых мы уже говорили. Пробуждение идет ступенчатообразно, только теперь в обратном порядке. Более подробно о стадиях сна можно прочитать в научно-популярной книге советского профессора А. М. Вейна “Бодрствование и сон”.
    Скорость спуска и подъема по этим ступенькам зависит как от индивидуальных особенностей человека (темперамент и др.), так и от различных внешних причин. Так, например, когда увеличивается время пребывания в условиях сенсорной изоляции, ритм сна — бодрствования нарушается, что приводит к “застреванию” той или другой гипнотической фазы на какой-либо из ступенек.
    Здесь необходимо сказать, что при развитии гипнотических фаз могут появляться гипнагогические представления, которые, как правило, бывают скоротечны и человеком забываются. При нарушениях же процесса засыпания они как бы попадают “в поле внимания” и оставляют глубокий след в памяти. Для иллюстрации приведем выдержки из дневников двух испытуемых, проходивших исследование в условиях сурдокамеры.
    Испытуемый Б.: “Только начал “проваливаться” в бездну сна — вновь эта музыка. Теперь я более внимательно начал прислушиваться к ней. Это была какая-то заунывная, довольно приятная мелодия, очень похожая на японскую музыку, которая то уходила на очень высокие ноты, то опускалась на самые низкие. Причем ее характер был какой-то неземной; она походила на ту музыку, которую сейчас воспринимают как космическую, или же ту, которую представляют в виде красок и изменения гаммы цветов... В следующий раз (через день или два) эти слуховые галлюцинации я нашел схожими с органной музыкой в помещении с хорошей акустикой... Мелодия была торжественная и очень, очень близкая моему сердцу. В следующий раз у меня в органную музыку влились голоса хора мальчиков — мелодичные, высокие, переходящие даже на пискливые тона. Честно говоря, я не очень люблю голоса мальчиков, а выступление хора Свешникова у меня всегда ассоциируется с чем-то неполноценным. А тут музыка вызвала у меня довольно положительные эмоции, хотелось ее все время слушать, слушать и слушать... Но сон, вероятнее всего, прервал это наслаждение...”
    
Испытуемый Т.: “Уже целый месяц я слышу в нашей абсолютно звуконепроницаемой камере по ночам, в полной тишине, голоса, музыку, пение Козловского, хор, визг, завывание, возню животных в вентиляционной трубе... Я лежал с открытыми глазами, стараясь отогнать звуковые привидения,— ничего не получилось”. Такие необычные психические состояния, возникшие у испытуемых при переходе от бодрствования ко сну, и были обусловлены “застреванием” парадоксальной и ультрапарадоксальной гипнотических фаз. То, что музыкальные образы развились на фоне указанных гипнотических фаз, подтверждалось не только записями биопотенциалов мозга, но и характером гипнагогических представлений.
    В обычных условиях органная музыка и хор мальчиков у испытуемого вызывали только отрицательные эмоции. Появление их в период засыпания говорит об оживлении “нежелательных”, заторможенных, но становящихся парадоксально приятными музыкальными образами. О развитии ультрапарадоксальной фазы в период засыпания наиболее отчетливо говорит следующая запись В.: “Но вернусь к моему сну. Эти странные явления со слуховыми галлюцинациями (иначе я не могу назвать) продолжаются по-прежнему. Вот вчера, засыпая, я опять услышал органную музыку на тему русских народных песен в такой фантастической вариации, что просто поразительно, как можно выдумать такие музыкальные образы. Затем все это перешло в траурную песню... В конце в музыку влились голоса мальчиков, и на душе стало так блаженно, что просто диву даешься. И это от такой-то песни!!! Вот же чертовщина какая напала на меня”.
    
Несмотря на то, что эти представления были непроизвольны, мы относим их к гипнагогическим, так как они вызвали у испытуемых критическое отношение.
    В большинстве случаев галлюцинации возникают при нервно-психических заболеваниях. Но они могут появляться и у здоровых людей при выраженной тревожности и других эмоциональных состояниях. Их можно вызвать и специальными приемами. Одним из них является лишение сна.
    Лишение сна в наши дни используется наиболее реакционными режимами ряда государств как средство получить сведения у политзаключенных, а также для того, чтобы сломить их психику. Вот что рассказал член ЦК Португальской коммунистической партии Педро Соариш, когда он вышел на свободу после свержения фашистского режима: “Меня беспрерывно мучили тем, что не давали спать. Охраняемый агентами, я не мог ни днем, ни ночью сомкнуть глаз. Комната была залита убийственно ярким электрическим светом. При малейшей попытке заснуть или задремать мои сторожа стучали ящиком стола или швыряли на пол пепельницу. На третьи сутки я стал ощущать первые результаты длительной бессонницы, хотя и не терял еще над собой контроль. Мне стало казаться, что на полу стали появляться трещины и темные пятна, что туч и там летают насекомые. Фигуры охранников я видел как бы сквозь стекло, которое резко уменьшало их размеры. Мне чудилось, что из соседних комнат до меня доносятся крики других заключенных. Какие-то шаги и шум, сопровождающие истязание”.
    
Воздействие лишения сна на психическое состояние человека изучалось и учеными в различных лабораториях многих стран мира. В нашей стране для выяснения сохранения работоспособности человека в аварийных ситуациях лишение сна изучалось О. Н. Кузнецовым в сочетании с одиночеством и тишиной при длительном пребывании в сурдокамере. Одиночество в сурдокамере и лишение сна взаимно потенциировались и довольно быстро вызывали гипнагогпческие галлюцинации даже у прошедших специальный отбор молодых людей. Вот как описывает это состояние испытуемый Г., участвовавший в опытах по лишению сна продолжительностью 74 часа: “В конце режима непрерывной деятельности я обнаружил такую способность. Сел я в кресло, в углу шумит вентилятор... и мне почудилось, что я услыхал какую-то нотку. Нотка эта сразу как-то ассоциировалась с песней “Горизонт-горизонт”. По сути дела, там шум какой-то, а я в этом шуме начал прослушивать песню “Горизонт”... Вот так же мне показалось, что я через вентилятор слышу, как тихонько играет приемник...”
    
Если мы присмотримся к деятельности мистиков, то увидим, что для вызывания галлюцинаторных переживаний мистического характера они нередко используют бессонницу. Для этого они прибегают к изнурительным молитвам в ночное время. В состоянии измененного бессонницей сознания они умело в проповедях и других формах вводят нужную для них информацию, которая воспринимается без критического анализа.
ДЖИННЫ, ВЫРВАВШИЕСЯ ИЗ-ПОД КОНТРОЛЯ


    У человека функционирует большое количество врожденных физиологических автоматизмов, регулирующих ритм сердца, дыхания, кровяное давление, содержание сахара в крови, температуру тела, реакцию зрачков на свет и т. д. Трудно себе даже представить, что бы произошло, если бы на одну минуту перестали у человека функционировать автоматизмы. В медицине известен синдром "Проклятие Ундины", встречающийся при нарушении работы дыхательного центра. В основу названия положена легенда, согласно которой водяная фея Ундина, обманутая мужем, лишает его всех автоматических функций. Теперь он должен был постоянно помнить, что ему нужно дышать, держать в поле внимания акт ходьбы, все действия руками и т. д. Заснув, он умирает, так как перестает управлять волевыми усилиями дыхательным центром и другими жизненно важными функциями.
    В человеческом организме огромное количество не только физиологических, но и психических автоматизмов, которые при определенных обстоятельствах порождают необычные психические состояния. С давних времен мистики использовали их для доказательства существования духов, потустороннего мира. В этой главе мы постараемся раскрыть истинную сущность психических автоматизмов и идеомоторных актов.

ЗАВЕДЕННАЯ КУКЛА


    
"В нашем автопарке работал шофер первого класса Серов, который рассказывал нам, что он участвует в научном эксперименте по передаче мыслей на расстояние. С помощью какой-то аппаратуры ему прямо в мозг давали слова. Он слышал их и мысленно отвечал. Мы считали, что он просто разыгрывает нас. В июле он совершил аварию. При расследовании причину аварии он объяснил так. Когда он выехал на трассу, то научный центр включил аппаратуру и приказал ему ехать на предельно возможной скорости. Он не мог не подчиниться этому приказу и на повороте не справился с управлением. Его уволили. Главный механик говорит, что это его выдумка, что такой аппаратуры нет. Если такой аппаратуры нет, то кто же тогда командовал его действиями?"

Из письма читателей



    Состояние, о котором пишут водители, относится именно к психическому автоматизму. Проявление его впервые описал выдающийся русский психиатр В. X. Кандинский в конце прошлого века: "Вдруг Долин чувствует, что язык его начинает действовать не только помимо его воли, но даже наперекор ей, вслух и притом очень быстро, выбалтывает то, что никоим образом не должно было бы высказываться, В первый момент больного поразил изумлением и страхом лишь самый факт такого необыкновенного явления: вдруг с полной осознанностью почувствовал в себе заведенную куклу - само по себе довольно неприятно. Но разобрав смысл того, что начал болтать его язык, больной поразился еще большим ужасом, ибо оказалось, что он Долин, открыто признавался в тяжких государственных преступлениях, между прочим возводя на себя замыслы которых он никогда не имел. Тем не менее воля оказалась бессильною задержать внезапно появившуюся автономию языка..."
    Появление "внутри головы" приказывающих голосов при развитии психических заболеваний, которые сопровождаются утратой воли, нередко интерпретируется людьми как воздействие на них либо "великих гипнотизеров" либо экспериментов с помощью какой-то "электронной аппаратуры".
    Психический автоматизм, возникающий в границах религиозного сознания, может восприниматься как божественное провидение.
    Так, больной Г. в период заболевания рассказывал, что постоянно слышит внутри головы "голос бога". Этот "голос" полностью владеет его мыслями и настроением, "руководит его поступками". Он отчетливо различает свои "собственные" мысли и те, которые "идут от бога". Они открывают ему "новые законы", сообщают о "космических тайнах". Больная П. в своих бредовых высказываниях утверждала, что все ее движения и мысли используются людьми другой веры и ей навязывают чужое вероисповедание.
    Психический автоматизм возникает не только при психических заболеваниях, но и у здоровых людей в периоды умственного и физического напряжения, духовного подъема. У людей творческого труда они могут появляться в состоянии вдохновения. Так, русский писателей Д. В. Григорович писал: "Пробужденная творческая способность настолько могущественнее воли писателя, что во время ее прилива пишется точно под чью-то настоятельную диктовку". Болгарский поэт П. Яворов рассказывает: "Доходишь до чувства механического творчества... Своеобразный спиритизм... Кто-то мне шепчет, диктует это, до такой степени, что испытываешь мучение, недовольство в том смысле, что твоя работа как будто не тебе принадлежит, что ты только аппарат для написания ее..." Французский драматург Франсуа де Кюрель во время работы над пьесами испытывал такое чувство, будто воображаемые герои водили его пером. "Порой мне кажется, что рука у меня пишет сама по себе, независимо от головы,- признавался Вальтер Скотт.- Иногда меня подмывает выпустить перо из пальцев, чтобы проверить, не начнет ли оно и помимо моей головы писать так же бойко, как и с ее помощью".
    В ряде случаев при развитии психического автоматизма появляются зрительные представления, спроецированные вовне. Так, во время работы над одним из произведений в 1889 г. Мопассан при свечах сидел за письменным столом. Вдруг дверь кабинета отворилась, в комнату вошел его двойник, сел напротив и, опустив голову на руку, стал диктовать текст произведения. Мопассан писал под диктовку. Когда он закончил и поднялся, видение исчезло.
    Французский писатель-романтик Альфред де Виньи считает, что поэт присутствует как посторонний при том, что происходит в нем,- непредвиденное, божественное. Но именно тогда и создает настоящее произведение искусства, "когда он слышит таинственный голос. Он должен его ждать. Никакое другое влияние не должно ему диктовать слова, они будут недолговечны".
    Такого же мнения придерживается американский писатель У. Фолкнер: "Я прислушиваюсь к голосам, и когда я записываю, что мне говорят голоса, получается как надо. Иногда мне не нравится то, что я от них слышу, но я ничего не меняю".
    Из приведенных свидетельств видно, что в состоянии вдохновения поэтам и писателям кажется, что их творения порождаются не ими самими, а кем-то, как бы вселившимся в них и существующим самостоятельно. Им представляется, что они становятся орудиями каких-то сил, и собственную инициативу в этом случае они, как правило, не осознают.
    При анализе высказываний ряда художников и поэтов часто можно видеть, как они, не в состоянии объяснить природу психического автоматизма в процессе творчества, склоняются то к наивному, то к философскому мистицизму. "Всякая продуктивность высшего порядка,- говорил великий Гете,- всякая значительная идея, всякое изобретение, всякая крупная мысль, приносящая плоды и имеющая длительный результат,- все это не подвластно, все это не признает ничьей власти па земле. Такие явления человек должен рассматривать как неожиданные подарки свыше, как чистых детей божьих, которые ему надлежит принять с радостной благодарностью и чтить. Здесь есть нечто родственное демоническому, которое полновластно овладевает человеком и делает с ним все, что угодно, и которому он отдается бессознательно, воображая, что поступает по собственным побуждениям".
    Все вышесказанное свидетельствует о том, что во время работы автоматизируются и мыслительные процессы, протекающие подсознательно. Особенно отчетливо они проявляются у людей, которые способны в уме фантастически быстро производить математические операции: множить, делить, возводить в степень, извлекать корни. В литературе описаны случаи, когда феноменальные вычислители соревновались со счетно-решающими машинами второго и даже третьего поколения. Несмотря на то, что эти люди считают очень быстро и правильно, они не знают и не понимают, по каким законам вычисляют, и дают довольно странное объяснение. Например, вычислителю Иногда казалось, будто вместо него считает чей-то голос, и пока этот внутренний голос "делал" вычисления, сам он либо продолжал разговаривать с собеседником, либо производил более легкие подсчеты.
    Можно привести еще пример, подтверждающий, что мыслительные процессы автоматизируются.
    Психоневрологи У. Пенфильд и X. Джасперс проводили наблюдение за создателем теории относительности А. Эйнштейном. Во время снятия электроэнцефалограммы у него регистрировался отчетливый альфа-ритм, отражающий состояние пассивного "бодрствования". Внезапно альфа-ритм исчез, а сам физик стал беспокойным. Когда его спросили, случилось ли что-нибудь неприятное, он ответил, что нашел ошибку в расчетах, сделанных накануне. Оказалось, что во время электроэнцефалографического исследования мозг ученого производил довольно сложные и запутанные математические операции, которые выполнялись автоматически и не осознавались им.
    Что же все-таки лежит в основе психического автоматизма вообще?
    Процесс обучения ходьбе осуществляется в раннем детстве. Правда, довольно быстро ребенок овладевает им и потом двигается свободно, не размышляя о каждом шаге. Когда мы учились читать и писать, то каждую букву держали в поле внимания, сознательно складывая из них слова. В дальнейшем процесс чтения и писания становился автоматическим. Наиболее отчетливо образование психического автоматизма и "погружение" его в подсознание мы можем проследить при овладении человеком каким-либо навыком уже во взрослом состоянии.
    Динамику этого процесса очень точно описал Л. Н. Толстой в романе "Анна Каренина" в эпизоде, когда Левин решил косить сено вместе с крестьянами: "Чем долее Левин косил, тем чаще и чаще он чувствовал минуты забытья, при котором уже не руки махали косой, а сама коса двигала за собой все сознающее себя, полное жизни тело, и, как бы по волшебству, без мысли о ней, работа правильная и отчетливая делалась сама собой. Это были самые блаженные минуты. Трудно было только тогда, когда надо было прекращать это сделавшееся бессознательным движение и думать, когда надо было окашивать кочку или невыполонный щавельник".
    Теперь постараемся объяснить процесс автоматизации мышления. В проведенных нами примерах с писателями, поэтами, математиками происходит "расщепление" психической деятельности, то есть нарушается функционирование самосознания.
    В обычном состоянии все своп поступки, чувства, мысли человек относит к самосознанию, самовыражению собственного "я", являющемуся иерархической вершиной в развитии психического аппарата. "Я" наблюдает, видит, чувствует и т. п. Образ вещи принадлежит "Я", но сам образ не есть "Я". Мы объективно осознаем его (образ) как нечто, существующее вне нас и находящееся перед нами, эмоционально переживаем свое отношение к нему.
    Основу чувства самого себя образуют: определенный жизненный тонус и многочисленные (часто не поддающиеся контролю сознания) органические ощущения, а также вызываемые ими переживания. "Из детского самочувствия,- писал И. М. Сеченов,- родится в зрелом возрасте самосознание, дающее человеку возможность относиться к актам собственного сознания критически, т, е. отделять все свое внутреннее от всего приходящего извне, анализировать его и сопоставлять (сравнивать) с внешним, словом, изучать акт собственного сознания".
    Физиологически функционирование самосознания обеспечивается скоординированной, цельной деятельностью многочисленных систем мозга вокруг единого доминантного очага, который и обеспечивает переживание актуального "Я". При определенных обстоятельствах эта цельная, динамически подвижная и скоординированная система может "распадаться, расщепляться" на подсистемы со своими доминантными центрами. Тогда каждая подсистема начинает автономно существовать, навязчиво (инертно) продуцируя мысли, слова и образы. Герой рассказа Л. Н. Толстого "После бала" это состояние объясняет так: "Всю дорогу в ушах у меня то била барабанная дробь и свистела флейта, то слышались слова: "Братцы, помилосердствуйте", то я слышал самоуверенный, гневный голос полковника, кричащего: "Будешь мазать? будешь?" Конечно, это еще не полное расщепление психики, а легкая форма навязчивости, с которой каждый из нас встречался. Но каждый также по собственному опыту знает, как иногда бывает трудно избавиться от навязавшегося мотива и слов какой-либо песенки, которую вы какое-то время вынуждены напевать про себя. Иногда степень навязчивости проявляется настолько выражение, что люди вынуждены бороться с ней. Бетховен, например, когда музыкальные образы заявляли о себе с большой настойчивостью, прибегал к ушату с холодной водой, чтобы освободиться от мучительного для него состояния.
    Дезорганизовать, расщепить цельность психической деятельности могут не только патологические процессы, вызванные заболеваниями, но и целый ряд других факторов. К одному из них можно отнести резкое изменение и извращение нервных импульсов (афферентации) со стороны рецепторов мышц, вестибулярного аппарата и других органов. При первых полетах на самолетах с воспроизведением кратковременной невесомости человек именно сталкивается с измененной афферентацией, у него также нарушается восприятие собственного тела и актуального "Я".
    В наших экспериментах с воспроизведением невесомости на самолетах один из испытуемых, врач по профессии, о своих ощущениях рассказал: "В начале воздействия невесомости в первой горке почувствовал какую-то неестественность. Казалось, что руки стали удлиняться и увеличиваться в размерах. Четко понимал, что руки не могут увеличиваться, но эта иллюзия держалась на протяжении воздействия в первой горке". Аналогичные феномены имели место и во время космических полетов. Румынский космонавт Д. Прунарию рассказывал: "Мне на орбите сначала показалось, что голова отделилась от туловища. Потом все стало на свое место".
    
В этих самонаблюдениях четко прослеживается нарушение восприятия "схемы тела", под которой в психологии понимается отражение в сознании основных свойств и способов функционирования как отдельных частей нашего тела, так и тела в его цельности.
    Иллюстрацией нарушения единства "Я" может служить следующее наблюдение. "В первой горке при наступлении невесомости,- рассказывал испытуемый Н.,- возникло чувство проваливания, которое длилось секунд пять. А затем появилось необычное ощущение. Стало казаться, что это не я сижу в кресле, пристегнувшись ремнями, а кто-то другой. "Он" выполняет пробу на координографе, а я только наблюдаю за ним. Я понимал, что так не может быть, но тем не менее до конца режима это ощущение продолжало оставаться". В приведенном примере испытуемому казалось, что его действия совершаются не им, а кем-то другим (то есть утрачивается единство собственного "Я"). Психический автоматизм может появляться также при астенизации (истощении) нервной системы в условиях изоляции, когда в коре полушарий головного мозга начинают появляться гипнотические фазы. Примером может служить самонаблюдение М. Сифра, сделанное во время пребывания в пещере. В своей книге-отчете он пишет: "Ощущение было неуловимое, неприятное и до какой-то степени ошеломляющее. Словно ты раздвоился и потерял контроль над своим "Я"... Я что-то делал и одновременно видел, как бы со стороны, что я, другой, делаю. Два "Я" в одном теле. Мне казалось это диким, бессмысленным, тем более что разум мой был еще острый и ясный, и я сознавал, что сижу под землей на глубине 130 .метров. Непреодолимое желание физически утвердить свое "Я" охватило меня".
    
"Расщепить" психическую деятельность и вызвать высвобождение психических авгоматизмов может и длительная бессонница. У испытуемого А. в эксперименте О. Н. Кузнецова с лишением сна до 74 часов в условиях сурдокамеры на 67-м часу бессонницы появилось непонятное и незнакомое ему чувство раздвоенности, отчужденности и насильственности выполняемой им работы. "С одной стороны,- рассказывал он после эксперимента,- мне было безразлично, что я делаю, с другой, мне казалось, что я для другого кого-то делаю. Как будто не я сам, а какая-то сила заставляет меня это делать. Как будто кто-то мне говорит: "Выполняй", и я работаю. А потом я говорю ему: "Зачем тебе все это надо? Давай заканчивай".
    В данном случае у человека произошло "расщепление" психической деятельности, которое вызвало переживание утраты единства "Я" и иллюзию, что кто-то командует его действиями.
    В отличие от психических нарушений при заболеваниях, а также возникающих у мистиков в результате определенных приемов чувство раздвоенности у всех наших испытуемых не сопровождалось нарушениями в поведении и бредовой интерпретацией. Логически рассуждая, они правильно оценивали свое состояние, не преодолевая при этом, однако, иллюзорность самовосприятия и эмоциональную тягостность. Но испытуемые были на том рубеже, при переходе через который человек теряет критичность и начинает действовать по приказу чьих-то голосов.
    В мистических сектах для вызывания необычных психических состояний, возникающих в результате дезинтеграции, расщепления психической деятельности, чаще всего прибегают к длительным постам, изоляции, к ночным богослужениям и т. д. В сектах для этой цели применяются, говоря современным языком, интенсивные методы. Примером могут служить радения в сектах хлыстов ("божьих людей").
    Радения, как правило, происходят по ночам. Верующие переодеваются в длинные белые рубахи. В руки берут полотенца и зеленые ветки ("пальмы"). Радение начинается с молитв, чтения "священных книг", пения религиозных песен. Затем все встают и медленно в такт пению начинают ходить друг за другом, образуя круг. Дальнейшее описание обряда нами заимствовано из романа "На горах" П. И. Мельникова (А. Печерского): "Живее и живее напев, быстрее и быстрее вертятся в кругах. Не различить лица кружащихся. Радельные рубахи с широкими подолами раздуваются и кажутся белыми колоколами, а над ним я веют полотенца и пальмы... Быстрей и быстрей кружатся. Дикие крики, дикий визг, неистовые вопли и стенания, топот ногами, хлопанье руками, шум подолов радельных рубах, нестройные песни сливаются в один зычный потрясающий рев... Все дрожит, у всех глаза блестят, лица горят, у иных волосы становятся дыбом, то один, то другой восклицает:
- Ай дух! Ай дух! Царь дух! Бог дух!
- Накати, накати,- визгливо вопят другие.
- Ой ева! Ой ева!- хриплыми голосами и задыхаясь, исступленно, в диком порыве восклицают третьи.
- Благодать! Благодать!- одни с рыданиями и стопами, другие с безумным хохотом голосят во всю мочь вертящиеся женщины..."
    Приостановимся в описании радения и посмотрим на происходящее с точки зрения психологии. Перед глазами человека при плохом освещении мелькают люди в необычных нарядах. На слух действуют резкие, редко встречающиеся в обычных условиях звуки. Измененная афферентация приходит в мозг от непрерывно работающих мышц. Вестибулярный аппарат во время вращения посылает в мозг также нервные импульсы. Мозг непрерывно бомбардируется болевыми ощущениями от ударов "пальмами" по телу и рукам. Все это происходит в состоянии бессонницы. И как результат чрезмерного перевозбуждения - рассогласование, нарушение психической деятельности.
    Дезинтеграция психики проявляется в том, что кто-либо из радеющих впадает в корчи и судороги. Он начинает "слышать" голоса и "видеть" святых и другие видения. Срываясь с голоса, против своей воли выкрикивает слова и фразы, которые остальными сектантами воспринимаются как речения "святого духа", его пророчества. Эти высвободившиеся из-под контроля сознания психические автоматизмы хлысты считают проявлением "божественной благодати" и называют их "хождение в слове". Вокруг того, в кого вселился "святой дух", собираются все остальные и начинают восклицать: "Эка милость благодать, стали духом обладать!" "Дух, святой дух накатил!"
    Безусловно, когда автоматизмы выходят из-под контроля сознания мистически настроенного человека, то ему кажется, что он "избранник" потусторонних сил, которые управляют им и диктуют ему свою "высшую" волю. Именно в этом состоянии люди совершают нелепые поступки, как, например, шофер Серов, а порой и тяжкие преступления. Вот почему вырвавшиеся из-под контроля сознания психические автоматизмы можно сравнить со сказочные джинном, чье поведение стало носить неуправляемый характер, как только его выпустили из найденной бутылки.


О "БЕСООДЕРЖИМОСТИ"


    
"На пасху из любопытства мы, несколько студентов, пошли в церковь на вечное богослужение. Во время молебна одна из женщин упала, у нее начались судороги. Она истошно кричала и нецензурно ругала бога, богородицу и других святых. Верующие говорили, что в нее вселился бес, который не выдержал молитвенного пения и взбунтовался. Потом об этом случае пошли разные слухи. И сейчас рассказывают разные небылицы. Нам интересно, как психологическая наука объясняет подобное состояние".

Из письма читателей


    Сразу же следует сказать, что случаи "бесоодержимости" в нашей стране в настоящее время встречаются чрезвычайно редко. Однако если заглянуть в историю религии, то там можно найти множество аналогичных примеров. Возьмем для начала "священное писание" - Библию. В Ветхом завете рассказывается, как дьявол вошел в царя Саула и сделал его безумным. В Евангелии от Матфея говорится: "Когда же настал вечер, к нему (Христу.- В. Л.) привели много бесноватых, и он изгнал духов словом своим и исцелил всех больных". В Евангелии от Марка пишется: "В синагоге их был человек, одержимый духом нечистым, и вскричал (дух.- В. Л.}... Но Иисус запретил ему, говоря: замолчи и выйди из него. Тогда дух нечистый, сотрясши его и вскричав громким голосом, вышел из него".
    В эпоху средневековья "бесоодержимость" принимала характер психических эпидемий. Типичным примером может служить эпидемия "бесоодержимости" в монастыре урсулинок в Луэнде, описанная в руководстве по психиатрии профессором В. П. Осиповым. Настоятельнице монастыря аристократке Жанне де Белфил начал являться по ночам призрак покойного приора монастыря. Он беспокоил ее нехорошими словами и бесстыдными ласками. После того как настоятельница рассказала об этом другим "сестрам", бесоодержимость приняла массовый характер. Экстаз эротического характера овладевал монахинями ночью и днем, причем они блаженно говорили о браках с ангелами и демонами. Их охватывали страшные конвульсии, во время которых они извивались и корчились, сгибаясь дугою, прикасаясь пятками к затылку, кричали на разные голоса, "бегали собаками, порхали птицами, карабкались кошками". Называли демонов, ими владевших, выкрикивали имена лиц, которые якобы напустили на них нечистых духов. Церковники изгоняли бесов заклинаниями. Осипов приводит извлечение из книги преподобного отца Иосифа об этой процедуре: "В день поклонения Волхвов (сочельник) демоны стали терзать игуменью (монастыря урсулинок.-5. Л.). Лицо ее посинело, и глаза уставились в изображение лика богородицы. Был уже поздний час, но отец Сюрен решился прибегнуть к усиленным заклинаниям, чтобы заставить пасть демонов в страхе перед тем, кому поклонялись волхвы. С этой целью он ввел одержимую в часовню, где она произнесла массу богохульств, пытаясь бить присутствующих... Затем он приказал привязать одержимую к скамье и после нескольких воззваний повелел демону Исаакаруму пасть ниц и поклониться младенцу Иисусу; демон отказался выполнить это требование, изрыгая страшные проклятия... Были сделаны еще новые попытки, чтобы заставить демона покаяться Иисусу... перед божьей матерью, во время которых у игуменьи появились столь страшные конвульсии, что пришлось отвязать ее от скамьи... Исаакарум, повергая ее на землю, воскликнул: "Да будет проклята Мария и плод, который она носила!" Заклинатель потребовал, чтобы он немедленно покаялся перед богородицей в своих богохульствах; но, извиваясь по земле, как змей, и облизывая пол часовни, он все отказывался..."
    В 1487 году двумя немецкими монахами Генрихом Инститорйсом и Яковом Шпренгером была издана книга "Молот ведьм", которая сыграла в истории человечества страшную роль. М. Горький писал, что "это самая позорная их всех гнусных книг, когда-либо написанных...". В этой книге на 200 страницах повествуется о нравах дьяволов, которые, вступая в интимные связи с ведьмами, "насылают" на людей и домашних животных болезни, град, засухи и другие бедствия. Особенно поражает фанатическая ненависть авторов к женщине. По утверждению этих инквизиторов женщина "скверна по своей природе", у нее недостаток разума, "из-за ненасытности женщин к плотским наслаждениям они вступают в любовные связи с дьяволами", принося вред остальным людям.
    В "Молоте ведьм" приводятся подробные описания пыток и доказывается право инквизиции преследовать и убивать заподозренных в сношениях с дьяволом. Но так как население Германии на первых порах оказывало сопротивление палачам-инквизиторам в их "богоугодной деятельности", то папа Иннокентий VIII издал знаменитую буллу (папское послание), в которой призывал к самой энергичной и беспощадной борьбе с людьми, "связанными" с нечистой силой. В этом документе он рекомендовал строго относиться к бесоодержимым и колдуньям, не придерживаться юридических форм. Простого подозрения в сношениях с дьяволом достаточно для оправдания ареста. Приговор может быть справедливым, если даже нет никаких улик и доказательств. Так, например, одна "колдунья" под пытками созналась в том, что вырыла недавно погребенного ребенка и съела его. Муж осужденной потребовал проверки фактов. В разрытой для этого могиле нашли труп ребенка в полной неприкосновенности. Но судья объявил, что вырытый труп - простая иллюзия, произведенная хитростью демона, и женщину сожгли заживо.
    Пытки инквизиции отличались разнообразием и виртуозной жестокостью. При применений "испанских сапог" ноги пытаемых помещались между двумя досками. Затем начинали загоняться клинья до раздробления костей. При пытке на "кобыле" пытаемого усаживали на острую грань специально обтесанного бревна, а к ногам привязывали гири, шею охватывали железным ошейником с шипами внутри и постепенно сжимали его, "поджаривая" ноги жертвы огнем, и т. д. Понятно, что под пытками люди не только признавались в сношениях с дьяволом, но и оговаривали других лиц, о которых вспоминали в данный момент. После этих страшных мук людей сжигали на кострах. Трудно сказать, сколько людей погибло в "священных кострах" церкви. По некоторым источникам, количество жертв превышает 10 миллионов человек (Цит. по кн.; Шейнман М. И. Вера в дьявола в истории). Если учесть, что плотность населения в средневековой Европе была низкой, то цифра выглядит очень внушительной. В основном сжигались женщины. Нередко сжигались и дети, как рожденные якобы от связей ведьм с чертями.
    Вот как характеризует эту эпоху французский просветитель Вольтер: "По всей Франции стоял стон от мучений, которым судьи подвергали во время пыток... девушек, чтобы заставить их сознаться, будто они спали с сатаной и сатана при этом имел образ козла. Все подробности свиданий этого козла с девицами фиксировались в судебных процессах этих несчастных. В результате их сжигали, безразлично, сознавались они или отпирались, и Франция была одной обширной ареной узаконенных убийств".
    Крупнейшим преступлением "святой" инквизиции перед историей явилось преследование и физическое уничтожение целого ряда выдающихся ученых как еретиков, которые своими открытиями положили начало революционному наступлению науки на религию.
    Многие историки религии задавались вопросом: почему инквизиция, созданная церковью для борьбы с вероотступниками (еретиками), свой основной удар в XV- XVI веках перенесла на женщин, обвиняя их в ведовстве, связях с нечистой силой и т. д.?
    Одна из причин - отношение церкви к женщине как существу низшему, наделенному всеми пороками. Достаточно вспомнить библейскую легенду о Еве, в которой говорится, что она была создана из ребра Адама.
    Вторая - психологическая. Обоснование этого положения можно найти в работе классика психиатрии П. Б. Ганнушкина "Сладострастие, жестокость и религия", которая из-за запрета царской цензуры не могла выйти в России и была опубликована во Франции в 1901 году. Лишь после революции она была напечатана в нашей стране. "Три чувства,- писал он,- совершенно различные на первый взгляд - злоба, сексуальная любовь и религиозное чувство,- если опираться на множество фактов и соображений, находятся друг к другу в большой близости; тогда, когда возрастает их интенсивность, и в особенности, когда злость трансформируется в жестокость, в свирепость, сексуальная любовь в сладострастие и религиозное чувство в фанатизм или в мистицизм,- тогда эти чувства совпадают или смешиваются без заметных границ..."
    В Евангелии встречается множество мыслей, указывающих на связь сексуальных переживаний с религиозным экстазом, в частности в Послании к эфесянам (гл. 5, ст. 31- 32), в Первом послании к коринфянам (гл. 6, ст. 15-17), в Послании Иуды (гл. 1, ст. 4) и т. д.
    В католической церкви в отличие от православной все духовенство обречено на безбрачие. При борьбе аскета с "плотью" подавляемое влечение порождало представления, которые с навязчивой силой обуревали сознание и приводили к душевной борьбе, истязавшей подвижников. Эти яркие представления, спроецированные вовне, получали такую интенсивность, что воспринимались как нечто навязанное какой-то внешней силой, как и "искушение дьявола". Именно в этом кроется причина того, что многие страницы в житиях святых занимают рассказы о том, как дьявол в образе молодых женщин совращает монахов, отшельников и затворников.
    Неудовлетворенная сексуальная потребность может трансформироваться не только в религиозное чувство, но и в садизм - половое извращение, характеризующееся страстью к жестокостям, мучительству, к получению наслаждения от созерцания чужих страданий. Термин "садизм" вошел в обиходную речь от имени французского писателя маркиза де Сада, страдавшего этой формой полового извращения.
    Среди средневековых инквизиторов было большое количество садистов в точном психиатрическом смысле, получавших сладострастное удовлетворение при изуверских пытках женщин.
    Но стоит ли вспоминать историю? Возможно, все это кануло в Лету и человечество избавилось от ужасов средневековья? Увы, еще не совсем.
    В капиталистических странах до сих пор производят изгнание бесов. В подтверждение сказанного обратимся к фактам, о которых сообщала зарубежная пресса. Так, в феврале 1974 года в городке Дейли-Сити (США) местный священник Карл Пэтцельд изгонял бесов, "вселившихся" в семью, состоящую из мужа, жены и двухлетнего ребенка. В 1975 году святоши из "Христианского братства" местечка Хэйверкрофт (Англия) с двумя священниками Винсентом и Смитом связали веревками некоего Майкла Тейлора и устроили обряд "изгнания бесов". Всю ночь продолжалась средневековая церемония. Его истязали. Вокруг него плясали, вопили и выкрикивали заклинания. К концу церемонии, когда у Майкла помрачилось сознание, его одного отпустили домой. Вернувшись домой, он убил свою жену Христину, 29 лет, имеющую пятерых детей. "Заклинатели" не понесли никакого наказания.
    Жертвой обряда "изгнания бесов" в 1976 году стала студентка по имени Аннелиза Михель, обучавшаяся в Вюрцебургском университете (ФРГ). Изгнание проводилось пастором Арнольдоа Ренцу под идейным руководством епископа Штангля. Несчастную девушку морили голодом, истязали, не давая спать по нескольку суток подряд. Изуверство закончилось смертью девушки. "Очистившаяся от сатанинской силы душа Аннелизы,- сказал пастор убитым горем родителям покойной,- вознеслась к престолу всевышнего..."
    Или еще пример. В 1985 году толпа прихожан церкви Святого Михаила в городе Йорке (Англия) устроила над женщиной насильственный ритуал изгнания дьявола только потому, что она, выпускница факультета философии Йоркского университета, заявила, что не верит в существование дьявола.
    . В 1974 году кинорежиссером Уильямом Фридкином в США был выпущен фильм "Экзорцист" ("Изгоняющий дьявола") по роману американского писателя Блэтти. События происходят в наши дни. Сюжет фильма сводится к тому, что в 12-летнюю девочку вселяется дьявол. Девочка до неузнаваемости меняется внешне: глаза становятся водянисто-белыми, злыми, лицо распухает и покрывается кровоточащими язвами, она кричит грубым, страшным голосом. Врачи оказались бессильны. Дьявола берутся изгнать из девочки два священника. На экране воспроизводится церемония (с протокольной точностью) изгнания бесов, как это делалось в средневековье, а совершаемые демоном действия (передвигается мебель, поднимается в воздух кровать и т. д.) придают сверхъестественному зримый характер.
    В своем мистическом фильме ужасов Фридкин употребляет сильнодействующие натуралистические средства (кровь, зеленая гуща, извергаемая одержимой, ругательства и богохульства, которыми устами девочки вещает дьявол, вывернутая на 180 градусов голова пожертвовавшего собой священника и др.), безусловно, травмирующие психику зрителя. "Я не мыслитель,- заявил Уильям Фридкин,- я делаю коммерческое кино". И хотя фильм создавался в расчете на сенсационный коммерческий успех, преследовалась и другая цель - убедить зрителя в реальности существования духов и провести идею бессилия современной науки. Для достижения этой цели в качестве консультанта по дьяволизму в съемках фильма участвовал вице-президент католического Джорджтаунского университета (США).
    После выхода фильма на экраны в прессе появилось много статей, претендующих на исследование природы дьяволизма, его характера и современных проявлений. Но главными экспертами в оценке фильма оказались священники. В статье, опубликованной в солидной буржуазной французской газете "Монд", аббат Марк Орезон писал:
"Дух зла - в сердцах людей. Ему абсолютно не нужен "псевдодемон", который передвигает кровати и разыгрывает более или менее мрачные шутки. В двадцатом веке особенно важно не путать веру со спиритизмом". В то же время парижский экзорцист отец Жеслан после просмотра фильма утверждал: "Дьявол существует, я с ним встречался".
"Экзорцист" вызвал к жизни множество подражателей. Кинотеатры на Западе в настоящее время заполнены сериалами фильмов, посвященных теме дьявола. И все чаще какая-то часть зрителей приходит к священникам с просьбами выгнать бесов из них самих или их родственников. Другая часть обратилась к соответствующей литературе, чтобы подробнее ознакомиться с методами изгнания духов. "Ах, как он кричал! Но мы были обязаны так поступить, мы хотели лишь добра. Мы хотели лишь выгнать из его тела духа",- заявила одна западногерманская супружеская пара, до смерти забившая своего больного ребенка.
    Результатом церковного дьяволизма, мистической литературы и кино явилось то, что на Западе, как в средневековье, периодически вспыхивают эпидемии "бесоодержимости".
    В дореволюционной России "бесоодержимых" женщин звали "кликушами" (от слова "кликать", т. е. истошно кричать, вопить, выкрикивать). У мужчин подобное состояние называется "мерячение".
    Много сделали для рассеивания тумана вокруг "бесоодержимых" русские психоневрологи еще в дореволюционный период. В. М. Бехтерев в предисловии к книге психиатра Н. В. Краинского "Порча, кликуши ибесоодержимые как явление русской народной жизни" писал, что "все существующие наблюдения говорят за то, что болезненное состояние, о котором идет речь, развивается на истерической почве. За это говорит не только припадочный характер, выражающийся криком, падением и целым рядом беспорядочных движений при существовании полной амнезии относительно всего припадка, но и ряд других расстройств, как, например... анастезия тела во время самого припадка... поразительная склонность к повальному распространению болезни".
    
Патофизиологические механизмы истерии были раскрыты академиком И. П. Павловым. В многочисленных исследованиях он установил, что при врожденном слабом типе нервной системы в коре головного мозга при сильных аффектах (бурная кратковременная эмоция, например, страх, ужас) развиваются тормозные процессы.
    Распространение торможения на более обширные районы коры полушарий головного мозга приводит к освобождению подкорковых автоматизмов из-под контроля актуального "Я". При этом появляются судорожные припадки и другие аффективные реакции. У больного наряду с приобретенными автоматизмами высвобождаются врожденные. В разряд последних входит и подражание, котороеинтенсивно функционирует в детстве, но с возрастом контролируется. В основе распространения психических эпидемий лежит именно механизм подражания.
    Однако для развития истерии необходимы определенные условия. Одним из них является физическое и психическое истощение человека. В дореволюционной России крестьянок до физического и психического истощения доводили непосильный физический труд, слишком раннее материнство, бесправное положение в семье.
    Другим условием являлось невежество и постоянный суеверный страх перед ведьмами и колдунами, напускающими порчу, перед духами, вселяющимися в человека и строящими разные козни, наводила ужас и вполне реальная угроза быть обвиненной в колдовстве.
    В нашей стране в результате коренных социальных преобразований кликушество почти полностью исчезло. Это обусловливается высоким уровнем благосостояния, культуры, избавлением женщин от изнуряющей физической работы, заботой со стороны органов здравоохранения. "бесоодержимость" в наши дни развивается только в результате психических расстройств и религиозного воспитания.
    В этой связи представляет интерес наблюдение советского психиатра Л. А. Богданович.
    Больная, о которой идет речь, с детства воспитывалась у фанатично религиозной тетки. "По вечерам тетка рассказывала мне о сатане, о его царстве, о всяких соблазнах, которыми он совращает людей. Я слушала ее с волнением и страхом. И мне так ясно, отчетливо представилось, как сплетники, подвешенные за языки, обжоры с вырезанною глоткою, неверующие извиваются, горят на медленном огне. Видела я самого сатану, черного, с кровавыми глазами, который протягивает к грешникам когтистые пальцы и хохочет над их мучениями... И до того мне делалось страшно, что, бывало, и тетя уснет, а я никак не могу спать".
    Однажды в церкви она была свидетельницей истерического припадка у кликуши. Тетка ей объяснила, что "каждый может стать кликушей, если согрешит". И девочка в крещенье "согрешила", принеся тетке вместо "иорданской воды" из церкви простой из водопровода. Раскрыв обман, тетка ей обещала, что "дьявол тебе явится!".
    В один из церковных праздников перед выносом святых даров она вспомнила припадок кликуши и слова тетки: "Кто согрешит, в того дьявол вселится". "Мне показалось, что именно сейчас должен кто-то закричать... Рухнув на холодный пол, я неистово закричала. Меня накрыли чем-то черным. Больше ничего не помню".
    Этот случай - свидетельство болезнетворного воздействия вымыслов о дьяволе на неокрепшую психику ребенка.
    Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что в основе таких и подобных им случаях лежит не "бесоодержимость", а истеричность, фанатичная вера в духов, в их возможность вселяться в человека.



ИНТЕРВЬЮ У НАПОЛЕОНА


    "Вам, конечно, известно о спиритизме. Мы (студентки текстильного техникума.- В. Л.} пробовали этот опыт с блюдцем. Когда оно нагрелось от наших рук, мы вызвали дух Наполеона, и он стал отвечать на наши вопросы. Мы можем допустить, что блюдце начало двигаться под влиянием наших биополей, но как объяснить, что ответы были логичными и правильными?"

Из письма читательниц


    В 1848 году в семье американского фермера Фокса, жившего в небольшом городке Рочестер, стали происходить странные явления. В сумерках и ночью кто-то невидимый передвигал мебель. Слышались таинственные звуки и стуки то в комнате, то за стеной. Когда члены упомянутой семьи - отец, мать и три дочери - садились вокруг стола я клали на него руки, он приходил в движение и начинал издавать странные звуки. С помощью разработанного "кода", напоминающего тюремную азбуку, члены семьи решили вступить в связь с загадочным и невидимым существом. Оказалось, что их начал беспокоить "дух" когда-то убитого в этом доме разносчика. По городу быстро разнеслась весть, что благодаря способностям дочек Фокса служить посредниками (медиумами) появилась возможность общения между живыми людьми и душами умерших. Вскоре медиумы стали появляться по всей Америке, а спиритизм (от латинского "spiritus" - дух, душа) постепенно распространился и в Европе.
    Здесь следует заметить, что случаи "пляски мебели" имели место значительно раньше. Так, А. С. Пушкин 17 сентября 1833 года записал: "...В городе говорят о странном происшествии. В одном из домов, принадлежащих ведомству придворной конюшни, мебель вздумала двигаться и прыгать; дело пошло по начальству. Кн. В. Долгорукий нарядил следствие. Один из чиновников призвал попа, но во время молебна стулья и столы не хотели стоять смирно. Об этом идут разные толки. N сказал, что мебель придворная и просится в Аничков (дворец.- В. Л.)". Вскоре об этом случае забыли.
    Родиной самой поразительной эпидемии дикого суеверия стали Соединенные Штаты Америки. В США сейчас, как и в прошлом веке, наряду с выдающимися достижениями в науке и технике, процветают мистицизм и мракобесие.
"Столоверчение" увлекло в свой круговорот даже всемирно известных ученых. Среди них оказались ботаник и зоолог Альфред Уоллес, тот самый, который одновременно с Дарвином выдвинул теорию изменения видов путем естественного отбора; физик Уильям Крукс, открывший элемент талий и изобретший радиометр, и др.
    В статье "Естествознание в мире духов" Ф. Энгельс подверг резкой критике ученых, увлеченных спиритизмом. О Круксе он писал, что, проводя свои исследования и доказывая возможность спиритических явлений с помощью научной аппаратуры, Крукс забыл взять с собой "главный аппарат", скептически-критическую голову".
    В России спиритизм стал распространяться в середине прошлого века в среде дворянства, буржуазии и мещанства. Спиритизм пользовался покровительством не только приближенных ко двору, но и самой царской семьи, с благословения которой стали выходить журналы "Спиритуалист", "Вестник оккультных наук", "Таинственное" и др. Книжный рынок захлестнули издания, посвященные мистицизму. В статьях и книгах делались попытки опровергнуть достижения науки и доказать возможность сверхчувственного познания потустороннего мира, общения с духами и т. д.
    Против спиритического безумия в России в 70-х годах прошлого столетия выступил выдающийся ученый и общественный деятель Д. И. Менделеев, который предложил Физическому обществу при Петербургском университете составить специальную комиссию для рассмотрения медиумических явлений. "Пришло время,- писал он,- обратить внимание на распространение занятий спиритическими явлениями в семейных кружках и среди некоторых ученых. Занятие столоверчением, разговоры с невидимыми существами при помощи стуков, вызовы человеческих фигур посредством "медиумов" грозят распространением мистицизма, могущего многих оторвать от здорового взгляда на предметы и усилить суеверие, потому что сложилась гипотеза о духах, которые будто бы производят упомянутые явления..."
    
В комиссию, составленную из видных ученых, были приглашены прославленные за границей и в России медиумы. Сеансы проводились в условиях, исключающих мистификацию. Для этого по проекту Менделеева был сооружен манометрический стол, точно регистрирующий каждое, даже самое слабое давление на него рук участников сеанса. Тайна медиумов была раскрыта. Комиссия опубликовала заключение, которое заканчивалось следующим выводом: "Спиритические явления происходят от бессознательных движений или от сознательного обмана, а спиритическое учение (вера в духов) есть суеверие".
    
Злобно откликнулось духовенство на исследования ученых, разоблачающих спиритизм. Преподобный отец Иоанн написал Менделееву следующего содержания письмо: "Как бы Вы ни опровергали спиритические явления, господин Менделеев, я все равно буду в них верить, ибо святые божий человека учили в древние времена, что души умерших людей приходят с того света к боголюбцам и духознатцам. Не трогайте мою веру, родную мать христианской религии! Пусть наука идет своим путем, а вера - другим!"
    
На обороте письма Иоанна (из-за утраты конверта фамилию священника установить не удалось) Менделеев написал черновик ответа, в котором говорится: "Не трогать веру нельзя. Она - основа религии, а любая религия в ваши дни - грубое и примитивное суеверие. Суеверие есть уверенность, на знании не основанная. Наука борется с суевериями, как свет с потемками..."
    
Сразу же возникает вопрос: почему и в наши дни определенная часть людей, в том числе и молодежь, верит в существование потусторонних, сверхъестественных сил?
    Одной из причин является то, что есть люди, которые в силу различных причин умышленно вводят в заблуждение доверчивую молодежь во время спиритических сеансов. В журнале "Наука и религия" как-то было опубликовано письмо, автор которого рассказал, что еще в молодости из любопытства принял участие в спиритическом сеансе, который организовала знакомая эстонка, говорящая по-русски с легким акцентом. "Все мое внимание сосредоточилось на одной загадке: кто же двигает блюдце?- пишет он.- Сидело нас пятеро, я пристально наблюдал, но не улавливал движения ничьих пальцев. Но вот очередному духу задали вопрос: "Будет ли война?" Ответ: "Не путет",- совершенно точно определил национальную принадлежность "духа". Всем нам, державшим пальцы на блюдечке, стало стыдно за хозяйку дома и за себя..."
    
Другая причина кроется в незнании людьми механизмов "бессознательных движений", которые, как установила комиссия под председательством Д. И. Менделеева, лежат в основе спиритических явлений.
    Проделайте простой опыт. Возьмите нитку за один конец и привяжите к другому легкий груз. Получившийся своеобразный маятник возьмите в вытянутую руку и начните напряженно думать о каком-либо движении, например о вращении маятника по часовой стрелке. Вы увидите, что груз начнет двигаться по задуманному направлению.
    Это явление было известно еще древним римлянам и использовалось при гаданиях. Над чашей, по краям которой были написаны буквы, гадающий держал нитку с привязанным к ней кольцом. Нитка с кольцом постепенно начинала раскачиваться. Раскачавшись, кольцо шло сначала к одной букве, затем к другой. В результате складывалось имя человека, о котором сознательно или подсознательно думал гадающий. То же самое происходит при спиритических сеансах с использованием блюдца или стола.
    В чем же кроется психофизиологический механизм подсознательных движений, получивших в психологии название идеомоторных актов?
    Более 100 лет назад И. М. Сеченов пришел к выводу, что мысль есть рефлекс, более или менее заторможенный в своей последней, двигательной части, рефлекс с ослабленным концом. Причем дуга такого рефлекса проходит через нейроны (нервные клетки) коры полушарий головного мозга. Мы мыслим, казалось бы, не сопровождая свою мыслительную деятельность каким-либо видимым движением. Но это не значит, что движений при этом нет вовсе. Они есть, но незначительные и не осознаются нами.
    Мышление человека осуществляется, как мы уже говорили, на основе речи. Слова являются не только средством закрепления результатов мыслительной деятельности и обобщения, но также и "психологическим орудием" мышления. Какие бы мысли ни возникали в голове человека, они возникают и существуют на базе языкового материала. Связь между словом и понятием так же органична, как органична и неразрывна связь языка и мышления. "Когда ребенок думает,- писал Сеченов,- он непременно в то же время говорит. У детей лет пяти мышление выражается словами или разговором шепотом, или по крайней мере движением языка и губ. Это чрезвычайно часто (а может быть, всегда, только в разных степенях) случается и со взрослыми. Я по крайней мере знаю по себе, что моя мысль часто сопровождается при закрытом и неподвижном рте немым разговором, т. е. движением мышц языка в полости рта. Во всех случаях, когда я хочу фиксировать какую-нибудь мысль преимущественно перед другими, то непременно вышептываю ее. Мне даже кажется, что никогда не думаю прямо словами, а всегда мышечными ощущениями, сопровождающими мою мысль в форме разговора".
    Это интересное самонаблюдение в дальнейшем нашло свое подтверждение при записи с помощью специальной аппаратуры биотоков мышц речеобразующих органов. Когда человек мыслит, то у него четко прослеживается на идеомоторном (не осознаваемом) уровне работа мышц языка, неба, гортани и губ. Но вот что любопытно. В опытах с глухонемыми во время мышления четко регистрировались биопотенциалы не с речеобразующих органов, а с мышц пальцев и кистей. Значит, они мыслят словами, которые воспроизводятся дактильной речью, то есть с помощью рук.
    В настоящее время биотоки, возникающие при идеомоторных актах, стали широко использоваться при конструировании протезов, которые могут брать предметы и манипулировать с ними. С принципиальной схемой работы этих протезов можно было ознакомиться в конце 50-х годов на ВДНХ. На предплечье желающего попробовать действие механической руки надевали браслет с токосъемниками биотоков мышц. Стоило, например, человеку только подумать о сжатии своей руки, как механическая рука, находящаяся на определенном расстоянии, начинала сжимать пальцы в кулак. Это техническое "чудо" работало по уже известному нам принципу. При мысли о задуманном движении мозг посылает в соответствующие мышцы руки нервные импульсы, вызывающие незначительные изменения в напряжении мышц, которые не осознаются человеком. Сопровождающие это явление биотоки улавливаются токосъемниками и передаются в усилитель, который включает специальное устройство, приводящее в движение пальцы искусственной руки.
    Идеомоторные движения не только не осознаются, но почти незаметны для глаз. Но, несмотря на ничтожную силу каждого отдельного микродвижения, они в совокупности могут оказаться достаточными, чтобы привести в движение легкий стол, не говоря уже о блюдечке.
    Особенно когда в сеансе участвует медиум, у которого более чем у других развита способность к идеомоторным актам.
    Как передал в 1985 году собственный корреспондент "Литературной газеты" С. Воловен из Лондона, интимное общение с духами умерших стало в Англии массовым занятием. Можно обойтись без медиумов, купив игру под названием "Вийа" - от сложения французского и немецкого "да". Игра представляет собой четырехугольную доску, по периметру которой нанесены буквы алфавита и слова "да" и "нет". Общаться с духами можно в группе и в одиночку. Для этого нужно слегка притрагиваться пальцами к лежащему на доске маленькому деревянному треугольнику. В результате идеомоторных актов треугольник движется и указывает своей вершиной на буквы. Допустим, треугольник "пишет" Джон. Играющие спрашивают, имеет ли этот Джон отношение к кому-нибудь из присутствующих. Треугольник указывает на "да" или "нет" и т. д.
    Министерство внутренних дел Англии вынуждено было запретить продажу этой "забавы" после того, как в результате увлечения спиритизмом стали возникать массовые истерии, сопровождающиеся самоубийствами и убийствами. Вот одно из сообщений в английской газете: "15-летняя девочка пыталась покончить с собой, не в силах вынести занятия своего отца черной магией. По ночам он заставлял ее участвовать в разговорах с помощью "Вийа" с ее покойной матерью и слушать пленки с записью колдовской черной мессы".
    
Таким образом, можно предположить, что одним из источников, порождающих веру в мистическое, является подсознательная психическая деятельность, которая характерна тем, что она либо вовсе не осознается, либо ощущается столь смутно и неясно, что человек не может отдать отчет в этих ощущениях ни самому себе, ни другим людям.
Последнее редактирование: 2014-12-18

Оценить статью можно после того, как в
обсуждении будет хотя бы одно сообщение.
Об авторе:
Этот материал взят из источника: http://www.atheism.ru/old/LebAth1.html



Тест: А не зомбируют ли меня?     Тест: Определение веса ненаучности

Поддержка проекта: Книга по психологии
В предметном указателе: Нейрофизиология: как рождается движение | Сон разума порождает чудовищ | Утренняя паника порождает пьяных зомби | Любителями классической музыки становятся, а не рождаются | Геями рождаются? | Как в представлении рождается чувство, например, красности красного цвета? | Любителями классической музыки становятся, а не рождаются | Нейроны рождаются и растут под присмотром молекулярной «няньки»
Последняя из новостей: О том, как конкретно возможно определять наличие психический явлений у организмов: Скромное очарование этологических теорий разумности.
Все новости

Нейроны и вера: как работает мозг во время молитвы
19 убежденных мормонов ложились в сканер для функциональной МРТ и начинали молиться или читать священные тексты. В это время ученые наблюдали за активностью их мозга в попытке понять, на что похожи религиозные переживания с точки зрения нейрологии. Оказалось, они похожи на чувство, которое испытывает человек, которого похвалили.
Все статьи журнала
Активность
Главная
Темы
Показы
Полезное
О сайте
 посетителейзаходов
сегодня:11
вчера:511
Всего:326458

Авторские права сайта Fornit
Яндекс.Метрика